0041
0087
0185
0142

"Меган почти была счастлива. Почти. Но это почти разъедало ее душу, как серная кислота лакмусовую бумажку... Успех в школьной команде по квиддичу, обилие друзей, забота родных, учеба несложная." - MEGAN JONES

МАССОВЫЕ КВЕСТЫ

в игре январь - февраль'98

Вагон 12 – N. Longbottom [19.12]
Вагон 10– J. Finch-Fletchey [18.12]

HOGWARTS. PHOENIX LAMENT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных личных эпизодов » [27.11.1996] Вражда не забывает обиды


[27.11.1996] Вражда не забывает обиды

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Вражда не забывает обиды
https://40.media.tumblr.com/55c796151bd695950b294abfd06fe24c/tumblr_n4yr41Gfyd1qah07qo1_500.png

› Участники: Пэнси Паркинсон, Гарри Поттер
› Место: 8 этаж Хогвартса

› Время: Вечер
› Погода: Холодно

У Гарри в этот вечер были свои дела. Он продолжал следить за Молфоем, уверенный, что в один прекрасный момент у него получится под него подкопать. Малфой рыскал что-то на восьмом этаже и это точно касается Выручай-комнаты. Пора узнать, чего ему там надо.
Однако нельзя забывать, что у Драко тоже есть люди, которые заботятся о нем своей заботой, любят своей любовью.

+1

2

Как же все изменилось с тех пор, как мы первого сентября ехали в поезде! Я возлагала надежды на этот год. Драко нравился мне с тех пор, как мы оказались на одном факультете. Конечно, я прекрасно знала, кто он, и из какой семьи. Одной из самых почитаемых и уважаемых семей в волшебном мире. С абсолютно чистой кровью и богатой родословной, уходящей глубоко в Средневековье. Мои родители сказали бы, что это идеальная партия для меня, но дело было не в этом. Давно прошли те дикие времена, когда решали за детей, с кем им нужно породниться. Все были вольны выбирать сами, и некоторые делали неправильный выбор. Но я была уверена за себя. Мы росли со своими убеждениями, и даже не смотрели в сторону тех, чья кровь не была хотя бы наполовину чистой. Они даже не привлекали нашего внимания. Это было естественно для нас, и так нас воспитывали. Поэтому, дело было не сколько в происхождении Драко, сколько в моем отношении к нему. Пусть и его род сыграл тут не последнюю роль, но... Гойл, к примеру, был тоже чистокровный, но даже среди девиц-грязнокровок вряд ли были идиотки, которые посмотрят в его сторону.
Я давно понимала, что мне нравится Драко. Я не знала толком, взаимно ли это, хоть в душе всегда была на это надежда. Тем не менее, мы достаточно близко общались, насколько близко могут общаться два слизеринца, которые видят в очередном чистокровном волшебнике потенциального супруга, достойного продолжить род. Мы стали ближе общаться в прошлом году, когда нас обоих назначили старостами, и сейчас я надеялась, что все сдвинется с мертвой точки в лучшую сторону. Но я ошибалась. Драко в поезде был полон подъема, энтузиазма. У него даже горели глаза, когда он говорил про свои важные дела. И пусть он не произнес напрямую, с чем они связаны, но все присутствующие прекрасно поняли, о чем речь. Точнее, о ком речь... Я была даже готова ему помочь, если это понадобится. Но он говорил, что помощь не требуется. Драко постоянно где-то пропадал, и лишь потом я случайно услышала, где именно. Крэбба и Гойла он, видимо, посвятил в свои дела, пусть и частично. Значит, он в той самой комнате, где в прошлом году был Клуб Любителей Дамблдора.
Нет, я не собиралась лезть в его дела и, тем более, мешать ему. Он говорил, что у него все в порядке, но мне слабо в это верилось. Я же не слепая. Я же вижу, насколько усталым он выглядит, с каждым днем все больше. Он похудел, под глазами появились синяки, а в Большом зале во время трапез ему даже толком кусок в горло не лез. Когда я с ним разговаривала, у меня создавалось впечатление, будто бы в данный момент он был... Не здесь? Кто-то сказал бы, что он витает в облаках. Но это не так. Мне всегда казалось, что "витают в облаках" с более радостным выражением лица, а на лице Драко было написан страх. Волнение. И напряженность. С ним было далеко не все в порядке. Мне было больно на это смотреть.
Конечно, это было странно, особенно для меня. У нас на факультете каждый сам за себя, и не слишком переживает о том, что происходит с остальными. Кто бы что ни думал, но никого не пугали неспокойные времена, которые воцарились еще с лета. Мы все знали, что нам бояться нечего, ведь мы не были маггловскими выродками. Почти все из приличных семей и чтим чистоту крови, так чего же нам бояться? Это гриффиндорцы порвут на груди последнюю мантию и ринутся рисковать своей головой, чтобы спасти ближнего, даже если видят его впервые в жизни. Идиоты. Мы же предпочитали заботиться о себе. Именно поэтому никого не волновало, что происходит с Драко Малфоем. Не волновало бы и меня, если бы на его месте был бы Забини. Или Нотт. Или Гойл. Но Драко - это особый случай. И чем сильнее росли его синяки под глазами и напряженный вид, тем сильнее внутри меня росла тревога. Порой и мне не спалось полночи. Маме приходилось присылать мне раз в неделю новые запасы косметики, чтобы скрыть синяки под глазами. Я не откидывала даже полог на кровати, пока не приводила себя в порядок. Я не могу себе позволить появиться на людях с нездоровым цветом лица, который был вызван бессонницей. Я надеялась, что мне все-таки удастся выспаться и привести себя в порядок естественным путем. Но пока я не могла решиться сходить к мадам Помфри за успокаивающим зельем. Я решила оставить это на крайний случай, когда волнение станет настолько невыносимым, что пропадет даже аппетит. Драко он не помешал бы... Но я достаточно долго его знаю, чтобы предвидеть реакцию на такое предложение. Он уверен, что делает все правильно, что ему нужно это делать, а все остальное - побочные эффекты. И я понимала, что лучше к нему не лезть.
Но как это было возможно? Когда я сама плохо сплю и постоянно за него волнуюсь. Я хотела с ним поговорить. Просто поговорить, настолько осторожно, насколько смогу. Тщательно подбирая слова, и хотя бы косвенно ему помочь. Но у меня не было такой возможности уже несколько месяцев. Будто бы он чувствовал, и боялся, что я собью его с пути. Но и оставить все так у меня тоже не получилось...
Пока я думала об этом, в ванне уже растаяла вся пена, а вода остыла. Кажется, я провела здесь гораздо больше времени, чем намеревалась. Я вышла из воды, вытерлась полотенцем и начала одеваться. Чем была хороша ванная старост? Тем, что никто не побеспокоит тебя в ненужный момент. Но мне было интересно, что будет, если во время того, как она будет занята, сюда захочет прийти кто-то еще? Ни разу за все то время, что я ношу значок, никто не врывался сюда беспардонно. У нас не было графика посещения ванной, но, казалось бы, все его негласно соблюдают. А ведь этой ванной пользовались еще и капитаны сборных...
Я все равно ощущала какое-то внутреннее беспокойство. Поэтому, вместо того, чтобы идти вниз, в свою гостиную, я пошла наверх, на три этажа выше. К той самой стене, за которой пряталась самая неуловимая комната в школе. Потому что Драко наверняка был там... Мне редко удавалось поймать его в гостиной, за обедом мне не хотелось разговаривать при свидетелях, пусть у нас и умели хранить чужие тайны. Может быть, у меня получится поговорить с ним, когда я поймаю его на выходе и мы вместе пойдем вниз. Поэтому, я не колебалась, пока шла по нужному коридору.
Мимо меня пробежала какая-то первокурсница, размахивая латунными весами. Мои нервы были на пределе, поэтому я была не прочь немного сбросить напряжение. Ловко и крепко я поймала малышку за локоть, оглядывая строгим взглядом, разобрав герб с барсуком на ее мантии.
- Двадцать баллов с Хаффлпаффа за беготню по коридорам в комендантский час! - с каким-то садистским удовольствием отчеканила я, отпустив ее руку и чуть подтолкнув в спину. - Иди в свою гостиную.
Девочка отреагировала странно: как-то злорадно захихикала, но ушла, заворачивая за угол. Что-то в ее взгляде мне показалось знакомым, но я не стала придавать ему значения.
- Дура какая-то, - хмыкнула я, нахмурившись и глядя ей вслед. Странные нынче первокурсники, впрочем, этот факультет никогда интеллектом не отличался.
Я развернулась, когда до гобелена напротив Выручай-комнаты оставалось лишь пара шагов, и тут заметила, что была здесь не одна.
- И что ты тут делаешь в столь позднее время, Поттер? - я скрестила руки на груди, не сдерживая легкой ухмылки и смотрела на гриффиндорца с торжеством в глазах. Несмотря на то, что он носил значок капитана сборной, это вовсе не значило, что ему положено гулять по коридорам поздно вечером. Или он самонадеянно считает, что статус Избранного позволяет ему все? Тем не менее, более идеальной кандидатуры для выплеска эмоций я найти не могла. Разве что его грязнокровная подружка, но сойдет и он.

+3

3

В последнее время Гарри все чаще стал наблюдать за Малфоем. Они никогда не дружили, но в последнее время Поттер чувствовал в свою спину особенно острые взгляды. Так, как теперь, Драко на Гарри с первого курса не смотрел. Сколько в его взгляде было слепой, всепоглощающей ненависти. Но, можно и так сказать, что-то там было надрывное, но Гарри не был способен разобрать, что именно. Он был готов винить Драко во всех земных грехах и был точно уверен, что от Малфоев проку нет. Там, где они появляются, они оставляют разве что негатив, раздражение и гнев. А еще, как часто бывает, жестокость.
Гарри мог оправдать, что угодно, кроме жестокость. Драко был вредным парнем, они с Гарри задирали друг друга при любом удобном случае, однако Гарри никогда бы не сказал, что Драко жесток. Он хочет казаться таким, но все знают, что у Драко на слэге Слизерина "слабая душа", а на человеческом - мягкое сердце. Он умеет чувствовать. Пусть не всегда делает то, что правильно. Точнее, он всегда делает то, что неправильно и вообще не во благо всем остальным, но нельзя сбрасывать со счетов то, в чем варится человек.
Суммируя все вышеуказанное, можно было считать, что Драко - такой же заложник обстоятельств, как и многие в этой школе. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. Но неприязни между Гарри и Драко это не отменяло. Драко все сделает, чтобы поставить Гарри палки в колеса и в последнее время он ведет себя... трусливо. Как будто такса - копает и копает свои маленькие норки в попытке откопать что-нибудь достойное его охотничьего потенциала. Но по-настоящему темные волшебники действуют по-другому, Драко, разве тебе никто об этом не говорил?
Уж папаша твой должен был позаботиться о том, чтобы у его единственного наследника сложилось правильное мнение и склад ума. Но у его наследника, кажется, от всего происходящего просто крыша едет и нельзя отрицать дрожи в ранее крепких руках. Чем больше стоит на кону, тем нервознее становится Драко Малфой.
Даблдор говорил правду, думал Гарри, стоя у стены выручай-комнаты, Волдеморт пользуется учениками. Они все здесь - его главное оружие. Он, как змея, будет проникать в ума, будет завораживать слизеринцев, как людей принципиальных и идейных. А те дети, которые по несчастливой случайности родились в семьях, поддерживающих Пожирателей Смерти вовсе обречены стать его пешками.
Драко был такой же пешкой, но что самое противное - он не пытался этого изменить. Он все делал для того, чтобы казаться Ему лучше, чтобы исполнять Его волю. Он копает у Выручай-Комнаты, рыскает где-то на восьмом этаже, что-то всюду вынюхивает - ужасное зрелище. Малфой был в такой заметной суете, что любой не безразличный человек, как Поттер, это быстро бы увидели.
Малфой во всем этом виноват, конечно же.  И он натворит еще много зла, если его не остановить или хотя бы не разгадать того, чего он хочет.
В том магазине стоял шкаф. Теперь Малфой наведывается в Выручай-Комнату. Гарри был умным мальчиком, чтобы сделать собственные выводы. Но в этот вечер он просто пришел сюда, как будто почувствовал запах Малфоя и снова стал думать. Ничего не стоило вызвать нужную Комнату и посмотреть ее, но никогда не знаешь, чего в ней найдешь, а главное, у Гарри будут просто выводы и никаких доказательств того, что любопытство Малфоя и его любознательность - не попытки выполнять волю Темного Лорда.
Стучать кому-то Гарри не собирался. Он сам во всем разберется. Поймает Драко и приткнет к стенке. А что будет потом... он об этом не думал, конечно, но по ходу разберется.
В своих собственных размышлениях Гарри не заметил, как сзади подкралась Пэнси Паркинсон. Эта дама Гарри всегда казалась крайне неприятной. Уж слишком неповоротливая она в своих идеях и принципах, слишком толстолобая и преданная идее чистой крови. Они с Драко - просто идеальная пара, но Пэнси всегда казалась более спокойной и более утвержденной в своих взглядах, нежели прыскающий ядом Малфой. И Пэнси была опасна, потому что в ее темноволосой голове творилось непонятно что. Она не гнушалась на жестокость и могла прижить руку к чему угодно.
И теперь от нее повеяло этой змеиной идеологией. Гарри повернулся к ней. Звонкий, но строгий голос старосты Слизерина отскакивал от каменных стен и валился тяжелым грузом на пол, просачивался в окна, где царил новоиспеченный, преддекабрьский холод.
"Ну, конечно, что же она еще здесь делает, если не ищет Малфоя", уж слишком популярным этом место стало. То Малфой по углам жмется, то Пэнси ищет его по тем же углам.
Гарри мгновенно нащупал свою палочку. Со слизеринцами всегда надо держать ухо в остро, иначе может плохо закончится. Профессор Снейп что угодно сделает, чтобы своих подопечных перед директором выгородить, что бы там ни произошло. Этому Гарри уже научен за годы обучения здесь.
- Мне не спится, - пожал плечами Гарри и как-то столь же строго посмотрел на Пэнси. Их разделяло довольно большое расстояние. Прямо как на дуэли. - Решил проверить. Может быть, мой старый приятель все еще прохлаждается здесь? - Он стал оборачиваться.
Конечно, они оба поняли, о ком идет речь.
Поттер не удержался и странно усмехнулся.

+2

4

Это так странно... Еще год назад вряд ли кто-то слышал про эту комнату, а теперь, когда о ней известно значительной части учеников, сюда всех тянет, как магнитом. Я могла понять Драко, если ему нужно было сделать какое-то важное дело, то лучше этой комнаты не придумаешь. Потому что, что ты никогда не поймешь, в какую из ее многих сущностей тебе нужно войти, чтобы застать там его. Я не знала, чем именно он там занимается, даже Крэбб и Гойл не были в курсе. Мне даже не помогла коробка пирожных, которой я пыталась подкупить их глупые, болтливые головы. На все один и тот же ответ - велел сторожить, ничего не говорит, отгрызается, лучше его не злить.
Драко подстраховался, чтобы никто не лез в его дела. И даже... Я. И, самое ужасное, я даже не знала, как мне на это правильно реагировать. Наседать на него, пока не расскажет? Без толку. Он делился со мной тем, чем считал нужным по его мнению. А если уж даже его дружки-бараны ничего не знают, то я - тем более. Я никогда не переоценивала себя в его глазах. Мне было достаточно, что мы были близки так, насколько могут быть близки однокурсники, выше приятельских отношений. Он мне нравился, я за него беспокоилась. Я все еще помню, что чуть с ума не сошла, когда его ранил тот дикий гиппогрифф, которого остолоп Хагрид считал целиком и полностью ручным. Да, конечно. Дикого зверя нельзя приручить, как бы ты не старался. Природа все равно возьмет свое, и он вырвется на свободу, гораздо более злой, чем раньше. Так и было, когда Темный Лорд вернулся в свою полную силу, сейчас в мире было совсем не спокойно... Даже магглы умирали, впрочем, на это мне было плевать. Всего лишь расходный мусор и никто тут плакать не будет, разве что магглопомешанное семество Уизли, которых этих убитых ни разу в глаза не видели.
И, каким бы смешным или пошлым не было бы то сравнение, Драко тоже попадал в это сравнение с диким зверем сейчас. Чем больше на него давить, тем хуже будут последствия. Я не знала, что мне делать, и все еще путалась в своих ощущениях. Я могла расширить свою обиду, наплевать на Малфоя и его таинственные дела, и зажить своей жизнью, которая полагается чистокровной студентке шестого курса. Заняться учебой, общаться с однокурсниками, с легким сердцем ходить в Хогсмид и ни в коем случае не сбавлять вражду с Гриффиндором, особенно перед каждым сезонным матчем. Но я не могла, у меня не получалось... Как будто бы мне на шею повесили странный маяк, заставляющий вновь и вновь возвращаться к Драко и беспокойству за него. И, как бы мне не было обидно, что шестой курс не оправдал моих ожиданий от наших отношений, я понимала, что злиться я могу исключительно на себя. Потому что слишком много ожидала. Но даже об этом не было времени и желания задумываться. Потому что, Салазар побери, беспокойство за него вылезло на передний план! Но никто об этом не узнает. Никто и никогда. Я даже взглядом, даже жестом никому не покажу своих настоящих эмоций. И особенно - этому любимчику Дамблдора, который стоит сейчас напротив меня.
Я заметила, как он явно полез за палочкой, мимолетным взглядом проследив за его движением руки. Сама-то я даже не шелохнулась, не пошевелила скрещенными на груди руками. Кто-то мне говорил, что это защитная поза, но плевать. Мне не от чего защищаться. Я не боялась Гарри Поттера. Он не посмеет прямо сейчас, в коридоре, кидаться в меня заклинаниями. У него кишка тонка, он слишком хорошо знает, что профессор Снейп вовсе не потакает ему, в отличие от других учителей. И знает, что если со мной сейчас что-то случится... Я уж раздую из этого историю, о которой будет знать вся школа еще до того, как войдет в Большой Зал перед завтраком. И у него снова будут неприятности. Впрочем, вполне возможно, что он их просто жаждет. Ведь не зря же во всем потакает своей славе, чтобы удержаться в центре внимания.
Но сейчас... Хотелось бы обойтись без этого. Хотя бы попробовать. Чем бы не был занят Драко в этой комнате, но Поттера это точно не касалось. И сейчас мне все равно, насколько это правильно или нет. Даже мое волнение отошло на задний план. Сейчас у меня была одна цель. Не дать гриффиндорцу возможности доставить Драко неприятности.
- И поэтому, ты пришел за новым одеялом? - язвительно осведомилась я, указав на гобелен напротив стены. Конечно, я прекрасно понимаю, что это ложь. Мы оба сейчас здесь по одной причине, но с разными целями. Волнение внутри меня, все-таки, никуда не делось. Но мне нужно было его скрыть. Не дать Поттеру увидеть мою слабость, которой он непременно воспользуются. Пусть и говорят, что гриффиндорцы честные, но кто сказал, что это действительно правда? Говорят, что мы - зло, а они - добро. Говорят, что добро побеждает зло. Но кто сказал, что в это понятие не входит "Добро победит зло, поставив на колени и угостит тремя Круциатусами"? В любом случае, я сейчас ему не позволю. Хотя бы попытаюсь.
- Лучше иди в свою гостиную, а не суй нос в чужие дела, если не хочешь своему факультету нажить неприятности. Тебе здесь нечего делать, - язвительность моя испарилась, оставив место лишь мрачной решительности. Мне уже все равно, удастся ли мне поговорить с Малфоем. Главное, не в присутствии Поттера. И как он только узнал, что Драко коротает свои вечера именно здесь? И где эти два накачанных остолопа, когда они действительно нужны?

+1

5

Пэнси Паркинсон была очень неприятной особой. Они с Драко были хорошей парой, видно, что очень подходят друг другу. Тем не менее, Гарри почему-то распирало на смех с образа Пэнси. Она умела задирать нос, никто не спорит. Ощущение своего какого-то мнимого превосходства перед остальными... к чему клоунада? Слизерин это песнею петь любил и делал это при каждом удобном случае.
Другое дело - Слизеринцы не всегда понимали, когда случай удобный, а когда их поведение не вызывает ничего, кроме смеха. Пэнси бегала за Драко, как собачонка, не посвященная в дела своего хозяина. Гарри был просто уверен, что Паркинсон ничего не рассказали, иначе не было бы в ее довольно красивых глазах столько тревоги. Не за себя, конечно, за любимого Малфоя, который, Гарри теперь был в этом полностью уверен, где-то здесь скрывается. И если уж он не удосужился ее привлечь в свои дела, то она все равно будет стоять за его идеалы.
Гарри правда не понимал - неужели они насколько глупые? Ведут себя, как десятилетние дети. Волдеморт пользуется их доверием, как любая змея, обворачивается вокруг их шей, в любом момент он их задушит. Ему не нужны в армии дети, они все там будут обречены. Обречены делать то, что не хотят, обречены выполнять грязную работу, за которую их вселюбимый Лорд даже не похвалит. Все они - дети, каким-то образом склоненные на его сторону, в плену собственных предвзятых убеждений. И неужели ни Малфой, ни Пэнси не понимают, в какую ловушку их пытаются поймать? Что будет, когда они будут стоять на пепелище?
Разумеется, они не понимают. А Гарри не может этого допустить. Он готов умереть за то, чтобы у этих людей ничего не получилось, чтобы они не разрушили то, что было построено столькими великими людьми. Ради этого он выжил в ту ночь, ради этого, наверное, погибли его родители. Ни Драко, ни Пэнси, ни их дружкам с мозгами размером с грецкий орех этому не помешают.
То, что Пэнси стала отсылать его в гостиную, Гарри стало странно злить. А когда Поттер злится, у него слегка двигаются плечи и чуть учащается дыхание. Он не хотел на Паркинсон кричать или скандалить здесь, более того - он не хотел применять силу, но чего только не происходит, когда сталкивается заядлый слизеринец и бравый гриффиндорец.
- Я лучше потоскую здесь, - в противовес ответил Гарри, всем своим видом показывая, что отступать и убегать отсюда не собирается - или ты попытаешься выгнать меня силой?
Гарри рук не поднимал, тоном никак не выдавал своего настроения, но он был готов, что Пэнси кинется на него. Она, конечно, к ряду слизеринских истеричек не принадлежала, но характер у нее был бойкий. Иногда могло казаться даже то, что она может управлять Драко. Чего только стоит ее волевое: "Драко, сядь". Естественно, что при такой тесной дружбе, когда один ступает за другим, идеи будут наследоваться, как данное.
- Я и мои дела здесь никак не связаны с факультетом, - немного нахмурившись добавил Гарри Поттер, внимательно глядя на всякую реакцию Пэнси. Она стояла, как ледяная королева, сложив руки на груди. Достаточно умная, сообразительная, талантливая девушка. Столько хороших людей губят неправильные идеи.
- Если кому и светят неприятности, то это тебе и Драко - закончил Поттер. Иногда он говорил просто губительные для него вещи. Иногда он сначала говорил, потом думал. И этих иногда у Гарри становилось все больше. Он теряет бдительность в те моменты, когда нужно усердно работать головой, не то лишишься ее.

+2

6

Пока не происходило ничего особенного во время нашей встречи. Но я чуть ли не кожей чувствовала, как начинает накаляться обстановка в этом длинном, и далеко не узком коридоре. Мы стояли друг напротив друга, на некотором расстоянии, пока даже не сделав шага ближе, ни он, ни я.
Что случается, когда два представителя враждующих факультетов встречаются один на один? Вечер уже почти перетек в ночь, вокруг не было ни души - ни преподавателей, ни других учеников, даже Пивз до сих пор не появился, и старый сквиб со своей драной кошкой был наверняка в другой части замка. Даже Драко, который сейчас наверняка затаился в Выручай-комнате, фактически отсутствовал. Интересно, слышит ли он нас сейчас или занят там своими делами, про которые я до сих пор ничего не знаю, а спрашивать не смею? Впрочем, это было совершенно неважно.
Время словно остановилось, и все обитатели замка исчезли в никуда, тут были только я и Поттер. И все, больше никого. Не отводим взглядом, у каждого с собой волшебная палочка и никаких свидетелей. Мы можем тут хоть поубивать друг друга разными заклинаниями, порой невинными, но очень опасными в дуэлях. Но эта обстановка даже отдаленно ее не напоминала. Скорее, это была легкая дипломатия. Почему легкая? Потому что очевидным было одно - я могу вот-вот сорваться. Одно лишнее слово Поттера, одно лишнее движение, и я не сдержусь. Провоцирует ли он меня? Вполне возможно.
Я смотрела на него, чуть склонив голову, будто изучая. У "Избранного" волшебного мира был достаточно надменный вид. Слишком надменный и самоуверенный для гриффиндорца. Профессор Снейп всегда говорил, что Поттер слишком тщеславный и любит повышенное к себе внимание. И сейчас он наверняка был доволен, хоть я и не тянула на целую аудиторию. Порой мне казалось, что с таким видом он должен был попасть на наш факультет, вот только за одну эту самоуверенную ухмылку. А я бы посмотрела на это... Уж в Слизерине вряд ли бы кто позволил ему упиваться своей славой и творить все, что душе угодно. Профессор Снейп бы не позволил... Драко бы не позволил. И совсем не факт, что в таком случае Поттер вообще попал бы на квиддичную площадку. Сейчас он меня раздражал, и я старалась сдерживать эмоции внутри, чтобы не взорваться. На слишком сильном пределе были мои нервы за последнее время. Я - как некая субстанция, готовая вот-вот взорваться, как хрустальный шар Трелони, лежащий на краю стола, и который достаточно было легонько толкнуть локтем...
Оба факультета, да что там - весь Хогвартс - знали о том, насколько сильна у Поттера и Драко взаимная неприязнь. Постоянное соперничество, постоянные стычки, а как злился Драко каждый раз, когда гриффиндорец выхватывал снитч у него из-под носа! Но сейчас Драко даже пропустил игру с Гриффиндором, и именно тогда я поняла, насколько все для него было серьезно в том, о чем он намекал в поезде.
Нас всегда воспитывали как следует, нам с детства говорили, какие люди достойны уважения, а какие - нет. Нам внушали, что магглы - это люди второго сорта, как инвалиды, потому что не способны к волшебству, и даже знать о нем не знают. И так и было. Я привыкла к этим убеждениям, и даже не хотела рассматривать иной вариант. И все мы привыкли. И это было правильно. И Темный Лорд всеми силами старался навести наконец-то порядок в магическом мире, и очистить его от грязнокровок. И ничего удивительного, что Драко теперь темнит, намекая на дела с ним - ведь его отец был одним из самых ближайших сторонников Темного Лорда, находясь теперь в Азкабане. И это тоже не добавляло ему оптимизма... Если бы я знала, как могу ему помочь, я бы это сделала. Но я не знала, и меня это бесит. А тут еще и Поттер!
На самом деле, я всегда поддерживала Драко, во всем. В том числе и в его вражде с гриффиндорцами. Весь наш факультет задевало то, что Грейнджер, будучи по происхождению совсем не волшебницей, училась лучше всех по всем предметам, когда как мы, волшебники не в одном поколении, уходя корнями в средневековье, от нее отставали.
Но в общем и целом, я понимала, что сама по себе ненависти к Поттеру не испытываю. Скорее, легкое презрение, и не будь этой вражды, я бы даже внимания на него не обращала бы. Но все сложилось иначе. С каждым годом неприязнь росла все сильнее, и в нем раздражало все - от его самоуверенной личности, до привычки водится со всяким сбродом. Видимо, жизнь с магглами ослепляет настолько, что волшебники становятся жутко неразборчивыми в своих связях, а я слышала, что Поттер своих ненавидит. Я не могла понять, что именно у него в голове и почему такой контраст. Но мне это даже было не интересно. Сейчас мне хотелось лишь одного - отделаться от его общества. Это было довольно просто, я могу развернуться и уйти. Но вместо этого, стою здесь и продолжаю нашу перебранку. Потому что я здесь не ради себя. Мерлин, Поттер, уйди лучше по-хорошему, пока еще можешь!
- Неохота палочку об тебя марать, - огрызнулась я, не выдержав одной и той же позы, и прислонилась боком к стене, не выпуская из виду своего гриффиндорского визави. Но дело было не только в этом. Кто бы что ни думал, но я не такая дура, чтобы начинать драку прямо в коридоре, да еще и после отбоя. Даже если профессор Снейп меня и выгородит перед остальными преподавателями, Поттеру все равно сойдет это с рук. А вот если он начнет первым...
- Минус десять очков Гриффиндору за прогулки после отбоя. Теперь связаны, - я вскинула подбородок, не сдержав довольной улыбки, с наслаждением наблюдая за его выражением лица. Рискнешь поднять на меня свою палочку, Поттер?
На его последнюю фразу я лишь хмыкнула, едва заметно покачав головой. Он мне угрожает? Интересно, это как? Старосты все-таки имеют свои привилегии. Сейчас уже поздно, но не настолько сильно, и если кто-то из старост в это время ходил в ванную, в этом нет ничего удивительного. Учитывая, что она одна на всех, да еще и не делится по принципу "Девочки-мальчики". А уж Драко найдет возможность пройти в гостиную незамеченным, если этого действительно захочет.
- Так хочется еще сильнее испортить нам жизнь, Поттер? У него и без тебя уже достаточно неприятностей, - я перестала улыбаться, уже глядя на него более враждебно, и изо всех сил старалась, чтобы мой голос не дрожал. Кажется, я сейчас сблотнула немного лишнего. Оставалось надеяться, что Поттер ничего не заметит. Конечно, он наверняка видел синяки под глазами Драко, с учетом, насколько пристально они оба следят друг за другом. Но лишь я видела в его глазах страх, о природе которого боялась спрашивать.

+2

7

Гарри ненавидел, когда из-за его личных дел страдали другие люди, даже факультет. Он здесь исключительно по своей собственной воли и никак больше. Гермиона и Рон не в курсе, где ходит их друг. Одна занята домашней работой и учебой или же просто болтает с Джинни, а Рон, как обычно, таскается по своим незначительным делам. Однако несмотря на то, что его лучшие друзья не здесь, не с ним, он ничего им не сказал и никак не уведомил, Поттер прекрасно понимал, что они придут по одному только его зову. Другое дело - он не станет их звать. Он в этом месте один. Он, да Пэнси.
В этом Гарри и Драко сильно отличались. Его доужки-прихвостни, даже та же Пэнси, готовы были за ним бегать даже тогда, когда их это никак не касалось и делалось это совсем не по доброте душевной, скорее наоборот. Всем в этих людях руководила алчность и личная выгода. По крайней мере, так считал Гарри и считал свое мнение самым правым. Конечно, на этом фоне отношения со слизеринцами выстраивались по известному всем сценарию, который и привел к столкновению интересов Пэнси Паркинсон и Гарри Поттера в данный момент. А Гарри бесило, что ему просто нельзя отмахнуться от назойливой слизеринки и делать то, ради чего он сюда пришел. Но в то же время, Поттер понимал, что и появление Пэнси здесь - тревожный звоночек, хорошая подсказка, обсудить и обдумать который у Гарри просто не было времени именно в данный момент. Пэнси стояла напротив него и пыталась надавить на Гарри.
Снятые с факультета баллы... как это по-детски смешно выглядело. Это максимум, на что ты готова пойти ради своего Драко, Пэнси Паркинсон? Ну, разумеется, нет. Она только угрожает, да показывает свою иллюзорную власть в школе. За статусом старосты ничего нет. Только ступи на вязкую почву Пожирателей Смерти и тебя затянет на дно, как зыбучие пески, как болото посреди леса. И никто вокруг не подаст тебе руки. Пэнси этого не понимает. Она считает себя наивно и глупо достаточно сильной, чтоб поддерживаться таких опасных взглядов на мир.
У того, кого она поддерживает ничего не получится, даже если она будет стоять здесь все это время и пытаться помешать Гарри. Сейчас Поттер был уверен, что понадобится, он переступит и через нее. Однако это только возрастающая злость на поведение Пэнси и ее задранный нос - не больше. Он никогда не станет переступать через людей, даже тех, кого сейчас готов разорвать своими руками от раздражения.
Конечно, Пэнси была права. У Малфоя было полно проблем... "а теперь будет еще больше", подумал Гарри, но вопреки желанию снова усмехнуться и показать, что ему абсолютно все равно, он не будет реагировать на провокации слизеринки, показал то, как его бесит вся эта ситуация. Он как-то резко мотнул головой и напрягся, напрягся весь так, будто бы готовился к опасному спорту или вовсе какому-то бою.
Как же все эти люди не понимают! Не понимают, что роют себе могилу, черт возьми!
- Проблем с Пожирателями Смерти? - резко спросил Гарри, не сводя внимательного взгляда с Пэнси. И снова наступила тишина, в которой он, кажется, слишком громко дышал, как будто уже был вне себя от злости: - С Волдемортом?
Совершенно спокойно и громко, на весь коридор спросил Гарри. Он не боится этого имени, он никогда не будет бояться. Он не боится ни Пэнси, ни Драко, ничего в этом мире. Он дойдет до самого конца, что бы там ни случилось и чем бы ни пришлось пожертвовать. Жаль только одного - этому содействуют далеко не самые плохие люди, лишь с отравленными, тянущими их на дно ложными взглядами. Когда-нибудь придет момент, когда Волдеморт будет повержен, все они - и Драко, и Пэнси, обернутся назад и увидят, насколько глупо поступали в свое время. И хорошо, если они все еще будут живы.
- У него ведь стоит метка, так, Пэнси? - Гарри точно ничего не знал, не мог точно судить об этом. Но не просто так Драко со своей мамочкой были в том магазине. Драко водится со странными людьми и не нужно быть гением, чтобы сделать выводы. То, что начертано на коже скрыть под белой рубашкой очень сложно, Драко Малфой.

+3

8

Одно у гриффиндорцев не отнимешь. Упертые, как гиппогриффы, которые не желают кланяться будущему наезднику. Если вбили что-то себе в голову, идут до конца, совершенно не заботясь о последствиях. Этим они от нас и отличались. Ни один слизеринец не станет рисковать собственной шкурой ради непонятно чего, если даже и близко не видно гарантированного стопроцентного положительного исхода. Мы шли к своей цели медленно, не гнушаясь любыми способами, если они могли принести именно то, что нам надо. А если путь был сомнительный и не сулил успеха... Что же, всегда можно дать задний и ход и попробовать по-другому.
А гриффиндорцы бросались в неприятности, очертя голову, действовали напролом, и ради других были готовы жертвовать собой. Как же глупо! Этот путь мне никогда не понять, и я вовсе не собиралась поступать также. Но сейчас меня волновало совсем не собственное благополучие. Я чиста, чего бы там Поттер не думал. Я даже ничего не знала о том, чем сейчас занят Драко. Он рассказывал мне, что Поттер послушал наши разговоры в купе поезда, а потом Драко сломал ему нос и оставил там. И Поттер должен был уехать обратно в Лондон, но он опять выкрутился. Но повезло, что привел его в школу именно профессор Снейп, вряд ли Поттер переживал тогда приятные минуты, появившись на виду у всех в Большом зале, одетый в маггловское тряпье, потому что не успел переодеться в школьную форму. Значит, он знает не больше, чем я. И подозрения у нас одни и те же, но только наверняка вызывают разные чувства.
Что об этом думала я? Это было нормально. Многие чистокровные семьи поддерживали Темного Лорда, пусть и не все вступали в его ряды. Мой отец предпочитал это делать пассивно, не носил никогда ту самую метку, и даже не представал перед Визенгамотом - ни сейчас, ни в тот год, когда Темный Лорд пал, а я была совсем маленькой. Но он поддерживал его идеи о том, что нужно очистить магический мир от скверны, и весьма положительно воспринял новость о возвращении ему полной силы. Но не больше. А у Драко была совсем другая ситуация. И если он действительно теперь в его армии, это был его выбор. Но это было опасно. И, как я подозревала, еще и тем, что Драко грозит опасность внутри круга Темного Лорда. Но что я могла с этим сделать? Совершенно ничего. Я даже не знала наверняка, кроме того, что у Драко какое-то дело. Но мне и не нужно было знать больше. Мне было достаточно попробовать его прикрыть. Вот только, разве это возможно, если Поттер лезет напролом, пытаясь проникнуть в Выручай-комнату, и при этом, устранив препятствие в виде меня? Нет, ничего не выйдет. Я не уйду отсюда, пока не уйдет он, а Драко ни за что не выйдет наружу, пока тут кто-то есть. И пусть, он даже не выйдет навстречу мне, это неважно. Если нужно, мы встретимся в гостиной, а вот Поттеру туда ход заказан. Время неумолимо приближалось к ночи, и скоро даже старостам будет непростительно находиться в коридорах во время отбоя. Конечно, я смогу выкрутиться, если это нужно. Но я предпочла бы обойтись без этого. Не этого ли Поттер добивается?
Я смотрела на Поттера, ожидая от него очередного самодовольного выражения лица и такого же ответа, но этого не последовало. Кажется, я всерьез уже его разозлила, но меня это не пугало. Гриффиндорцы не такие, как мы. Откуда-то взявшееся, никому не нужное и совершенно не позволяющее жить хорошо благородство всегда было в их крови, шляпа никогда не ошибалась. Сколько еще понадобится Поттеру, чтобы поднять на меня свою палочку и произнести заклинание? Я не доставала пока свою, и дело вовсе не в уверенности, что гриффиндорец не посмеет причинить мне вреда. Посмеет, еще и как. Это всего лишь вопрос времени. Я сама не знала, зачем я его провоцировала. Видимо, все было дело во мне. Я слишком много нервничала в последнее время, я никому и никогда не показывала своих переживаний, и теперь они накопились внутри и просились наружу. И стычка с Поттером - отличный повод как следует направить куда-то свои эмоции. Но я не стану первой размахивать палочкой, нет. Мне это ни к чему. Если уж устроить неприятности ему, то по полной программе.
Услышав его вопрос, я лишь вздрогнула. Сейчас гриффиндорец затронул настолько опасную тему, которую даже в нашей общей гостиной не все решались затрагивать. Несмотря ни на что, на все воспитание, на уверенность, что мне ничего не грозило, я невольно повела плечами, услышав имя Темного Лорда. Его боялись произносить все, и лишь Поттер совсем потерял страх вместе со своей, вскруженной славой, головой. Мои глаза чуть расширились, а губы сжались в тонкую ниточку. Я не должна показывать ему слабость, и буду прятаться за своей маской настолько, насколько возможно.
- Ему ты этот вопрос задать так и не решился, да? - я нервно усмехнулась, снова скрестив руки на груди, словно пытаясь сохранить чужую тайну. Настолько сильно, что даже сама ее не знала. Я не видела левой руки Драко, он старался ее не оголять даже в теплицах профессора Спраут, а значит, никто не мог знать наверняка, прячет он там что-то или нет.
- Даже если это так, ты все равно ничего не докажешь. Или будешь подходить к каждому с моего факультета, задирая им рукава? - я не сдержала легкого смешка, представив себе эту картину. А правда, вдруг это выход всех разоблачить? И что, он им воспользуется? - Давай, попробуй. Можешь хоть с меня начать, если тебе не терпится.
Разговор окончательно обострился. И только Мерлин ведает, чем он может закончиться. Я опустила руки вниз, держа правую рядом с карманом мантии, где была моя волшебная палочка...

+2

9

Пэнси до последнего старалась сохранять нейтралитет, но у нее этого так и не вышло. Слова Гарри ее взбесили и еще больше бесило простое человеческое отношение. Ее так же раздражало то, что Поттер пытается разладить их планы точно так же, как тот же факт раздражал Гарри. Они все стоят на разных берегах и правда, как ни крути, у каждого своя. Поттер понятия не имел, по какой причине Драко подался в Пожиратели Смерти, не знал и какое положение среди них занимал, но то, что их человек так быстро оказался среди них - о многом говорит.
Драко Малфой был бомбой замедленного действия, Гарри был в этом уверен. Если сейчас не разгадать, что он замышляет, их всех ждет большая беда. Он, своими руками вызовет ее сюда, приведет Пожирателей к дверям Хогвартса или что-то здесь для них важное разнюхает. Зло найдет тысячу щелей для того, чтобы пробраться внутрь даже самого безопасного места в Британии на сегодняшний момент.
И Гарри просто ужасно трясло с этой мысли. Он не может дать Малфою распустить руки, не может. Даже если Пэнси встанет между ними, Гарри сделает все, что угодно для того, чтобы предотвратить тот ужас, который несет в себе каждый, кто носит метку. По умолчанию. В Пожирателей не посвящают кого попало. И если мальчишка по типу Драко посвятили в это общество, значит оно того стоило и он им нужен.
Поттер сильно сжал челюсть, насколько злился. Про себя, пока что никак не выпуская наружу собственное разочарование и раздражения. Почему нельзя просто открыть черепную коробку и вложить туда такой драгоценный и все понимающий мозг!? Столько бы проблем избежать можно было.
Но  ни Пэнси, ни Драко глупыми не были, отнюдь. Их ум был хорошо заточен, но и ранил ни в чем неповинных друзей с завидной остротой. Их бы энергию и преданность, да в мирное русло.
"Я не настолько идиот, чтобы спрашивать", подумал недовольно Гарри, промолчав за Пэнси. Она говорила и наконец-то, сама себя выбила из колеи ложного спокойствия, которое совсем недавно демонстрировала Гарри. И Поттер бы обычно усмехнулся, но теперь ему было далеко не до смеха. Ситуация обострилась и даже, кажется, перестал ветер, ходящий в больших коридорах под сводчатыми каменными потолками.
- Если нужно, я буду задирать рукава - выговорил Гарри, столь же дерзко, как и Пэнси. Они друг другу теперь ни в чем не уступали, но Гарри бы по мирному отойти на задний план и продолжить свои поиски, молча, не выдавая себя, а сейчас он настолько себя компрометирует, что потом станет расхлебывать, это точно. - Я не позволю ни тебе, ни Драко совершить здесь зло. Он вами пользуется, а вы Ему потакаете.
Гарри говорил о Волдеморте с особой страстью. Злостью и страстью. Он уже сам не понимал, на кого тут стоит  злиться. На Темного Лорда, который поймал подростков в ловушку, на Драко, который пляшет под дудку своей проклятой семейки, на Пэнси, которая собачкой бегает за Малфоем и еще успевает тявкать при каждой латентной угрозе. На кого злиться? На мир, на людей, на идеи?
Но если ты будешь злиться, Гарри Поттер, чем ты будешь лучше Него?
Гарри встал мгновенно в стойку, вытянул слегка вперед палочку. Так, как делают нормальные волшебники, готовясь к бою, но Пэнси пока что никак ему не отвечала. Но еще секунду и она сорвется, а вместе с ней сорвутся заклинания, пущенные в Поттера. Надеяться на то, что Пэнси промахнется или сделать что-то неверно не приходилось, она была очень талантливой волшебницей.
- Можешь делать, что хочешь, но ты не прогонишь меня отсюда. Я дождусь Драко и тогда уже задеру ему рукава.
Гарри не рычал, не фырчал, не кричал, но голос у него был натянут точно так же, как и нервы.
- Я не дам Пожирателям спокойно ходить по замку.
пожиратели... как же это глупо звучит.  И вместе с тем - страшно. Волшебники не робкого десятка, каждый из них убил массу людей и делал много зла. Им нечего бояться, потому что они и есть воплощение страха. Им чуждо зло, они давно приняли его в своих сердцах. Поэтому они были опасными врагами, поэтому, столкнувшись с ними, было бы благоразумнее удирать.
- Драко предаст и тебя, а ты этого не понимаешь, Пэнси.
По хорошему не получалось.

+3

10

Насколько же сильно накалялась обстановка в этом коридоре! Я и подумать не могла, что попаду сейчас в такую ситуацию. Когда я шла сюда, мне хотелось перехватить Драко из этой треклятой комнаты. Поговорить с ним, возможно, помочь... Если он примет мою помощь, конечно же, на что я особо и не надеялась.
И кто бы мог подумать, что все выйдет совсем иначе. Я стою буквально в двух шагах от Драко, нас разделяет эта идиотская стенка, а я даже не знаю, как я могу войти в комнату, потому что даже не представляю, чем именно он сейчас в ней занимается. А напротив меня стоит Поттер, явно с теми же целями. Вот только мотивы у нас совершенно разные.
Я хочу помочь Драко. Я слишком хорошо запомнила тот день, когда мы ехали в поезде. Он был полон решимости, энтузиазма и был уверен, что ему уготована великая честь. Сейчас он не отрицал этого. Но я видела - с ним что-то не так. Во время общих бесед в гостиной раньше он всегда был в центре внимания. Он говорил, а мы слушали. Он рассказывал что-то забавное, а мы смеялись. Он возмущался тем, что выходило за рамки нашего воспитания, а мы активно поддерживали эту тему и соглашались с ним. И вовсе не для того, чтобы сделать ему приятное и дать почувствовать свою значимость. Все было проще - мы думали также. Чистокровное общество, воспитанное в своих идеалах, и мы даже представить себе не могли, что может быть иначе. Это выходило за рамки нашего понимания, а когда человек чего-то не понимает, это может привести к двум разным типам. Либо человек пытается это понять и, возможно, принять. Либо это его раздражает и хочется избавиться от вещи, которая так опасно влияет на твой личный окружающий мир. Я относилась ко второму типу. Как и мы все. Мы, слизеринцы, слеплены из одного теста, одних убеждений, и одного социального положения. Наши родословные уходили корнями в средневековье и наши древа процветали, подарив волшебному миру немало выдающихся людей. А если ветка была гнилая, ее просто вырезали. Кто-то просто выжигал своих бывших членов семьи с древа и лишал наследства, у кого-то были более кардинальные меры... Ходили такие слухи, в которые я не хотела вникать. Это было слишком даже для меня.
Смогла бы я решиться на убийство? Вряд ли. Я поддерживала теорию о том, что в магическом мире не должно быть тех, кто не достоин владеть секретами волшебства, и чем их меньше, тем лучше. Но могла бы я поднять палочку, произнести два заветных слова и смотреть, как зеленый луч уносить чужую жизнь? От одной мысли об этом меня бросало в холодный пот, и я их старательно отгоняла. А ведь тем, кто носит метку Пожирателя Смерти наверняка приходилось это делать. И они действовали именно так. Почти каждый день любая статья в газете почти кричала об этом, сея панику среди волшебного сообщества. Я не паниковала. Я знала, что мне лично ничего не угрожает. Но каждая такая статья вызывала неприятные уколы, и я спешила отложить газету и считать, что это меня все не касается.
Чтобы хотеть убить человека, нужно его по-настоящему ненавидеть. Настолько, чтобы просыпаться и засыпать с этой мыслью каждый мерлиновый день. Настолько, чтобы это стало целью в жизни, может, не единственной, но основной.
Сейчас напротив меня стоял Поттер. Он смотрел на меня с явным вызовом, и я отвечала ему тем же взглядом. Он был самоуверен, агрессивен. Он настолько упивался своей крутостью и статусом "Избранного", что от этого к горлу почти подкатывала тошнота. Я злилась, и уже почти не могла себя сдерживать. Мне хотелось размазать его об этот идиотский гобелен напротив Выручай-комнаты, чтобы он хотя бы заткнулся на время. Но если бы меня спросили сейчас про мои ощущения... Нет, я его не ненавидела. Признаюсь честно, на самом деле мне было всегда плевать. Он портил жизнь нашему факультету и Драко в частности, и уже шестой год не изменял себе в этом, и это вызывало лишь отголоски гнева и целую волну презрения, а порой и желание посмеяться над ним.
Но сейчас я была зла. Потому что Поттер стал бы последней каплей в проблемах Драко. И в моем волнении за Малфоя.
- Ни один из нас тебе не позволит даже притронутся к нитке мантии, не то, что рукав задрать, - я сузила глаза, чувствуя, как злость и раздражение внутри меня растет от его довольно наглых заявлений. - Ты можешь строить из себя добродетель сколько угодно, но, знаешь, Поттер... Ты не такой уж и особенный, каким тебя считают.
Все это я бросила ему прямо в лицо, сделав несколько шагов по направлению к нему. Все мои тревожные мысли, бессонные ночи и искусанные от волнения губы, все пролитые тайком даже от своих слезы бессилия проецировались в эту ярость. Давай же, Поттер. Скажи еще что-нибудь, навесь на мой факультет еще один ярлык, и я уже не смогу держать себя в руках. Ты ведь этого добиваешься, верно? Чтобы потом в своей гостиной хвастаться однокурсникам, как ты поставил Слизерин на место и наслаждаться всеобщим вниманием, чтобы покормить свое тщеславие, да?
Видит Мерлин, я не хотела этого. Я ни в коем случае не хотела подставляться сама, начинать дуэль прямо в коридоре, но я уже не смогла держаться. Его фраза про Драко и его возможное предательство стала последней каплей. Потому что в глубине души я боялась именно этого, и это было последнее, что я хотела услышать вслух.
- Depulso! - я выхватила палочку почти на полминуты позже, чем гриффиндорец, но не стала тянуть время. Сейчас я не вполне контролировала свои эмоции.

______

Depulso - Отбрасывающее заклинание из игры "Гарри Поттер и Кубок Огня".

+2

11

Пэнси ничего не понимала. И вряд ли стоило тратить время на то, чтобы ее в чем-то убедить. Таких людей может поменять только собственный горький опыт. Увы, у Гарри, да и у окружающих, не было на это время. Придет минута, когда она обернется и сделает выводы, но пока Пэнси Паркинсон выглядела настоящей слизеринкой - змеей, готовой кусать столько, на сколько хватит у нее сил и яду.
Дело было не только в Драко, будем честными. Пэнси сама поддерживает идею чистой крови. Она сама ничем не лучше Драко, разве что ее не посвятили в эти дела. Она никому не была нужна со своим молчаливым согласием с идеями Темного Лорда и ее это бесило. Как бесило бы и любого. Пэнси бы, дай ей волю, многое бы доказала Пожирателям Смерти и ее нисколько бы не смущала ее ничтожная роль в их общем деле. Пожиратели всегда будут искать тех, кто выполнит за них грязную работу. Они не любят марать палочки и размениваться на легкие стычки. Их удел - появляться в нужный момент и вершить волю Волдеморта. Не больше, ни меньше. А пресмыкающиеся люди, приспешники, не попавшие в их обзор вынуждены проливать совершенно не нужную кровь.
Пожиратели внушали страх, но на самом деле они были обычными волшебниками и у них наверняка были поводы, чтобы пойти за Волдемортом. Не то, чтоб Поттер их оправдывал, но он надеялся, что многих еще можно спасти. Когда Волдеморт падет, куда эти люди пойдут? На чьих гнездах будут взращивать свои семьи и что расскажут своим детям? Но главное, что будет с ними? Их переловят, пересажают в Азкабан, а тех, кто не был прямо причастен к их деятельности будет покрыт навсегда страшнейшим позором.
Они все подписываются на это, совершенно не думая о последствиях. Узколобые, не способные мыслить гибко люди. Их можно только жалеть в их единственном выборе, который не предполагает другого.
Пэнси атаковала первая, Гарри не был даже удивлен. Он бы не сделал первый шаг, как бы не любил Пэнси. Он не собирался с ней ссориться и если бы она ушла с его пути, ничего бы не произошло. Другое дело, что Парконсон не ушла бы ни при каком раскладе, даже чисто из-за вредности.
Гарри встал между ней и Драко, Гарри вмешался в дела Драко. Гарри хочет ему помешать. Можно найти миллион причин для того, чтобы напасть на него. Никто убивать его не собирался, но вот покалечить - это запросто.
Поттер успел увернуться. Красная искра со скоростью только что ударившей молнии пролетела совсем рядом с ним, что Гарри показалось, будто бы его задело. Его и правда задело, но только в бок, однако на ногах он не удержался. Холодный, каменистый рельефный пол недружелюбно встретил его. Гарри как-то неакуратно перевернула накатившая не с полной силой волна и выбила почву из-под ног, отчего он упал на живот, но успел выставить вперед локти. Ошибка, ужасная ошибка, которая отдалась во всем теле резким приступом боли. Однако Гарри мгновенно поднял голову. Пэнси стояла недалеко от него, но она успела его оттолкнуть от себя. Крепко сжав палочку, Гарри приподнялся и прежде, чем выпрямиться, выбросил заклинание.
- Экспульсо! - Меньше всего он хотел сильно поранить Пэнси, поэтому заклинание вышло слабым, настолько насколько Поттер мог его сделать слабым. В следующее мгновение он вскочил на ноги и укрылся за углом, отнюдь не собираясь убегать. Да и убегать некуда. Впереди был тупик, за углом - Пэнси.
- Может я и не особенный, - выговорил немного торопливо Гарри, откидывая голову к стене и осторожно выглядывая из-за угла - но я сделаю все, чтобы у вас ничего не получилось. Ни у тебя, ни у Драко, ни у его проклятой семейки. Мы сильнее, Пэнси.
Сильнее, потому что вместе и нас заботит судьба друг друга. Дружба, любовь, семья, все это у них было, это делало их сильными перед любой опасностью. Никакой Волдеморт еще не придумал и не создал заклинания или средства против человеческой заботы.

+2

12

Наверное, я поступала слишком опрометчиво. Магическая дуэль прямо в коридоре, да еще после отбоя, да еще и с любимчиком директора, да еще и фактически под носом того, кто мне был не безразличен, как и его мнение - это было слишком даже для двух враждующих факультетов.
Но остановиться уже было невозможно. Мои эмоции достигли своего пика, трансфигурировались в агрессию и презрение, и взорвались, как котел Финнигана на одном из уроков Зельеварения. И теперь все зависит от того, насколько мы здесь далеко зайдем.
Считала ли я себя виноватой в этой дуэли? Нет, не считала! Поттеру не следовало ошиваться здесь сегодня ночью, вынюхивать, чем занимается Драко и устраивать ему дополнительные проблемы, как и всему нашему факультету. За последние годы чего только не произошло.
На самом деле, все могло быть иначе. Драко сам упоминал, что такой личности, как Гарри Поттер, нужно указать правильное направлении. Он жил среди магглов, но сам не имел к ним никакого отношения, но этого хватило, чтобы он мало знал о нашем мире. Ничего удивительного, магглы, те, кто знают о нашем обществе, бояться нас и завидуют одновременно. Они делают все, чтобы стать частью волшебного общества. Я не знаю, как так получается, что им становятся доступны наши секреты и способности. Они медленно, по крупицам, проникают в наши самые потаенные недра, стараясь держаться наравне и даже - О, Мерлин! - имеют волшебные палочки. У них нет ни волшебников в семье, ни статуса, но они пытаются быть равными нам. Но происхождение не спрячешь, мы слишком обособленны и знаем с детства, какие именно фамилии есть в том самом списке. "Природная знать. Родословная волшебников" - одна из первых книг, которые читают чистокровные дети, едва научившись это делать. Никому не обмануть нас. Есть и полукровки, но с ними все понятно. Пусть они и не так чисты, как мы, но тем не менее, тоже волшебники и с этим приходится считаться. А вот грязнокровки - совсем другой разговор. Обо всем этом Поттер не знал, когда получил письмо, наверняка. Драко вызвался помочь ему, но Поттер с негодованием отверг эту помощь, предпочитая крутиться в обществе грязнокровок и осквернителей крови. Разумеется, это задело Драко, как и всех остальных. Знаменитый с детства Гарри Поттер плюнул в лицо лучшим представителям волшебного сообщества, и продолжает это делать в течении всего обучения в Хогвартсе! Конечно, его стоило поставить на место. Особенно сейчас, когда так опасна и тонка грань между поводом гордиться и риском подвергнуть себя смертельной опасности, если не оправдаешь ожиданий. Не для меня, разумеется, для Драко. Поттер был готов принести ему еще проблем, что может разрушить это хрупкое равновесие, и уж точно с плохим исходом. И сейчас я старалась этого не допустить.
Да, теперь бессмысленные разговоры в коридоре кончились и началась самая настоящая борьба, с применением волшебных палочек. Я не выдержала, я поддалась на провокацию, и теперь вряд ли смогу просто так остановиться. Разумеется, мы друг друга не убьем, но наверняка покалечим. А утром найдут нас не в самом лучшем состоянии и потащат в Больничное крыло, прямо к мадам Помфри. И еще неделю вся школа будет обсуждать нашу стычку, придумывая такие подробности, которые будут сниться по ночам слишком впечатлительным первокурсникам. Поттеру не привыкать к такой славе, даже если она плохая. Все от него отскакивает, как будто бы от слов, взглядов и перешептывания за спиной существуют свои Щитовые чары, а я не знала, смогу ли это выдержать с достоинством. На своей памяти, я ни разу не попадала под такое повышенное внимание, мне было достаточно того, что имелось. И я не Поттер, мне такой славы и даром не надо.
Но сейчас было все равно. Сейчас я была слишком рассержена, чтобы просто так спустить ему это с рук. Удивительно, как кошка сквиба еще не нашла нас, как на шум не прилетел Пивз, чтобы сделать заварушку еще более жаркой. Казалось бы, сейчас ничего больше не существовало, кроме нас двоих, этого коридора и взаимной неприязни, которая била из нас фонтаном, оказывая заклинаниями вместо воды.
От его заклинания я отлетела к одной из стен и неприятно впечаталась  в нее спиной, охнув от боли. И это все, на что он способен?
- Это мы еще посмотрим, Поттер! - прошипела я, поднимаясь на ноги, выглядывая из-за угла, за которым он трусливо спрятался, и указала палочкой на другой гобелен, который висел прямо над головой гриффиндорца. - Diffindo!
Гобелен сорвался со стены, накрыв моего оппонента с головой, но я на этом не собиралась останавливаться.
- Reducto! - каменная горгулья между нами взорвалась на осколки, но я слегка не рассчитала силу, и часть из них полетела не только на Поттера, но и в мою сторону...

+2

13

Пэнси, вестимо, не понимала, что происходит и что это может за собой повлечь. Дисциплинарная ответственность на них обоих. Гарри даже и не думал о том, что его станут оправдывать. Если кому-то казалось иначе, это их проблемы, но Поттер получал ровно столько, сколько положено любому провинившемуся в Хогвартсе. Он такой же ученик, как и все они. Жаль, что некоторые люди мерят по каким-то другим критериям. Они оба будут отчитываться за такое поведение перед деканами и директором и им обоим придется объяснить причины неадекватного поведения, а для учителей никогда не бывает однаково виноватых людей, Пэнси будут защищать ее учителя, Гарри - его. И, конечно, он просто не сможет сказать, что это Паркинсон начала бой. Пусть это и была правда, Поттер понимал, что это он довел ее до такого состояния. Тем не менее, по-другому он просто не мог.
Драко в этой чертовой комнате, а Пэнси так и будет мешаться под ногами. Она ничего не знает, иначе не появлялось бы на ее лице такой растерянности и открытого незнания. Она напала на Поттера, потому что он задел важные для нее темы, потому что он нащупал почву ее не посвящения в великие дела Малфоев. Малфоев, которые готовы целовать следы на песке от Волдеморта. У Гарри уже давно все сложилось в голове и он бился об заклад, что прав. Однако для того, чтобы убедить окружающих мало того, что он там себе думает или к чему пришел посредством размышлений и цепочки выводов. Даже Рон не хочет слушать о том, что Драко - Пожиратель Смерти. Казалось бы, смешная вещь...
Но почему бы и нет? Его отец был Пожирателем Смерти, Гарри видел его в кладбище, он пришел одним из первых, когда Темный Лорд позвал. Драко он используется точно так же. Гарри не пытался и не будет даже пытаться достучаться до здравого смысла, он понял, что в Слизерин здравый смысл не завозили, вместе с логикой.
Пэнси напала на него, как змея. Достойная представительница своего факультета. Теперь ее заклинания звучали, как оскорбления, выглядели брызгами яда. Змея широко раскрыла пасть, но боится укусить. Не потому что змея - трусливое существо, потому что не все змеи по умолчанию - отвратительные искусители и слуги зла. Пэнси была взрывной и дерзкой девушкой, но она не была убийцей. А вот Драко... Драко, за которого она тут готова пускаться во все тяжкие, был убийцей? Или Иудой в Хогвартсе?
На Гарри налетел гобелен, на какое-то мгновение он перестал видеть, что творится вокруг. Он лишь услышал приглушенное сквозь толстую ткань заклинание и понял, что Пэнси собирается разнести тут все вокруг и завалить его камнями, а потом, гордо подняв голову, уйти. Слизеринцы ничто так не умеют, как доставлять хорошим людям неприятности и причинять не смертельную, но довольно противную, мешающую боль.
Потер попытался как можно быстрее выбраться из-под гобелена. Смешно, наверное выглядело, но в бою все средства хороши. Пэнси размышляла в бою так, как размышляет любой дуэлянт. Обезвредить противника, не причиняя ему тяжкого вреда...
Как будто бы она не первый раз выговаривает эти заклинания. С такой быстротой принимает решения, словно уже делала так.
- Импедимента! - Гарри успел выбраться из-под гобелена. Вспышка на кончике палочки покрыла большую часть коридора и словно натянула невидимый батут, который остановил в воздухе поток камней от разорванной на части горгулии. Гарри заботился не только о себе, но и Пэнси, как бы смешно это ни звучало. Какую не хилую силу она приложила в свое "редукто"... позавидуешь.
Можно было на секунду выдохнуть. Поттер не посмотрел, задело ли что-нибудь Пэнси, но он сам остался, слава накрытому его гобелену, в порядке. Если какие-то камни и попали в него, останутся синяки, боль которых он пока еще не чувствовал.
Еще бы мгновение и булыжник от статуи точно кому-нибудь тут раскрошил череп. Гарри даже успел разозлиться. Это была не пыль, которая максимум - поцарапает лицо. Это были камни, которые при нужном ударе и убить могут, в лучшем случае - разобьют голову или сломают пару костей. А это уже серьезно. За это уже придется ответить перед директором.
Ни одному из них, тем не менее это было не нужно.
- Репаро - вздохнул Гарри и слегка повел палочкой. Особо хорошо у него никогда это заклинание не выходило, но отдельные предметы он был способен починить, например, вернуть взрованной горгулии ее прежний вид. Главное, заклинание Пэнси не навредило ей же.
Тем не менее, Поттер не знал, что будет дальше. Камни возвращались на свои места, аккуратно и медленно, не способные причинить никому особого неудобства и, тем более, вреда.
- Экспелиармус - обратил он на Пэнси заклинание. Все это нужно было заканчивать. Иначе они оба доиграются. Ни Драко, ни Пожиратели Смерти, ничто не было оправданием для Гарри - он не хотел причинять Пэнси вреда. Как бы ни злился на нее за ее же нерасторопность и неповоротливость во взглядах, он был совершенно нормальным человеком, которому не нужны были пустые драки в коридорах. Они оба все равно останутся при своем мнении. А вот здоровье... здоровье может пострадать.

______

- немного видоизменил оригинальное заклинание и применил его на неживые предметы, остановив их движение все во благо сюжету, персонажам и эпизоду.

+2

14

Рискованно это - устраивать дуэль в коридоре. Это было совсем не то, что мне было свойственно. Чаще всего, конфликты наших факультетов были публичные. Постоянные обидные выкрикивания в сторону друг друга в коридорах, перед уроками или исподтишка кинутый сглаз на совместных занятиях. Но при всех, и это становилось чаще всего достоянием всего класса.
Мы постоянно дразнили гриффиндорцев, а они проходили мимо нас с царственным видом, будто бы некоторые и не грязнокровками родились. Но мы не оставляли попыток, и иногда даже получалось выводить из себя, выбивать из равновесия. Обычно преподаватели прекращали это, и мы вновь расходились по углам.
Особенно сильно все обострялось перед матчем по квиддичу. Тогда оба факультета словно с цепи срывались, шутки обретали более личных характер, а сглазы были более болезненными. Но - начистоту - ничего серьезного в них не было. Лишь немного больно, лишь немного больше ненависти.
А что будет, если двух представителей этого факультета оставить наедине и довести до конфликта? Кто их сможет остановить, кто прекратит все то, что может быть неконтролируемым? Я нечасто задавалась таким вопросом. Не скажу, что уж очень сильно он меня интересовал. Мне не доводилось бывать в такой ситуации раньше, а вот теперь...
Теперь я в ней оказалась. Небольшая словесная стычка закончилась предсказуемо - ее участники похватались за волшебные палочки. Так часто бывало, но каждый раз, едва стоило сунуть руку в карман, в коридоре тут же появлялся кто-то из учителей и драка прекращалась, даже не начинаясь. А теперь, можно сказать, что я сполна получила ответ на вопрос - что именно происходит, когда слизеринец и гриффиндорец остаются наедине. Они готовы кидаться друг в друга оскорблениями и заклинаниями, пока один из них или оба не выдохнутся. И кто знает, как скоро это произойдет, и насколько они способы при взаимной ненависти покалечить друг друга.
Я не могла успокоиться, не могла себя остановить. Меня взбесило, что Поттер так бесцеремонно вмешался в мои планы, что мне пришлось тратить время на разговоры с ним, а теперь пытаться прогнать его силой. И то, он был слишком упрям для такого. Поэтому наша стычка затянулась, а заклинания с каждым разом становились все опаснее...
Заметив кусок статуи, который, летел в мою сторону, я даже толком не успела понять и среагировать, как снова услышала заклинание и каменная глыба повисла прямо в воздухе перед моим лицом. Я шумно выдохнула, только сейчас заметив, что задержала дыхание на несколько секунд.
Я обошла камень, все еще держа в руках палочку, и глядя на то, как Поттер пытается починить статую. Впрочем, небезуспешно. Теперь даже не скажешь, что ее кто-то ломал, хоть гобелен по-прежнему и валялся на полу, из-под которого довольно ловко выбрался гриффиндорец. Это была странная дуэль, но случай с булыжником немного остудил мою спесь. И что теперь? Сдаться и уйти? Нет, я не собиралась ему уступать. Но и продолжать это все было бесполезно. Либо один из нас угробит другого, либо мы угробим друга. И что толку?..
Но секундное промедление стоило мне волшебной палочки. Я не успела поставить щит, и она уже оказалась в руках у Поттера. Я снова почувствовала, как нотки гнева медленно заиграли в моей голове. Я смотрела на Поттера примерно в течении нескольких секунд, считая до десяти про себя. Я не видела смысла продолжать спор, лишившись волшебной палочки. Он все равно так возьмет верх, а я не могла позволить себе проиграть гриффиндорцу исключительно по причине неравного сейчас боевого положения. Я знала, что моя гордость это не переживет. На секунду прикусив губу, после небольших раздумий, я сделала несколько шагов по направлению к гриффиндорцу и, остановившись перед ним, протянула руку, указывая взглядом на свою палочку.
- Верни, - вот так коротко. Не требовательно, без эмоций, ровным голосом. Не думаю, что ему так сильно она нужна, а сказать что-нибудь еще я не считала уместным.
Дождавшись, пока палочка снова окажется у меня, я вновь посмотрела на Поттера. Промолчать все же было трудно.
- Ты туда все равно не сможешь войти, и ты это знаешь, - я указала на стену, за которой была Выручай-комната и где сейчас был Драко. Комната становилась такой, какой она нужна была тому, кто в ней находился, но ни я, ни наверняка Поттер, не знали, в какой именно ее версии Драко был занят. Небось еще и позаботился о том, чтобы никто не мог войти. И, несмотря на то, что я сейчас потерпела поражение по всем фронтам, я не собиралась терять лицо даже перед Поттером. Потом, возможно, я запомню это и не упущу возможности поквитаться. Но не сейчас.
- Reparo, - я указала палочкой на гобелен, возвращая ему первоначальное состояние. А затем, развернувшись и понадеявшись, что гриффиндорское благородство не позволяет им нападать со спины, направилась в сторону лестницы, чтобы вернуться в гостиную. Меня трясло, я крепко обхватила себя руками, вцепившись пальцами в мантию, но в какой-то степени, мне стало и легче. Меньше напряжения, я выпустила часть пара, хоть и не планировала. Но, по крайней мере, я смогу сегодня поспать спокойно. Иронично, что это было благодаря одной из самых нелюбимых личностей в этой треклятой школе. Но только, если Поттер надеется на благодарственную грамоту, он заблуждается. Обойдется.

+2

15

Гарри вернул Пэнси палочку не без сомнений. И она была права - туда не попасть. Ни ему, ни ей. Что за ирония. Они ждали одного и того же человека, но дверь могла появиться в другом месте с Драко наверняка наскоро безопасно вышел, а они здесь развели мини-схватку, которая, впрочем, немного встряхнула их и стерла пыль с их довольно молчаливых отношениях. Гарри еще раз доказал, что на дух не переносит слизеринцев и что они абсолютно одинаковые, все. Что Пэнси, что ее Драко, что их другие дружки, которых здесь не было.
Никто не проиграл, никто и не выиграл. Если бы камень угодил Пэнси в голову, она бы, ноя, побежала в лазарет, но за что, что Поттер избавил их от неприятностей даже не сказала спасибо. Он притормозил те камни не только потому, что боялся порчи школьного имущества и того, что какой-нибудь булыжник угодит в него, он в первую очередь подумал о том, что Пэнси могло статься больно и не очень хорошо после таких заклинаний. Ее волшебство обернулось против нее же и это тоже могло быть неким символическим знаком. Они копают сами себе яму, сами взрывают статуи, надеясь, что их врагов занесет камнями, даже не думая о том, что те же камни, не подчиняясь никакому волшебству отправятся и в их сторону. Жаль. Очень жаль, что Пэнси это не понимает, потому что Гарри точно знал - она только открывает рот, ничего за ее словами нет. Когда в школу придут настоящие Пожиратели, люди, творящие черную магию, а не темы для разговоров и завалявшиеся заголовки "Ежедневного Пророка", она поймет, что сейчас - лучшее время, которое они переживают. Пожиратели не будут снисходительны к ней, если она сделает что-то не так.
А уверенность в том, что она в любом случае сделает все правильно - просто до некуда смехотворна. Однажды кому-нибудь не понравится ее прыть и желание всюду залезать с ногами, особенно с такими людьми, как Пожиратели Смерти. Или же просто попадет под горячую руку одного из них, все может начаться у нее с банального и закончиться очень плохо.
Впрочем, все покажет время. Поттер протянул ей палочку, а та забрала ее с очень обиженным видом. Он не мог присвоить себе то, что принадлежало Пэнси, но то, что он в конце концов обезоружил ее - поставило точку в их споре. Ей тут делать было нечего, стоял глубокий вечер, а Гарри искать Драко в этих коридорах до утра не хотелось вовсе. Ему достаточно лишь того, что Малфой был там, был в этой комнате и не для того, чтобы поискать старые метлы.
Они вернули коридору его первоначальный вид, ничего больше здесь не выдавало того, что два студента тут поссорились немного, тем не менее, что-то с отрицательным зарядом, напряженное до некуда повисло ощутимо в воздухе. Они должны были разойтись, но Пэнси как мрачной и обиженной была, такой отсюда и ушла. Гарри победил, он чувствовал себя победителем, даже если это было не так.
Пора бы тебе, Паркинсон понять, что он не слабак. Он даст отпор любому, кто встает у него на пути и смеет задирать на него палочку. Гарри Поттер - не мерлинова милость, он отвечает, когда на него нападают. Будь здесь другой человек, он бы ответил точно так же. И все-таки чувство, будто он не должен был выпадать в ответ задевало струнки совести. Паркинсон ведь просто лезет, куда ее не просят и для него какой угрозы не представляет, она не способна сделать что-то из ряда вон выходящее. Потому что она девушка. Крепкая, смелая, уверенная в себе, но девушка, которая пусть и показывает, что ей не нравится все вокруг, тоже проучилась здесь шесть лет и она тоже боится (Поттер уповал на это) того времени, когда над всеми ними установится абсолютная власть.
Ведь абсолютная власть, даже лояльным ей людям доставляет много проблем. Она не может быть ни плохой, ни хорошей. Ее просто нужно разрушать.
Она гордо развернулась и пошла в сторону лестницы. Хороший конец, они просто разошлись, Гарри остался стоять на своем же месте и глодать не пойми откуда взявшуюся обиду и раздражение. В конце конце, он закусил губу и от негодования мотнул головой, корпусом подался в сторону. Снова он ничего не добился и только тишина и удаляющиеся шаги мисс Паркинсон напоминали ему о том, что все, что он делает пока что - ничего не означающие потуги.
Когда он вернется в Нору на Рождество, он поговорит с орденцами и расскажет им обо всех своих подозрениях. Может быть потом станет легче, может быть хоть им будет что-то понятно.
Поттер последний раз взглянул на целую статую, умолчавшую о том, что с ней тут безбожно сотворили и на гобелен, который даже не двигался под слабеньким ветром, а потом решительным, напряженным шагом направился к лестнице. Пэнси уже и след простыл.

+2


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных личных эпизодов » [27.11.1996] Вражда не забывает обиды