0041
0087
0185
0142

"Меган почти была счастлива. Почти. Но это почти разъедало ее душу, как серная кислота лакмусовую бумажку... Успех в школьной команде по квиддичу, обилие друзей, забота родных, учеба несложная." - MEGAN JONES

МАССОВЫЕ КВЕСТЫ

в игре январь - февраль'98

Вагон 12 – N. Longbottom [19.12]
Вагон 10– J. Finch-Fletchey [18.12]

HOGWARTS. PHOENIX LAMENT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных сюжетных эпизодов » [23.12.1997] На обложке журнала


[23.12.1997] На обложке журнала

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

На обложке журнала
http://funkyimg.com/i/2wyoe.png

› Участники: Dominika Warrington, Marcia Vanderville, Rachel Brogan, Leifr Farrow, Daniel Rowle
› Место: Редакция Ежедневного Пророка.

› Время: утренний брифинг.
› Погода: всю ночь была метель.

На столе у главного редактора ЕП новый выпуск газеты. На первой полосе известие об убийстве в стенах школы. Кто автор этой статьи? Как она оказалась на первой полосе? Кто решил обойти новые правила и обмануть главного редактора?

0

2

Сказать, что Доминика была вне себя – это ничего не сказать. Обычно сдержанная, уверенная в себе и язвительно-насмешливая, этим утром она обратилась в сущую фурию: раздраженную, кипящую, будто котел с маслом, и реагирующую агрессивно на любую фразу в свой адрес, начиная с банального приветствия и заканчивая пожеланием доброго дня. «Доброго! Как бы не так!» - влетев в свой кабинет и при этом громко хлопнув дверью, женщина швырнула на стол новый выпуск «Пророка» и нервно закурила, принимаясь расхаживать из угла в угол. «Творится черт и что!» - причитала она, то барабаня пальцами по столу, то бросая гневные взгляды на статью, красующуюся на первой странице, то глядя в окно, на грязный и равнодушный Лондон, - «Крыса! Проклятая крыса в моей редакции! Причем не когда-то там, а именно сейчас! Нет! Кто-то явно решил меня подставить! Да отравится этот кто-то собственным ядом!» Волшебница поджала губы и скомкала сигарету, не обращая внимания на боль и оставшийся на белой коже ожог. «Я должна что-то сделать! Должна! И не когда-то, а прямо сейчас! Но что? Изымать материал из оборота уже поздно. Сегодняшний выпуск разлетелся по сотням семей. Сейчас уже ничего не исправить и не изменить. Завтра. Новая статья должна быть готова завтра, но где гарантия, что на страницах появится именно то, что я хочу на них видеть? Видит Мерлин, я не пропускала этого безобразия! Но оно есть! Есть, драккл его побери!» Миссис Уоррингтон ударила ладонями по столу, отчего стоящая на столешнице чернильница жалобно звякнула, и устало опустилась в уже успевшее полюбиться кресло. «Злость злостью, а делать что-то надо», - рассудила она, - «Искать виноватого и готовиться встречать гостей. Ведь не может же обойтись без них? Разумеется, не может…»
Доминика растерла пальцами виски и, приложив пальцы к губам, задумалась. «Кто мне нужен? Кто может знать того, чего не знаю я? Охранник, разумеется. Он должен знать, кто уходил из редакции последним? Он должен был проследить за тем, как проходит выпуск… Хотя, нет… Не должен был. Не его задача разбираться, что именно выходит в печать. И не тех, кто издает готовый материал. Эта статья явно написана кем-то опытным. Кем-то, кто имеет представление о произошедшем и может поменять мое указание. Тайно или явно – уже не важно. Вчера вечером все было хорошо, а с утра стало плохо. Ну что ж, начнем сверху и посмотрим, к чему нас это приведет». Женщина сжала руки в замок, до боли в суставах, а после решительно выдохнула и принялась писать записки. Первым делом, Марции Вандервилль, своей ближайшей соратнице и помощнице. Если бы не эта проклятая статья, уже следующим днем волшебница осталась бы главной в издательстве, но утренний выпуск спутал миссис Уоррингтон все карты и, видит Мерлин, не только ей. «Теперь я обязана остаться», - заметила Доминика, - «Ну уж нет! Это кресло я так скоро не потеряю!» Женщина еще помнила, с каким трудом вырвала желанную должность из рук конкурентов, и помнила, кто именно преподнес ей такой подарок. Если бы не Люциус Малфой, в кресло сел бы совершенно другой человек, и подставлять куратора, обманывая его надежды, миссис Уоррингтон не имела никакого права.

«Мисс Вандервилль!
Вы нужны мне. Срочно! Прошу немедленно явиться в мой кабинет и захватить с собой утренний выпуск «Пророка», на тот случай, если Вы его еще не видели.
Д.Уоррингтон»

Отправив послание, Доминика принялась ждать. «Кто? Кто? Кто же ты? Где же ты ходишь? Под какой маской скрываешься?» Женщина думала. Все это напоминало ей дурную игру, несмешную шутку, которая шуткой, к сожалению, не была. Не зная, с какой еще стороны зайти, волшебница подняла газету на уровень глаз и еще раз перечитала статью. Кого-то ей этот почерк очень напоминал, но вот кого? – Вспомнить миссис Уоррингтон не смогла. Впрочем, она надеялась, что, быть может, Марция, отдавшая «Пророку» не один десяток лет, узнает автора. Вернее, двух авторов, поскольку к отвратительной статье прилагалась не менее возмутительная колдография.

+4

3

Как же хочется спать!
Марция потирает виски и наливает очередную чашку кофе. Последний месяц перевернул всю ее жизнь с ног на голову. В тот самый день, когда Дэвид признался в своих чувствах весь мир мисс Вандревиль разделился на "до" и "после".
Как бы она хотела сейчас быть с ним, а не сидеть в редакторском кабинете. Родные стены теперь казались ей клеткой, дом, работа, привычная жизнь, все стало поперек горла. Но она помнила свое обещание. Ни во что не вмешиваться. Не подвергать себя опасности. Не рисковать жизнью понапрасну. И самое главное и самое трудное - никто не должен знать о том, что они виделись.
Первые три дня Марции казалось, что она сойдет с ума, на четвертый стало ясно - так дело не пойдет. Сидеть сложа руки ей не под силу, но и нарушить свое слово она не может.
Во время последней встречи Гамп пытался объяснить, что причина по которой он не берет ее с собой вовсе не в том, что он не хочет, а в том, что это опасно и пользы от нее в деле никакой. Как бы ни обидно было это признавать, но во многом он прав, и раз уж у нее теперь столько лишнего времени, то почему бы не использовать его с пользой? Основы колдомедицины, травология, защита от магических существ, она даже старые учебники времен Хогвартса раскопала. Училась Вандервиль всегда с горем пополам, и как показала практика, с возрастом легче не стало, но Марции очень хотелось научиться хоть чему-нибудь, поэтому она продолжала читать с упрямством маленького ребенка.
И все бы ничего, вот только времени на сон не оставалось, да и засыпала она с трудом. К тому же, Дэвид обещал, что Рождественские каникулы они проведут вместе, а известий все не было, и она уже начала волноваться.
Еще один шумный вздох, очередная кружка кофе. Этим утром перед ней маггловская книга, повествующая о навыках выживания и техники первой помощи. Как же все не просто! А буквы так и скачут перед глазами... и спать хочется все больше...
Ее утренние мучения прервала записка от мисс Уоррингтон. Марция повертела в руках клочок бумаги, перечитывая его несколько раз. Судя по тону Доминики у той были какие-то трудности. Марция только усмехнулась. Она отлично помнила, с какой гордостью та села в заветное кресло, да еще похвасталась, словно одержала победу в битве, а как дошло до первых трудностей, первым делом вспомнила про Вандервиль.
Вот так всегда! Чуть что, сразу Марция... ну да ладно.
Статью в газете прочитать все же стоило. И лучше сделать это до того, как она отправится к Доминике. Спрятав книгу в стол, женщина притянула к себе свеженький номер издания, все еще пахнущий типографской краской и углубилась в чтение.
Автор статьи вызывал немалое уважение. Марция даже пожалела, что это не она написала. Если бы не та встреча с Дэвидом на Гриммо, то пожалуй она могла бы подумать о подобном. Теперь же ей было что терять. Победить в битве еще не значит выиграть войну. Кое-чему она у своего дипломата все же научилась. Статья была хороша, но чужое горе легко забывается, уже завтра многие и думать забудут о бедной погибшей девочке, а вот автору несдобровать.
Хуже другое. После Доминики, Марция второй человек в редакции и тень подозрения может пасть и на нее. К тому же, ее отец всегда выступал в поддержку магглорожденных. Правда, статья с ее хроникой ничего общего не имеет, значит шанс у нее еще есть. Случись это на два дня позже - было бы намного хуже. Ведь она обещала Доминике подменить ее на праздничные каникулы.
Удивительно, но мысль о том, что статья может стоить ей должности Марцию не пугало. Несколько месяцев назад это было бы сродни катастрофе, но сейчас она спокойна словно удав. Слишком многое изменила в ее жизни та ночь...
Она все же прихватывает с собой газету и отправляется в кабинет мисс Уоррингтон. Судя по лицу начальницы, нервы у той уже на пределе.
- Если вопрос в том, моя ли это работа. Нет не моя. - Вместо приветствия говорит Марция, входя в кабинет и прикрывая за собой дверь.
В отличие от Доминики она выглядит спокойно и почти расслабленно. Должно быть, усталость берет свое. Больше всего Марции хочется заснуть прямо здесь, уютно устроившись в кресле. Хотя бы на пару минут закрыть глаза… но нельзя… лучше и вовсе не садиться, ни то она точно уснет, а ей еще нужно разобраться что здесь происходит и попытаться выгородить автора статьи, ибо кто бы это не написал, поступок был храбрый и достойный одобрения.

+5

4

Этот день, казалось, не предвещал беды и обещал быть одним из самых заурядных рабочих будней. Но не тут-то было. Привычно заскочив за утренним кофе (второй порцией, ведь один стакан сваренного в турке напитка уже был с наслаждением выпит) для себя и Марции (это должен был быть маленький приятный сюрприз), Рейчел прибыла на работу и, пока двери лифта ещё не распахнулись перед ней, она развернула свёрнутую в трубочку газету, каждое утро присылаемую на её адрес. Она не ожидала увидеть ничего необычного, но от того, что развернулось на первой же полосе, у неё буквально глаза полезли на лоб. Хотя, если быть совсем откровенными, её мимика в тот момент была совсем иной: брови сошлись на переносице, образуя на лбу морщинки, в глазах отразилось искреннее возмущение увиденным, а рот приоткрылся так, будто она вот-вот произнесёт выразительное "какого чёрта!?". К сожалению или к счастью, до нужного этажа Рейчел добиралась одна, и потому её гримаса осталась незамеченной. Впрочем, любой работник "Ежедневного Пророка", увидев скандальную заметку, на своём лице изобразил бы примерно то же самое...

    Выскочив из лифта, журналистка мгновенно поменяла запланированное направление - она более не направлялась в кабинет, где проводила время, пребывая в здании издательства. Теперь её путь лежал прямиком к   главному редактору. Что бы ни скрывалось за этой статьёй: неожиданное решение миссис Уоррингтон переступить через все договорённости (в чём Рейчел очень и очень сомневалась) или бунт среди подчинённых - ситуация была критической.  И хотя миссис Броган не была редактором, в компании она занимала не последнее место и пользовалась авторитетом, чем, к слову, никогда не пользовалась, предпочитая с блестящим профессионализмом делать ту работу, которой она смогла завоевать честные "лавры". Судьба Пророка немало беспокоила её, ровно так же, как и проблемы, которые вот так внезапно на него обрушились. И оттого она просто не могла не с равнодушием начать рабочий день так, словно ничего и не произошло.
    Постучав исключительно ради приличия, Рейчел, не дожидаясь ответа, стремительно вошла в кабинет Доминики. (Тут автор совершенно необходимым считает обратить внимание на то, сколь серьёзна была ситуация, ведь даже миссис Броган, славящаяся своей исключительной вежливостью, не дождалась разрешения войти и даже не поприветствовала никого из присутствующих.)
   - Какого чёрта? - она, наконец, выпалила вопрос, крутившийся в её мыслях и на языке с того самого момента, когда статья о гибели девочки попалась ей на глаза. После этого она быстрым взглядом окинула уже собравшихся коллег: Доминика, как и ожидалось, была на взводе, и Рейчел прекрасно её понимала, а вот Марция производила впечатление человека, совершенно равнодушного к проблеме. Бросив быстрый взгляд на подругу, Броган выразительно вскинула левую бровь, словно ожидая, что та сможет прояснить всю ситуацию на тот случай, если ей известно больше информации, причём сделает это невербальным способом.
   - Мы же должны были замять дело, - сбавив тон, Броган обратилась непосредственно к главному редактору: её слова не были упрёком, но искренним желанием понять происходящее, ведь атмосфера в кабинете явно заявляла о том, что всё вышло из-под контроля, и  к этой заметке миссис Уоррингтон не имеет ни малейшего отношения.

+3

5

- Что-то сегодня все на ушах стоят, - Лейв старательно облизнул пластмассовую ложечку из под йогурта, после чего получил неодобрительный взгляд попавшегося под руку собеседника, которого он секунду назад ткнул локтем. Тот неопределенно пожал плечами и сунул Фэрроу новый выпуск "Пророка". Казалось, ничего необычного, но розовую ложечку он едва не проглотил, а затем можно было бы писать новую статью с рейтингом самых нелепых смертей. Фоторепортер, трагически погибший от ложечки, хоть на первую страницу.
По счастью обошлось, и зачем-то пихнув ее в карман, Лейв огляделся. Да, он был удивлен, но в последнее время вокруг было столько смертей, что эта совсем скоро забудется. Конечно, девочку было жаль. Было жаль ее родственников, но оплакивать каждого - помереть от нехватки слез. Как же хорошо, что Руби закончила школу несколько лет назад, черта с два он отпустил бы ее в этом году туда. Хотя сейчас ее работа была столь же опасной, как и нахождение полукровок и магглорожденных в стенах школы. Надо бы ее и туда не пускать, но так получилось, что его маленькой сестре уже двадцать два, а значит она может с чистой совестью его не слушаться.
Черный юмор так и шел, что было весьма непохоже на жизнерадостного Фэрроу с камерой наперевес. Но что поделать - выкручиваться надо, и выкручивался он самоиронией и юмором. Уже куда больше похоже на жизнерадостного Фэрроу. О надвигающейся буре на его голову он и не подозревал. Несмотря на то, что его здесь знал каждый, он был довольно безобидным, если можно стиль его поведения так назвать. В меру профессии наглый, без этого никак, но в основном - тихий и спокойный, в политику не лез, открыто никого не осуждал, да и за спиной шептаться привычки не имел. Спроси его, есть ли здесь его враги - не кривя душой ответит, что нет тут таких.
Пробежавшись глазами по статье он принялся искать дальше. Ему казалось, что на этой странице должны были быть его снимки, но их не было. Не было и на следующей странице, и на следующей, да и вообще в этом выпуске их не было. Маленькая личная трагедия и ущемленная гордость - неужели передумали? Почему тогда не предупредили? Неужели он теряет хватку, и его снимки уже не так хороши, как раньше? Спросить об этом особо было некого, такой вопрос выглядел бы до жути смешным (грех не посмеяться над комплексующий мальчиком тридцати лет), поэтому он рискнул отправиться в самый эпицентр бури, а именно к главному редактору. Кто-то проводил его недоуменным взглядом, уже успев приписать колдогрфии из статьи к его портфолио и решить, что он не добровольно шагает туда, а по принуждению. И что сейчас будет казнь.
За дверью пока было тихо, поэтому его негромкий стук в дверь был отчетливо слышен. Зашел в кабинет он с видом оскорбленным, но заметив сразу трех гневных женщин как-то быстро сдулся.
- Ох, я не вовремя? Зайду позже... завтра... через неделю... - шаг назад - попытка к отчаянному бегству. Но кажется, запоздалая...

+2

6

Утро начинается почти привычно и обыденно, что аж зубы сводит. Дэниэл просыпается, принимает душ и идет пить кофе и читать "Пророк". Раньше он просыпался дракл знает где, в компании каких-то девиц, а кто-то его пихал в плечо, говоря, что у них игра через час. Золотые годы были! Но спортивная карьера закончилась, уступая место спортивному бизнесу, и каждое утро он снова приходит на стадион, где в форме уже летают другие. Сегодня у него было в планах как раз пойти и посмотреть бюджет на следующий год. Еще неплохо было бы наконец купить подарки, а то семейный рождественский ужин пропускать не стоило. Такие ужины Дэниэл не пропускал, наконец начав находить в них свою прелесть. Давненько он с семьей ведь не виделся, если не считать племянника Торфинна.
Первый глоток кофе, и он в халате уже сидит в кресле, читая "Пророк". Статья попадается на глаза, и Роули хмурится. Как такое допустили к печати? Он прекрасно представляет, как "сила слова" со страниц периодических изданий может навредить. Им такое не нужно, и этой статьи быть не должно. Едва он успевает о таком подумать, как метка жжет руку так, что он едва чашку с кофе не выронил. Дэниэл уже поспешно собирается, понимая, к кому нельзя не прийти, к кому не стоит опаздывать и заставлять ждать. Он роется в памяти, пытаясь припомнить, когда его вызывали лично. Бывало, но не так уж часто. Что-то еще случилось? Было бы скверно.
- Мой Лорд, - Роули склоняет голову и слушает. Он получил ответ, зачем его вызывали, но сам ответ вызвал еще большие вопросы. Почему не Малфой занимается этим? Это же его прямая обязанность и вотчина. Люциус снова не в фаворе? Но Дэниэл не спорит, снова склоняя голову. - Я все прекрасно понимаю, - он всегда умел общаться с прессой, лучезарно улыбаться и находил время ответить на пару вопросов даже после откровенно неудачных матчей. "Сила слова", пресса, "пятая власть" - здесь нельзя пускать все на самотек, и надо провести расследование, кто и как вмешался, почему вышла статья, кто за этим стоит - с указанием конкретный лиц и имен. Расследование - это совершенно не в его епархии, но Дэниэл готов помочь, для начала собрав информацию и придав нужный посыл всем заинтересованным в своих жизнях и благополучии лицам.
Уже после разговора с Лордом, допивая дома холодный кофе, Роули понимает, в каком щекотливом положении он оказался. Он не может прийти в "Пророк" в маске, он не может афишировать свою причастность. Но, с другой стороны, сейчас многие и без метки поддерживают новую власть или вынуждены с ней работать. Почему бы ему не сыграть на этом? Играть он любит и уже многое поставил на кон. Поэтому вышибать дверь заклинанием и пытать журналистов он не станет. Он пойдет иным путем, где можно добиться в разы большего. Только надо цветы купить: нельзя же являться к леди без них? Тем более, что он так и не поздравил миссис Уоррингтон с назначением. Им было не до того: то оборотень, то полеты, то распитие вина. Тут же нашелся весомый повод восполнить этот пробел.
В редакцию "Пророка" Дэниэл входит с букетом нежно-розовых пионов, улыбаясь и кивая знакомому корреспонденту из спортивной колонки. В его руке - свежий номер "Пророка", что должно несколько оттенять красоту и аромат цветов.
- Миссис Уоррингтон у себя? - секретарша, в меру хорошенькая, возможно даже толковая, поднимает голову и смотрит на него. Роули расплывается в улыбке, тонко намекая, что ответ "нет" им приниматься не будет.
- Вы записаны? Как вас зовут? - нет, термин "толковая" стоит убрать - просто хорошенькая.
- Так у себя? - а через стеклянную дверь, ведущую в кабинет, мелькает уже силуэт, и вопрос отпадает сам собой. - Не вставайте - я найду дорогу, - он не дает ей шанса остановить себя, решительно подходя к двери и распахивая его. - Доброе утро, миссис Уоррингтон! - Дэниэл широко улыбается, успевая захлопнуть дверь прямо перед носом просто хорошенькой секретарше. Улыбка становится чуть более напряженной, когда он замечает, что Доминика в кабинете не одна, что тут почти что яблоку негде упасть. Пятящийся молодой человек едва не налетает на него, и Роули делает шаг в сторону, чтобы не помять букет.
Он уже быстро оценивает ситуацию. Судя по всему, тут происходит какое-то внеплановое собрание. Причина вполне ясна и сверкает с первых страниц "Пророка". По той же причине и он здесь. Может быть, не зря он попал сюда именно в такой момент? Подспудно можно узнать какие-то детали, сделать свои выводы, а заодно и поглядеть на местный контингент, который может быть причастен.
- Я не вовремя? - и, чтобы ни у кого не было сомнений, что он здесь как раз к месту и по адресу, Роули демонстрирует свежий номер газеты в своей руке. Пока только демонстрирует, не спеша ничего объяснять, давая другим почву для раздумий, а может и подозрений. Ему интересно это услышать или прочитать во взглядах. Потом он, конечно, скажет нужные слова, но не стоит сразу раскрывать всех своих карт еще на первом круге.

+2

7

«Кто же? Кто же? Кто же?» - Доминика напряженно думала, - «Если так пойдет и дальше, к вечеру моя голова лопнет во всех смыслах этого слова! Нужно оформить новый выпуск, написать массу статей, проследить за тем, чтобы на первые полосы не попало ничего неожиданного, выслушать всех желающих пообщаться, отыскать виноватого и предоставить его куратору. Всего ничего! Сущая малость!» Женщина буквально закипала. Не видя выхода, она билась точно пичуга в золоченой клетке, но, в отличии от оной птахи, могла, хотя бы, положиться на ближайшее окружение. Например, на ту же мисс Вандервилль. О! Никогда прежде волшебница не радовалась Марции так сильно, как этим утром.
- Проходи, - обронила она, махнув рукой в сторону кресел и вновь уткнувшись в газету, - Это катастрофа! Сущая катастрофа, но я позвала тебя не за тем, чтобы сыпать угрозами и обвинениями. У меня есть один вопрос, который никак не дает мне покоя… Почерк! Почерк статьи. Он никого тебе не напоминает?
Миссис Уоррингтон хотела уже продолжить и поделиться с коллегой собственными соображениями, но тут в кабинет буквально влетела мисс Броган, и Доминика вынужденно отвлеклась, поднимая глаза на новую участницу безобразной сцены. Обычно сдержанная и вежливая репортерша сейчас пылала праведным гневом, и главный редактор, как никто другой, разделяла ее чувства.
- Хотела бы я задать тот же вопрос, - протянула она, обуздывая собственные эмоции и заставляя голос звучать более или менее спокойно, - Как вы обе понимаете, я не отдавала распоряжений поменять материал на то безобразие, что сейчас красуется на первой полосе. Мы не должны были писать о гибели девочки, и мы не писали. О, Мэрлин всемогущий! Кого еще несет?!
Стук в дверь стал последней каплей в чаше терпения разозленной женщины. Определенно, будь волшебница одна, она отправила бы наглеца прогуляться по коридору до дверей собственного кабинета, но обстановка не располагала к грубости, а за дверью, по сути, мог находиться кто угодно, начиная от сотрудника издательства и заканчивая мистером Малфоем. Впрочем, в отличие от мисс Броган, неизвестный, хотя бы, не ворвался, не дожидаясь приглашения.
- Войдите! – откликнулась миссис Уоррингтон, однако, брови ее стремительно поползли вверх, когда на пороге возник не один из редакторов «Пророка», а рядовой фоторопортер. Не самый дурной, конечно, но и не такой важный, как та же Рейчел. Та, хотя бы, пользовалась у своих коллег уважением, и голос ее имел какой-никакой вес. Мистер Фэрроу же никогда не выделялся ничем, кроме своих работ.
- Что Вы хотели? – вопросила Доминика, но быстро осеклась и коротко улыбнулась, - Не припомню, чтобы Вас вызывала, однако, останьтесь. У меня есть к Вам вопрос.
Женщина обратила взгляд ко всем собравшимся, намереваясь продолжить начатый с Марцией разговор, но намерениям ее вновь помешала возня за дверью. Кажется, Люси пыталась кого-то не пустить. «Глупая выскочка!» Иногда девочка так старалась, что делала только хуже. Ее подобрал еще Барнабас, а волшебница просто не стала искать замену, рассудив, что это не важно. Сейчас секретарша заработала еще один минус. Однажды их станет слишком много.
Миссис Уоррингтон приосанилась и придала себе уверенный вид. Судя по голосам, представитель Министерства, наконец, пожаловал, и тем удивительнее было, когда им оказался мистер Роули. «Дэниэл?» - Доминика едва скрыла изумление, но очень скоро взяла себя в руки.
- Доброе утро и Вам, мистер Роули, - проговорила она, - Не ожидала сегодня увидеть Вас, но раз Вы здесь, полагаю, Вас привела сюда статья, красующаяся на первой странице. Если да, то Вы очень вовремя. Мы с коллегами как раз собирались обсудить случившееся. Присаживайтесь, мистер Роули. Мисс Вандервилль, Вам тоже лучше присесть. Мистер Фэрроу, заприте дверь и присоединяйтесь к нам.
Главный редактор «Ежедневного Пророка» украдкой улыбнулась Дэниэлу, пока все собравшиеся рассаживались и, глубоко вдохнув, бросила на стол утренний выпуск, предназначенный Лейву. Все остальные потрудились принести газету с собой.
- Итак… - промолвила волшебница, привлекая внимание присутствующих, - Я задам вам один вопрос. Известны ли вам авторы статьи и колдографии? Думайте, вспоминайте. Мне этот почерк кажется знакомым, уверена, что и вам он покажется таким же. Мистер Фэрроу, на Вас колдография. Мистер Роули…
Миссис Уоррингтон чуть склонила голову на бок, в знак уважения и расположения.
- Позвольте объяснить Вам, что происходит. Вчера вечером кто-то неизвестный пока неизвестным мне образом подменил одну статью на другую. Этот выпуск должен был стать другим, не вмешайся неизвестные, и сейчас я намереваюсь выяснить, кто стоял за этим… происшествием.
Доминика прервалась и вернула внимание своим коллегам. «И все-таки, что Вы здесь делаете?» - подумала она, - «Почему не Люциус? Почему Вы?»

Отредактировано Dominika Warrington (2017-09-01 15:55:51)

+2

8

Стоило Рейчел взглянуть на Доминику, как её ударило осознание того, что она явно погорячилась, влетев на всех парах в её кабинет. Нет, дело вовсе не в недовольном взгляде или чём-то ещё, что могло бы трактоваться как осуждающий жест - журналистка просто понимала, что больше всего в этой ситуации страдает сама Уоррингтон, и завидовать тут было нечему. Более того, даже несмотря на отсутствие тёплых отношений между главным редактором и Броган , последняя сейчас бесконечно сочувствовала боссу, даже боясь представить, сколько головной боли придётся той пережить.
   Рейчел не успела сказать и слова в ответ на реплику Доминики, как дверь в кабинет тут же вновь постучали, и практически сразу после этого негромкой попытки привлечь внимание на пороге нарисовался Лейв - один из фоторепортёров Пророка. С ним волшебница не поддерживала близких отношений, но, как и ко всем прочим, относилась со спокойным дружелюбием, и, если бы тому вдруг понадобилась помощь, от Броган он не получил бы отказа. Но сейчас она была уверена, что его появление пришлось совсем не кстати, а, с другой стороны, для мозгового штурма следовало бы и вовсе созвать больше работников: как будет правильно, понять было сложно, и потому женщина не стала высказывать своё мнение по этому поводу, поскольку непрошенные советы не входили в список её привычек. Впрочем, Доминика ясно дала понять Фэрроу, что он обрёк себя на участие в обсуждении внутрииздательской катастрофы: Рейчел смутно догадывалась, что фоторепортёр едва ли рассчитывал на это, поднимаясь к шефу, да и вовсе, кажется, не понимал сути обрушившейся на них проблемы.
   Едва миссис Уоррингтон вновь собралась вернуться к делу, как за дверью вновь послышался шум, а затем в кабинет вошёл мистер Роули с собственной персоной. Да уж, худшего развития событий не придумаешь. Всё было бы не так плохо, явись он позже, но вот всем собравшимся было чудовищно необходимо время на приватный разговор в узком кругу, и появление Роули явно не поможет редактору выйти сухой из этой сложной ситуации. Тем не менее, Доминика, как и всегда, поражала своим самообладанием. Ни один мускул не дрогнул на её лице, когда она гостеприимно поприветствовала вошедшего, приглашая его присоединиться к разбору полётов. Сама Рейчел же, хоть и вежливо улыбнулась вошедшему, дабы не прерывать диалога, была не слишком рада приходу мистера Роули. Его появление именно в этот момент вовсе казалось ей подозрительным, да ещё и такое неправдоподобно радостное... Трудно сказать, были ли оправданы опасения волшебницы, но интуиция не позволила ей с доверием отнестись к непрошенному гостю.
 
    Рейчел ещё раз внимательно пробежалась взглядом  по статье. Да, слог был, безусловно, знаком ей. Причём знаком до того, что от внезапно возникшей догадки у неё похолодели руки и внутри что-то ухнуло. Она украдкой  бросила ещё один серьёзный взгляд на Марцию, и постаралась взять себя  в руки.
   - Да... - тихо согласилась журналистка с Доминикой, - знаком...
    Нависла тяжёлая пауза - волшебница прокручивала в голове все возможные объяснения случившегося, изо всех сил отводя свои подозрения от подруги. Но, к сожалению, зная Марцию, Рейчел не могла исключать, что ей не взбрело в голову что-нибудь настолько безрассудное.
   И тут она вспомнила едва различимую деталь, которой в прошлом она не придала ровным счётом никакого значения.
   - Вчера я видела макет в комнате отдыха, но был ланч, и там собралось немало работников, и поэтому я даже не смогу назвать всех присутствующих.

+3

9

Как и ожидалось - сбежать не удалось. Ловушка захлопнулась, и Лейв, стараясь все еще оставаться незамеченным в этом обществе сердитых дам, просочился внутрь кабинета. День явно получался не самым лучшим, а нужно было все-то пожать плечами и не думать, почему чьи-то чужие снимки оказались на твоей странице. Но на этом его беды не заканчивались, и стоило Фэрроу послушаться и попытаться запереть дверь, как в комнату вошел еще один, и первым делом мужчина заглянул ему за спину: мало ли еще кого нелегкая принесет? И только убедившись, что никого, дверь все же запер. Количество людей росло в геометрической прогрессии, и Лейв начинал нервничать сильнее. Зачем он тут? Неужели и его подозревают? Почему? Ах да, страница-то его...
Усевшись, он огляделся и вздрогнул, стоило свежему выпуску с хлопком упасть у него перед носом. "Попал..." - он осторожно притянул газету чуть ближе, глядя на колдографию. Тактика сидеть тихо и лишний раз не подавать голос казалась ему самым логичным вариантом, и он серьезно планировал за нее ухватиться. Нет, конечно трусом он никогда не был, но и влипать в какие-то сомнительные ситуации он никогда не горел желанием. Ему было ради чего и кого жить, а его положение и так не казалось самым устойчивым. Спасибо матушке... В несколько мгновений затишья он не очень дружелюбно покосился на последнего гостя в этом кабинете, про которого сестра ему одно время все уши прожужжала, хотя прекрасно знала, как он относится к квиддичу. Такое впечатление, будто ей доставляло немалое удовольствие его бесить. Ах да, речь же шла о Руби... На самом деле повода невзлюбить его, Роули то есть, больше и не было, но это помогало расслабиться и переставать волноваться о своей шкуре. Интересно, а если бы его взяли в команду, был бы он фанатом этого человека?
Немного успокоившись и перестав коситься на Роули, он даже выпрямился немного и внимательно взглянул на снимки. Как бы то ни было, а огребать из за чьей-то шалости он не собирался, и был намерен сохранить свою шею целой. Страшного в статье он ничего не видел. Сейчас люди, и магглы, и волшебники, умирали или пропадали без вести (что тоже приравнивалось к тому, что они умирали), да и что в школе небезопасно давно известно. Лейв закусил губу с внутренней стороны и провел рукой по волосам.
- Я не уверен, миссис Уоррингтон, - негромко произнес он, в то же время не желая и сдавать тех, кто работал с ним "в одном цеху, - Тем более, как уже сказали... Вокруг макета было очень много людей... Это мог быть кто угодно и с кем угодно.

+3

10

Никакого плана не было: Дэниэл решил действовать по ситуацию. На самом деле идти должен был не он, но, видимо, Малфой-старший кредит своего доверия исчерпал. Такой шанс было бы глупо упускать, и Роули был намерен обратить его в свою пользу. В редакции его точно не ждали, и он решил, что открывать дверь с ноги и действовать нахрапом тут - не лучший вариант. Тем более, что в кресле главного редактора теперь сидела миссис Уоррингтон, что для него лично многое меняло.
В кабинет Доминики он прошел легко: секретарша не стала таким существенным препятствием. Но на приватную беседу можно было не надеяться: слишком много народу, лишних ушей и посторонних глаз. Дэниэл расплывается в улыбке, смотря на миссис Уоррингтон, сжимая в одной руке газету, а во второй - букет цветов.
- Статья? - конечно же, он здесь ради нее, но не стоит сразу раскрывать все карты. Тем более - при посторонних. Особенно при посторонних! Роули не стоит начинать разговор самому и проявлять инициативу. Лучше послушать и поглядеть, что скажут другие. Тем более, что авторитет нового главного редактора не стоило подрывать на глазах у подчиненных, и все свои вопросы Дэниэл оставляет при себе. - Да, я уверен, что это досадное недоразумение быстро разрешится, - недоразумение? Почти что катастрофа, которая случилась в школе магии, где ее быть не должно! А потом попала в газеты, и теперь эту волну было не остановить. Давать опровержение? Наверное, это было бы глупо. Постараться замять историю? Еще хуже. Выдать общественности версию, которая бы ее устроила? Интересный вариант.
Дэниэл усаживается в предложенное кресло, закидывает ногу на ногу и поглядывает на остальных. Цветы он подарит позже - ровно как и позже будет совсем иной разговор. Пока что Доминика пытается выяснить правду у всех "по горячим следам". Тут было бы глупо признаваться: скорее, если виновник среди этих людей, он будет просто в курсе, где дальше стелить соломку. Или наоборот может чем-то выдать себя. Хотя, судя по тому, что говорят, была проведена неплохая работа, чтобы заменить статьи. Почти филигранная! Кому придет в голову в чем-то таком подозревать того работника, который постоянно на виду, крутится рядом, пишет свои статьи, что-то редактирует и правит? Никто бы даже не подумал, что он замыслил такой "саботаж". Хотя почему "он"? Возможно, что и "она".
- Возможно, что вас стоит подумать об охране, миссис Уоррингтон, - Роули наконец подает голос, встречаясь с Доминикой взглядом, пряча улыбку в уголке губ. Она смотрит на него насторожено, прекрасно истолковав цель его визита сюда. Только вот она пока не уверена, за чью команду он станет играть и на ее ли стороне? - Вы сами понимаете, что сегодня - это какая-то статья, - Дэниэл намеренно преуменьшает размер их проблемы, чтобы кто-то сильно не радовался, как сумел им подгадить! Или же это произведет иное впечатление, охарактеризовав самого Роули, как далекого от политики и прочих интриг человека, притупив тем самым бдительность. - А потом кто-то, быть может, захочет разгромить редакцию. Не стоит допускать такие прецеденты, - он пожимает плечами и снова смотрит на Доминику немного скучающим взглядом, как будто он вынужден терпеть всю эту ненужную чехарду, хотя пришел сюда по иной причине. Вон, и цветы принес, и широко улыбается - все, как полагается в таких случаях.
Потом, когда отсюда уйдут лишние, мы поговорим более предметно и явно еще менее приятно. Увы, так получилось. Интересно, если бы здесь был Малфой, то все сразу бы почувствовали, что запахло жареным?

+2

11

Рита в Пророке давно уже не работала полноценно, как несколько лет ранее. Она все еще была в штате, иногда писала статьи, все еще неплохие, но уже давно не набирающие такую популярность как раньше. Теперь большую часть времени своего свободного времени Рита посвящала «сольному» творчеству, ведь ее предыдущая книга стала настоящим бестселлером, а она вовсе не была против повторить прошлый успех. Однако, договор с Грейнджер связывал Риту по рукам и ногам, ведь писать вторую книгу про Дамболдора так сразу было не слишком умно. А Рита была умной, порой даже чересчур умной, поэтому быстро нашла выход. Хогвартс, даже с исчезновение из него Гарри Поттера, был удивительным местом, в котором с завидной регулярностью происходили невероятные события, молчать о которых Рита не могла и не хотела.

Анимагическая форма, о которой никто не знает (практически никто, исключая девчонку-грязнокровку), невероятное преимущество, позволяющее Рите узнавать о тех событиях, что были недоступны всем прочим. И убийство грязнокровки в Хогвартсе было именно таким событием. О! Это был ее, Риты, звездный час, который она не могла упустить.
Таких связей, что были у Скиттер, не было даже у уже покойного Каффа и, тем более, у Доминики, к которой Рита относилась весьма тепло, поэтому ей удалось пропихнуть свою статью в утренний выпуск так, что ни одна не заинтересованная в этом муха не узнала. Рита специально статью не подписывала – пусть чиновники всех мастей поломают свои головы, вспомнят как это – думать. Обычно Скиттер не разыгрывала хитрых схем и с удовольствием собирала свои скандальные лавры, но сейчас она понимала, что играет с огнем, а отказать себе в удовольствии не могла, поэтому была вынуждена действовать тихо, исподтишка, используя лишь проверенных людей.
И шалость удалась!
Ее даже не позвали на экстренную летучку по поводу скандальной статьи, ведь уже все давно отвыкли, что во всех скандалах в Издательстве замешана Рита, а ей это было только на руку. Скиттер предпочитала приходить сама, а не являться на чей-то зов – много чести. И сейчас она сама выбрала время, когда явить себя народу.

Сегодня Рита выглядела особенно эффектно: мантия классического кроя, но нестандартного ядовито-зеленого цвета, выгодно подчеркивала все, что Рита хотела подчеркнуть, а дорогие лаковые туфли выбивали тонкими шпильками быстрый ритм ее походки.
Рита вошла в кабинет с таким видом, будто здесь ждали только ее, в то время как он ней самой, скорее всего, даже не вспоминали. Удивительное ощущение видеть, как в глазах собравшихся паззл, наконец-то, складывается в единую картину. Рита буквально видела, как в их глазах появились ответы на вопросы, и она не могла избавиться от чувства торжества.
Она прошла в кабинет главного редактора так, словно приходила на праздник по случаю своего Дня Рождения, и ей не хватало лишь оваций.
- Едва ли кому-то надо громить редакцию, Дэниэл, - ядовито проговорила Скиттер и плотоядно улыбнулась, растягивая губы с алой помадой в широкую притворную улыбку, - только если тем, кто ей сейчас управляют. Это как с Мунго, помните?
Даже если он не помнит или не знает, что было с Мунго – он понял смысл ее слов. Рита никогда не была политическим деятелем, никогда не нанималась в правозащитники или оппозиционеров, но вот свободу своего личного слова (как устного, так и печатного) была готова отстаивать до конца.
- О, так у вас тут журналистское расследование? Можно я тоже поучаствую? – Глаза Скиттер загорелись огнем азарта.
[NIC]Rita Skeeter[/NIC][STA]Мое острое перо проткнуло не мало раздутых репутаций![/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/2xx1v.gif[/AVA]

+2

12

«Час от часу не легче…» Доминика никогда не была прекрасным политиком, разбирающимся в тонкостях происходящих событий, но с юности отличалась умением закручивать интриги, хитрить и внимательно наблюдать, а потому сейчас, сидя в кресле и задавая вопросы, она не столько слушала ответы, сколько следила за реакцией. Некоторая растерянность Фэрроу, настороженность Броган и озабоченность, с которой Рэйчел глянула на Марцию, от волшебницы не укрылись, но, к сожалению, не дали ничего. Коллеги могли как и скрывать сведения, так и вовсе не знать о случившемся ничего. «Так я ничего не выясню», - рассудила женщина, - «Нужно зайти с другой стороны… Если я не могу найти виноватого, следует отыскать того, кому эта статья могла оказаться выгодной. Любой из вас больше бы потерял, чем приобрел… И, если отринуть возможную жажду справедливости, то мне нужен человек, охочий до скандалов. Кто-то, кто не побоялся бы рискнуть, мечтая сорвать куш». Миссис Уоррингтон прервалась и кивнула, отвечая на предположения сотрудников.
- Очень жаль, - протянула она, - Я надеялась, что кто-то из вас узнает почерк, однако, дело лишь усложнилось. Если макет находился в комнате отдыха, приложить к нему руку мог кто угодно.
«Исправить же написанное – не велика проблема. Я не подумала об осторожности и слишком увлеклась своим новым положением. Мне теперь и расплачиваться». Доминика с укоризной посмотрела на мисс Вандервилль, которую все еще подозревала, если уж не в авторстве, то в недосказанности, но, вздохнув, отвела глаза и подарила внимательный взгляд Дэниэлу. Вот уж кто точно не уйдет из ее кабинета, не получив ответов! Впрочем, мистер Роули – не худший из вариантов. В конце концов он, хотя бы, охоч до женщин и отличается наличием ума. Волшебница слабо улыбнулась и озадаченно растерла кончиками пальцев виски.
- Не думаю, что мне нужна охрана, - проговорила она, обращаясь к гостю, - Редакция – это не Министерство Магии, где решаются важные политические вопросы. А я всего лишь главный редактор, и надо мной стоит, как минимум, двое людей. Это досадное недоразумение, как Вы верно заметили, всего лишь недоразумение. Едва ли, оно повлечет за собой что-то большее.
Улыбка миссис Уоррингтон сделалась немного натянутой, и женщина поспешила отвести взор, чтобы не выдавать своих сомнений и переживаний. Она не знала, кто стоял за статьей, а потому не была уверена в собственной безопасности, но знать о том окружающим не полагалось, тем более, что оных весьма неожиданно стало на одного больше.
«Рита…» - Доминика невольно поджала губы, не совладав с гаммой нахлынувших чувств, - «Прилетела точно падальщик к умирающему льву? Хочешь насладиться моим фиаско или… полюбоваться собой?» Волшебница чуть прищурилась и слегка наклонила голову – привычки злорадствовать она за Скиттер не помнила. Это была, скорее, ее собственная черта – упиваться чужим поражением, а подруга всегда стояла чуть выше, предпочитая либо не реагировать, либо превозносить саму себя, и, раз уж она пришла… ей точно было, что рассказать. Хотя, зачем говорить? Миссис Уоррингтон сглотнула и, облизнув губы, бросила беглый взгляд на статью. Паззл в ее голове сложился, а память услужлива подсунула пару картинок из прошлого, из того, когда Рита была скандально известна, когда юная мисс Тарт зачитывалась ее статьями, поражаясь тонкости и остроте письма. Скиттер казалась ей образцом для подражания, но сейчас подруга зашла слишком далеко, перешагнула черту и заигралась. «Зачем?» Подлой и беспринципной Доминике понять было не дано. Она всегда хотела лишь власти и не ценила никакие свободы, находя их опасными. Все, абсолютно все, должно служить единственной цели – укреплению власти, Рита же рискнула подорвать непререкаемый авторитет, и в этом крылась ее ошибка. Она даже пришла сама, не подозревая, в какую ловушку себя загоняет. Миссис Уоррингтон, сидящая в кресле главного редактора, просто не могла оставить это так. Разумеется, не выносить сор из избы было вполне в ее силах, но Доминика всегда предпочитала разрешать подобные ситуации чужими руками.
- Да, пожалуйста, - протянула она, - Присоединяйся и оставайся… А вот все остальные могут быть свободны. Если вы мне понадобитесь, я Вас вызову.
Женщина выдержала паузу, наблюдая за тем, как коллеги переглядываются и поднимаются со своих мест, а затем повернулась лицом к Дэниэлу.
- Познакомьтесь с автором статьи, мистер Роули, - спокойно и любезно проговорила волшебница, - Думаю, пообщаться нам всем будет очень интересно.
Миссис Уоррингтон заперла дверь, использовав магию, и откинулась на спинку кресла. Дружба дружбой, но лучше быть выгодной и полезной, нежели мертвой.

+2

13

Последние годы в издательстве не случалось столь неприятных ситуаций: на памяти Рейчел и вовсе ни разу не подменяли статью столь безобразным образом, и потому происходящим она была, по меньшей мере, обескуражена. Кому могло понадобиться посеять в обществе смуту, кроме самого правительства? Или, быть может, кто-то хотел насолить мисс Уоррингтон? Новое предположение осенило журналистку, но вопрос ещё оставался открытым, потому что подложить подлянку Доминике мог лишь человек, совершенно безбашенный.
     Из обсуждения ничего не прояснилось, да и не удивительно, ведь в издательстве работало слишком много людей, чтобы иметь возможность отслеживать каждый их шаг. И, говоря по правде, Рейчел даже представить себе не могла, как исправить эту ошибку: писать опровержение было бы последним идиотизмом, но Министерство наверняка каким-то образом пожелает замять это дело.
       Мистер Роули появился слишком вовремя, чтобы верить в то, что его присутствие здесь именно в этот момент было лишь идеальным стечением обстоятельств. Миссис Броган ни на секунду не сомневалась в том, что он знает куда больше, чем показывает. Только вот зачем ему это? Собирает информацию или собирается изменить ход событий? Насколько опасны могут быть последствия его вмешательства? Журналистка задумчиво буравила взглядом незваного гостя, словно надеясь найти ответы на все интересующие её вопросы, но то было совершенно бессмысленно: лицо мужчины не выражало ровным счётом ничего кроме того, что он хотел показать.
    И тут вдруг дверь распахнулась, впуская в кабинет стремительно ворвавшуюся Скитер. Наверное,  в этот миг ситуация прояснилась в головах большинства присутствующих. Кто ещё мог быть настолько отважен и безбашеннен? Беспринципен и хитёр? Кто ещё знал издательство так же хорошо, что видоизменённый выпуск остался не пойманным вплоть до его выхода  в утренний тираж? Рейчел испытала укол совести за то, что допустила мысль о том, что виновицей всего могла быть Марция, ведь теперь участие в этом деле Риты теперь казалось очевидным. Или Рейчел просто-напросто обрадовалась возможности сделать объектом недоверия кого-то другого, а мисс Скиттер так хорошо подошла на эту роль?

  Редактор приняла решение отпустить первоначально собравшихся журналистов, и Броган в душе одобрила такой подход: по её мнению, не стоило нести подробности этой истории в массы даже в пределах офиса.
   - До свидания, мистер Роули,  - вежливо попрощалась волшебница, но в её голосе не было  и тени привычной доброжелательности.
   - Миссис Уоррингтон, - кивнула волшебница боссу, ободряюще улыбнувшись краешком губ. Едва ли не впервые в жизни Рейчел искренне сопереживала Доминике, на плечи которой навалилась целая груда нерешённых проблем.
После первая покинула кабинет.

+3

14

Не вполне понимающий зачем он тут еще нужен Лейв только ножками не поболтал. Нервничать он уже не нервничал, а вот скучать начинал. Он уже так и представлял себе, как покинет кабинет и сделает себе перерыв в виде чая. Может даже попробует познакомиться с новенькой, пока еще девочкой на побегушках, чьи рыжие кудрявые волосы смешно подпрыгивали, когда их хозяйка спешно семенила в указанную сторону. Прислушиваясь к словам Роули он постарался не вздохнуть. Нет, на самом деле он понимал, что никто не застрахован, и в любой момент представители новой власти могут легко найти повод и разгромить тут все, но и драматизировать особо он не спешил: так ведь и с ума сойти от тревоги и страхов можно. И это только в редакции, а ведь первое время ряды министерства знатно почистили даже от полукровок. Вот кому точно стоит волноваться - так это его сестре. И ему, к слову, тоже, ведь сестра его работала как раз в министерстве. Поговорить бы с ней на эту тему, но она же упертая как...
- …А вот все остальные могут быть свободны.
Сдержав желание подорваться с места и уйти первым Лейв дождался, пока первым делом поднимутся дамы. Говорить что-то было лишним, хотя в несколько другой ситуации он обязательно пустил бы пару шутеек, а пока вместо этого только открыл перед Рейчел и Марцией дверь, чуть поклонился и вышел следом, взглянув напоследок на ставшую крайней Риту. Не то, что бы он ее любил, скорее совсем наоборот, но нотки сочувствия во взгляде читались. Правда, совсем скоро он об этом забыл, едва завидев рыжие кудряшки.
- Эй, Софи, ты за кофе? Погоди меня! - спешно закрыв дверь, даже забыв при этом попрощаться с оставшимися в кабинете, и едва не сбив коллегу с ног Фэрроу едва ли не вприпрыжку направился прямо к ней, чтобы составить компанию, которая, в прочем, помогла ему не думать о плохом до самого вечера. Даже мысль о том, что его фотографии были заменены грустной, но в целом обыденной ситуацией, как-то сама ушла на задний план.

+2

15

Обвинить Риту можно было в чем угодно: в подмене понятий, в непрофессионализме, даже во лжи и шпионаже, - она не станет этого отрицать, ведь все это правда. Как и то, что статью написала она. И Рита эти по настоящему гордилась, ее статья была лучшей во всем номере, а острая политическая тема возрождала интерес к «пророку», который успел сойти на нет. Скиттер было все равно на стороны, фракции, организации и партии, ей было дело только до успешности, рейтингов и прибыли, а то, что сделала она принесло и рейтинги, и прибыль. Она не собиралась срывать покровы с общества (было бы что срывать), не собиралась ставить под удар действующую власть или саботировать лояльность «пророка», она собиралась просто встряхнуть это болото, заставить лягушек в нем шевелится и действовать.
У нее получилось.

Обвинения (а это ведь были они!) Доминики ее ничуть не трогают, Риту обвиняли миллион раз, и миллион первый ничего не решит. И Даниэль ее не пугает, Риту вообще сложно действительно напугать, а вот приструнить можно. Знает ли Роули способы?
- Хорошего дня, коллеги! – Деланно радостно провозгласила Рита в след покидавшим кабинет журналистам.
Они, кажется, были счастливы покинуть кабинет главреда, оставив Доминику разбираться со всем этим болотом самостоятельно.
Рита же осталась стоять, прислонившись спиной к дверному косяку и посмотрела на Доминику. Видеть ту, что когда-то обучала, в кресле главного редактора отрадно и боязно одновременно. На что способна эта девочка, получившая власть? Хватит ли ей ума управлять такой махиной как «пророк»? Хватит ли выдержки и силы сохранить авторитет и не стать тираном? Все это занимало Риту на досуге, но не сейчас. Сейчас у нее было другое веселье.

- Арестуете меня? – Она с насмешкой переводит взгляд на Даниэля, приторно ему улыбаясь и легким движением откидывая со лба магически завитые кудри светлых волос, - обвините в нелояльности и подрывной деятельности, может, в сочувствии запрещенной организации?
Риту Скиттер можно было обвинить во многом, но уж точно не в сочувствии Ордену Фениксу и Гарри Поттеру, впрочем, едва ли это станет аргументом для цепных псов новой власти. Едва ли им вообще нужны аргументы.
- Считаю ли я, что поступила неправильно? – этот вопрос читался в темных глазах Доминики, в сжатых губах Роули, - ну уж нет. – Рита скрестила руки на пышной груди и покачала головой, - виноватой я себя не считаю, ведь это не я убила ребенка.
Впервые в Рите кипела практически злоба, обычно равнодушная до человеческих судеб, сейчас она понимала, что игра приобретает скверный оборот. Ей бы принять «правильную» сторону, сохранить лояльность и положение, сохранить возможность писать и печатать то, что ей нужно и выгодно, но о некоторых ситуациях нельзя молчать.
Ну и рейтинги, конечно, играют свою роль.
- Ты потом скажешь мне спасибо, Доминика, когда тираж «Пророка» разойдется за рекордные сроки, - она ядовито улыбается Уоррингттон, - иногда, чтобы поддерживать свою ложь необходимо давать людям шепотку правды, так что вы у меня в долгу.
Рита Скиттер обладала уникальной способностью вывернуть все в свою пользу, независимо от обстоятельств и последствий. Удастся ли ей сделать это сейчас?
[NIC]Rita Skeeter[/NIC][STA]Мое острое перо проткнуло не мало раздутых репутаций![/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/2xx1v.gif[/AVA]

+2

16

Дэниэл старается не показывать того, что весь сосредоточен и полон внимания. Докопаться до правды тут необходимо, и, раз Люциус уже не в фаворе, то освободившиеся места стоит занять сразу же. Сам Роули наверх по пожирательской лестнице так рьяно не карабкался, но и в стороне оставаться не собирался. Почему бы и нет? Это же почти, как игра, но только ставки тут иные, и на кону уже жизни.
- В самом деле? - ответил он Рите вопросом на вопрос, и тут его можно было понять, как хочешь. Мисс Скитер явно позволяла себе слишком много лишнего. Она считал себя настолько неприкасаемой или бессмертной? Честно говоря, читая ее статьи, Дэниэл отдавал ее должное ее хватке и уму. Видимо, перехвалил, и теперь Рита все растеряла.
Жаль: ее статьи были забавны.
Роули все также сидит на своем месте, ожидая следующего хода уже от миссис Уоррингтон. Она здесь первое заинтересованное лицо, и ей же делать этот самый первый шаг. Он мысленно кивает, когда Доминика решает всех распустить по своим делам: лишние уши тут ни к чему, а уж они сумеют договориться.
- До свидания, - вежливо прощается Дэниэл и снова улыбается, как ни в чем не бывало. Лицо он умеет держать идеально, когда ему это нужно, а также носит маски - в зависимости от ситуации и окружения. И, едва они остаются в кабинете втроем, как миссис Уоррингтон запирает дверь и делает признание. Вернее, делает ее за мисс Скитер, и Роули, вопросительно приподняв бровь, смотрит на журналистку.
Она это... серьезно?
Он не понимает, зачем было рыть себе могилу? После той книге о Дамблдоре для мисс Скитер открылись новые возможности и перспективы, и она их перечеркнула одним махом. Возможно, что и свою дальнейшую жизнь перечеркнула - кто знает?
- Боюсь, что вы забываетесь, мисс Скитер: я не работаю в аврорате, - кажется, к знаменитой журналистке медленно, но верно подкрался маразм, захватив ее всю. Иначе чем еще объяснить эти ее действия? Походило на бред сумасшедшей, которая она явно была. Кто еще в здравом уме так радостно бы рыл себе могилу? Хотя у нее может и не будет могилы: как решат другие. Это уж точно вне компетенции Дэниэла: его задача здесь заключалась в ином. И, можно сказать, что он с ней справился - не без помощи миссис Уоррингтон, как еще одной заинтересованной стороны.
- Мисс Скитер, вам плохо? - вопрос был задан самым серьезным тоном, а в голосе сквозили нотки сомнения в психическом здоровье журналистки. Кому выгоден международный скандал, когда новая власть только-только встает на ноги? Она, что, это серьезно? Вопрос о маразме в его мыслях более не поднимался: маразм был и хорошо был заметен.
Ладно, хватит этого театра абсурда.
Дэниэл поднимается на ноги и улыбается миссис Уоррингтон.
- Не самый приятный инцидент, Доминика, но я надеюсь, что наша следующая встреча произойдет при более благоприятных обстоятельствах. Да, кстати, это - вам, - букет наконец перекочевал в руки той, кому он предназначался, а Роули уже взял Риту под локоток, ловко перехватывая ее волшебную палочку и спрятав ее в кармане своей мантии. - Пойдемте, мисс Скитер, и вы мне расскажите о своих грандиозных планах. Быть может, я даже вам дам интервью. И не только я, - он дожидается, когда миссис Уоррингтон снимет заклинание с двери, вежливо ей кивает и выходит с Ритой под руку, мысленно уже представляя, что будет в Министерстве. - Так что вы говорили о тиражах, мисс Скитер? - со стороны все должно казаться идеально: в конце концов, еще один скандал и труп знаменитой журналистки посреди редакции ему был не нужен. Хотелось еще надеяться, что маразм не ударил Риту окончательно, и за собственную жизнь она была готова поторговаться, а не усугублять положение.

+1


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных сюжетных эпизодов » [23.12.1997] На обложке журнала