0041
0087
0185
0142

"Меган почти была счастлива. Почти. Но это почти разъедало ее душу, как серная кислота лакмусовую бумажку... Успех в школьной команде по квиддичу, обилие друзей, забота родных, учеба несложная." - MEGAN JONES

МАССОВЫЕ КВЕСТЫ

в игре январь - февраль'98

Вагон 12 – N. Longbottom [19.12]
Вагон 10– J. Finch-Fletchey [18.12]

HOGWARTS. PHOENIX LAMENT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



[14.01.1998] Hit or a miss

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Hit or a miss
http://funkyimg.com/i/2wLPU.png

› Участники: Axel Underwood, Rabastan Lestrange, Walton Gibbon, John Smith,  Madam Rosmerta.
› Место: Три Метлы

› Время: 12.00
› Погода: на улице снежно.

Уже давно ходят слухи, что хозяка Трех Метел укрывает у себя нежелательных лиц, но доказать это еще ни разу не удалось. Может быть сегодня?

0

2

- Всё верно, мистер Экер, - Аксель кивнул, протягивая мужчине напротив перьевую ручку с черными чернилами, и разворачивая к тому несколько листов пергамента. - Мне нужно ваше согласие и подпись вот здесь, - он поднял лист и указал на пустую строку на втором, - вот здесь, - поднял следующий, за ним еще один, и еще, пока не дошел до последнего, - и вот здесь. 50% гонорара нужно выплатить сейчас, оставшуюся сумму можно внести либо единовременно, либо двумя равными частями - одну как закончим с работой, вторую - до первого июля. Хозяин агентства уважает каждого своего клиента, поэтому предоставляет такую возможность, как гарантию того, что даже зимние работы по установке надгробий выполнены качественно и надолго. Не обязательно определяться сейчас, вы можете подумать, пока всё не будет завершено.
Седеющий мужчина, возраст которого явно приближался к седьмому десятку, согласно и, даже, кажется, удовлетворенно, покивал, поставил, где требовалось, свои подписи, и вернул бумаги американцу.
- Спасибо, мистер Андервуд. Увидимся через неделю, полагаю?
- В следующий вторник, мистер Экер. Ко вторнику всё будет готово. В одиннадцать часов, как сегодня, Вам будет удобно?
Клиент кивнул, они обменялись рукопожатиями и попрощались. Волшебник покинул паб, Аксель проводил его взглядом и огляделся. Не слишком людно, чего и следовало ожидать, в принципе, в будний день в такое время. Да и, кажется, американец слышал, будто бы детей из школы по выходным сейчас сюда не отпускали, для их же безопасности, очевидно, так что, вероятно, и в выходные-то здесь было достаточно тихо. Он не насчитал так уж много домов в деревне. Очевидно, помимо тех, кто работал в собственных лавочках прямо здесь, были еще обычные жители, что сейчас были на рабочих местах или заняты другими дневными делами... В общем, не до пабов. Впрочем, сам он не слишком торопился возвращаться в бюро, посему, сложив бумажки в папку из драконьей кожи и закрепив ту резинкой, Андервуд подошел к стойке, дожидаясь, пока кто-нибудь из персонала выйдет и не желая их особенно торопить. Мистер Экер озаботился о том, чтобы у них был чай, потому что пришел раньше оговоренного времени, и к моменту появления в "Трёх метлах" агента, чай уже стоял на деревянном столе в углу заведения. Он не слишком помнил из своего достаточно давнего визита, как здесь было принято - дожидаться за столиком или подходить к стойке, звать или звонить в какой-нибудь звоночек... Долго ждать, однако, не пришлось, и вожделенная пинта шоколадного стаута появилась перед посетителем.
Входная дверь отворилась, и на пороге появились двое мужчин, судя по виду которых, не по стаканчику пропустить они зашли, точно нет... Учитывая напряженные отношения с семьей жены, Аксель порой ловил себя на мысли о том, что у него развивается мания преследования, потому что он во всём видел какую-то ловушку для себя, как очередную попытку разлучить его с возлюбленной. Глупо, наверное, но теперь А-вуд постарался принять как можно более непринужденный вид, подтягивая бокал поближе к себе и с неестественно повышенным интересом к рабочим бумажкам, раскрыл папку и уставился внутрь неё, очень надеясь, что его не заметят или не узнают.

Отредактировано Axel Underwood (2017-09-13 17:48:50)

+3

3

Дэниэл отряхивает снег с воротника, проходя в заведение и оглядываясь по сторонам.
- Господин Волчанов, - он жмет руку представительному дородному мужчине, который поднимается ему на встречу. - Я ценю, что вы выкроили для меня немного времени, - он уже присаживается за столик, жестом отказавшись от напитков и вообще услуг официанта. У него тут дело, и надо его сделать быстро. Заодно и по сторонам поглядит. - Я знаю, что "Осы" уже интересовались вашим воспитанником, и их условия - тоже хороши. Но не лучшие, - он достает из внутреннего кармана пергамент, который и протягивает собеседнику. - Как у вас будет время, ознакомьтесь с предложением "Торнадос". И вы знаете, где меня найти в любом случае, - они уже поднимаются на ноги, и Роули ждет, пока Волчанов расплатится по счету. - Не стоит извиняться: я все прекрасно понимаю. У меня у самого полным-полно дел: вот сейчас еще в Шотландию на одну встречу надо отправляться, - из заведения они выходят вместе, прощаются, но сам Дэниэл не спешит аппарировать.
Он поднимает воротник повыше, доходя до конца улочки и останавливаясь там.
- Народу сейчас там не так много. Со стороны - ничего особенного. Придется копнуть глубже, чтобы проверить достоверность слухов, - бросив эти тихие фразы в темноту подворотни, он идет дальше и аппарирует в Шотландию, где у него на самом деле дела.

Рабастан облизывает пересохшие губы. Он до сих пор помнит свой последний провал, когда Кингсли увели у них из-под носа! Тот факт, что Белла убила своего кузена, потешил лишь самолюбие невестки. Родольфус был недоволен. Рабастан - тоже. Лорд - в ярости. Такие ошибки могли допускать новички, но не Лестрейнджи.
- Ты как раз вовремя, - он замечает Гиббона и кивает ему. Без решеток тюремных камер все выглядит иначе, как и сосед по той самой камере. Теперь они были у власти, могли ходить по улицам, не таясь, перед ними трепетали, и их боялись. Прекрасное чувство! - В "Метлах" сейчас не многолюдно. Чинно и прилично со стороны. Может, еще к вечеру кто занятный подойдет? Мы можем его подождать уже на месте, а пока потолковать с персоналом, например, - они шагают по улице к пабу, и Лестрейндж помнит эту дорогу.
- Сто лет здесь не был, Уолтон, - приятель наверняка испытывает нечто подобное. - Может, закажем по старой памяти сливочного пива? - его смех режет, как бритва. Рабастан уже давно разучился смеяться. Азкабан никогда не способствовал веселью. На свободе он как будто заново узнавал себя, вспоминал себя настоящего. Но он слишком изменился, и его прошлого уже никогда не будет. Не будет веселого задорного смеха, искрометных улыбок, зычного баса отца где-то в недрах дома, который напоминал больше заброшенный склеп. Он зябко передергивает плечами и толкает дверь.
- Добрый день, - улыбка больше напоминает хищный оскал. Его должны узнать, а он и не скрывается. Сейчас многие Пожиратели занимают посты в самом Министерстве! Досаднейшая судебная ошибка Визенгамота, которая стоила долгих лет жизни членам чистокровных семей, уже вовсю исправляется. Лестрейнджи теперь на свободе. В их замке снова горят огни. Они выходят на улицы и не боятся. Это их должны бояться!
- Нам сливочного пива. Или покрепче? - Рабастан оборачивается к Гиббону. - Ты не помнишь, здесь огневиски предлагали? Наверное, было что-то такое, чего нам, еще школьникам, не полагалось, - снова его резкий смешок, как бритвой по венам. От оскала улыбки веет холодом: разучился он улыбаться.
- Грюм не заходил? А Кингсли? - вопросы с места в карьер, но Рабастан уже весь подобрался. Как хищник, готовый бросится, а в кармане теплой мантии уже в руке зажата палочка. Темной магии его учил отец, а Лестрейнджу-старшему в этом плане доверять было можно. Хороший учитель. И практика у младшего сына была обширная. Соскучился он без нее в стенах Азкабана.
[NIC]Rabastan Lestrange[/NIC][STA]wtf, bro!?[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/24ces.png[/AVA][SGN]http://funkyimg.com/i/24cet.gif
графика от Имбирь[/SGN]

+3

4

Уолтон бесновался без дела. Все его соратники, так или иначе, были задействованы в каких-то важных делах, помогали Хозяину, как могли, Гиббон ничего не мог дать своему господину. Потерявший все во время своей отсидки в Азкабане, Гиббон так и не смог встать на ноги, когда вернулся. Конечно, в семье его не ждали. Гиббоны никогда не поддерживали открыто Волдеморта и, когда узнали о том, что их наследник носит черную метку на предплечье, были в шоке и отвернулись от него. Правда, Уолт все равно намерен взять то, что ему причитается.
- Рабастан, - Уолт был рад, что в пару ему на задние достался именно Лестрендж. Уолтон слышал о провале Лестренджей при конвоировании Шеклболта, но не винил и не давил на больную мозоль Рабастану. Стан, Уолтон был уверен, сделал все, что от него зависело, чтобы не допустить побега. - Мне всегда нравилась эта дамочка из паба. Такая в возрасте, сочная, и все ещ споосбная взбудоражить мужчину.
А что вы хотите от человека, который четырнадцать лет провел в Азкабане Это не его белоручка кузен, отдавший коньки минувшим летом. Жаль, только что его убили свои. Шальное заклинание Торфинна Роули оборвало жизнь молодого Гиббона, решившего присягнуть на верность Темному Лорду. Звякнул колокольчик, оповещая, что посетитель переступил порог заведения. Здесь все было точно так же, как Уолтон запомнил со школьных лет. Это делало честь хозяйке, сохранившей настрой на лучшее. В отличие от Рабастана, Гиббон улыбнулся хозяйке, которая привычно вышла встречать почетных гостей. То, что ты Пожиратель Смерти, нынче, делает тебе честь и позволяет вести себя так, как ты считаешь нужным.
- Прошу прощения за моего друга, увы, мы много времени провели взаперти и потеряли навыки общения с прекрасными женщинами, - он включил свое обаяние, которое в прошлом не мешало ему безжалостно убивать женщин и детей, брезгливо вытирая волшебную палочку о подол мантии, словно их кровь. Вопросы Лестренджа сыпались один за другим, вызывая улыбку на губах Уолтона. Пока говорил Рабастан, Гиббон смотрел по сторонам. Этот паб давно был под заметкой у Пожирателей Смерти, вот только доказать ничего было нельзя. - Что ты так сразу на женщину набросился. У нее муж в бегах. Кстати, не возвращался? Камера в Азкабане по нему уже давно плачет.
Ходили слухи. что хозяйка паба стала часто бегать в Сладкое Королевство, где руководил заведением один вдовец. Какая гадость! Вот если бы была уверенность в том, что ее муж давно сдох, вот эта была бы новость.
- Я бы хотел осмотреть подсобные помещения и подвал, - с елейной улыбкой на губах произнес Уолтон, подвигнув Розмерте. Что за женщина! Мечта поэта. Поэтом Гиббон не был, но прелести женщины оценить сумел. А еще он все ждал. Что-то должно было случиться, это витало в воздухе, чувствовалось в атмосфере. Темный взгляд Гиббона скользнул по Андервуду, заинтересовавшемуся приходо двух Пожирателей. - Что смотришь? Два глаза роскошь?
Хищная улыбка коснулась его губ, он облокотился локтем на барную стойку, осматривая посетителей. Кто-то из них, наверняка, связан с Орденом Феникса, и кто-нибудь обязательно себя выдаст.
- Пару дней назад, я был здесь. Одна сочная девчонка упала под заклятием. Ах, какая была дамочка, я бы с ней провел пару деньков, а потом все равно отправил к праотцам, - Уолтон обращался к Рабастану, но говорил громко, чтобы его слышали те, кто есть в зале. Кто знает, что из этого могло выйти.
- Вот ты, красавчик, пойдешь понятым, - Уолтон ткнул пальцем в Андервуда.
[NIC]Walton Gibbon[/NIC][STA]Пожиратель Смерти[/STA][AVA]http://sd.uploads.ru/Rux5v.png[/AVA][SGN]Party like a Russian
http://s5.uploads.ru/lsOEy.gif
комплект от Goodwin
[/SGN]

+3

5

Любовь к ночным дежурствам проходит вместе с порой студенчества, в которую было так здорово оставаться в больнице после отбоя, слушать тишину и заниматься своими делами. Сейчас это уже довольно утомительное занятие, наполненное, кроме того, массой бумажной работы и периодическим мониторингом жизненной активности пациентов, которые могли в любой момент обзавестись новой проблемой. Особенно после операций. Поэтому как только случался утренний обход, Джонатан радостно на всех парусах мчался домой отсыпаться и радоваться дню свободы. Если таковой ему вообще давали. Сегодня был счастливый случай. Поэтому, выспавшийся и посвежевший, мужчина не долго думал, чем себя занять, и отправился в давно знакомый вдоль и поперёк, снаружи и изнутри паб, где провёл несколько счастливых лет.
  Внешне "Мётлы" не менялись несмотря на все напасти, которые обрушивались на Хогсмид в любой подходящий и не очень момент. И он очень надеялся, что и внутри всё осталось по-старому, но всё же в глубине души переживал и боялся увидеть, как всё изменилось и, не дай Мерлин, ухудшилось. Через главный вход Джон решил не заходить, поэтому направился к служебному по старой привычке и замер перед дверью, протянув руку к ручке, но так и застыв. Всё ещё терзаясь мыслями о глобальных переменах, он дважды сжал и разжал ладонь, но в итоге всё-таки опустил руку на ручку и открыл дверь, решительно шагнув внутрь. Найти прежнюю хозяйку паба было несложно и радостно.
  — Мадам Розмерта! — Джон пошёл на неё с распростёртыми объятьями и наклонился со своей высоты, чтобы обхватить женщину руками. — Прекрасно выглядите! Кажется, только похорошели. Скинули пару лет?
  Расцеловав хозяйку в обе щеки, Джон на ходу, как и привык, задал типичный какдела-вопрос, схватил запасной фартук и, повязав его себе на пояс, направился рассматривать свои бывшие владения с уверением, что непременно поможет, а то тут без него наверняка беспорядок! Надо убедиться, что инвентаризация напитков и сопутствующей продукции проведена как положено, что прозрачность стаканов соответствует ГОСТу, что все обслуживаются быстро и в срок и что на стойке не растёкся какой-нибудь забулдыга, которого стоило бы стереть тряпкой из заведения вообще. Поэтому, убедившись в последнем, Смит тут же нырнул под стойку, чтобы заняться когда-то такими привычными обязанностями. Кое-что стоило поправить, а потому мужчина вооружился волшебной палочкой: клиентов всё равно было немного, поэтому он мог себе позволить так сделать.
  — К вам прям хоть на четверть ставки возвращайся! — резюмировал волшебник, вылезая из-под стойки и тихо ойкнув, когда заметил новых не очень дружелюбных гостей. Их разговоры ему не нравились от слова "совсем", но подавать вид в такой ситуации было себе дороже. Поэтому Смит, привыкший к роли бармена обратно, состроил привычную выжидательно-не обременённую умом физиономию и предложил: — Джентльмены! Позвольте мне вас обслужить, сочту за честь. Чего желаете? Сливочного пива, огневиски, бренди, медовухи? Фирменная, между прочим, божественный вкус. Или желаете чего-нибудь без градуса?
  Смит улыбнулся во все свои зубы, как будто перед ним стояли не одни из самых мерзких людей, не Пожиратели смерти, а чудесные феи, которые радуют своим появлением глаз и душу.

+3

6

Появление Джонатана Смита в пабе всегда было праздником. Розмерта никогда силком никого не удерживала в пабе, но всегда радовалась, когда они возвращались.
- Льстец, - улыбнулась ведьма, когда руки Джона, как распахнутые крылья огромной птицы, сомкнулись вокруг ее плеч. В отсутствии Гаррисона, который все еще числился в бегах, ей требовалось тепло. Ходить к нему в Сладкое Королевство было возможно, но много не находишься, рано или поздно это привлечет внимание.
Одним из постелей в пабе был Аксель Андервуд. Кто не знает Акселя, тот либо слеп, либо глуп, либо глух, либо все вместе взятое.
- Аксель, попробуйте новые блюда из меню, - она остановилась перед Андервудом и подтолкнула к нему пергамент, на котором высвечивались названия обновленного меню паба. Сделать заказ мужчина не успел - в паб вошли Пожиратели Смерти. К подобным визита она уже привыкла. Едва ли не каждую неделю к ней приходили с проверками, а увидеть Пожирателя Смерти или лояльному их за чашкой кофе за столом было уже делом обычным. Поджав губы, Селена качнула головой. Опять будут задавать глупые вопросы.
Стоило Рабастану озвучить заказ, как Джон, оказавшийся за барной стойкой, тут же его выполнил. Розмерта с благодарностью кивнула ему. Его поддержка сейчас была очень важна для Селены. Второй, которого Селена не знала, вел себя более развязно, чем Рабастан, и постоянно осматривал помещение. С ним может быть нелегко.
- Оба этих имени числятся в списке особо опасных, и если бы они заходили сюда, то по протоколу в Министерство немедленно была бы выслана сова с сообщением об этом, - она говорила заученные слова, к которым ее уже приучили визитеры, хотя никто так откровенно не спрашивал про Аластора или Кингсли. Ведьма слегка нахмурилась, но спорить с ними не собиралась. Когда заговорил второй, к которому Рабастан обращался по имени Уолтон, Розмерта вздрогнула. Голос его был пугающим, угрожающим. Безмятежность на его лице не могла обмануть - перед ней был убийца, страшный убийца, у которого нет ни совести, ни понятия чести.
- Нет, - голос предательски дрогнул, а на глаза навернулись слезы, которые она прогнала, решительно моргнув. - Не возвращался. Ваши коллеги недавно сказали, что скорее всего он погиб в лесах.
Ответ дался нелегко, но она все-таки произнесла его, глядя в лицо Гиббону.
- Конечно, подсобные помещения и подвал в вашем распоряжении, - устало согласилась ведьма. Хорошо, что поставки зелий еще не было, хорошо, что последние, кто скрывались у Розмерты, покинули паб прошлой ночью. Все было сделано вовремя, сейчас ей, казалось, нечего бояться. Гиббон вел развязные беседы, был омерзителен всем своим видом, но Селена пыталась держать себя в руках. Джон суетился за барной стойкой, предлагая напитки. Сегодня он снял с Розмерты это бремя - обслуживать нежелательных персон. Ултон говорил о нападении на Хогсмид, а на лице Селены промелькнула тень отвращения к нему. Хогсмид уже перестал быть привлекательным для волшебников, постоянные рейды и нападения отвернули от деревушке даже постоянных гостей и жителей.

+2

7

- Благодарю, - от своих бумажек он перешел к изучению меню, столь любезно предложенному хозяйкой. Аксель, конечно, просто мог зайти домой, если бы так уж хотел есть, потому что даже если жены там не было, потому что она отправилась на прогулку или в детские магазины глазеть на витрины (очень уж, кажется, стала нравится ей последнее время эта затея), там в любом случае была Манька, которая без проблем сообразила бы еды за считанные мгновения. С другой стороны, разве можно отказать себе в удовольствии что-то перекусить. Или нет, к чему это лукавство? Он просто пытался слиться с интерьером и перестать быть заметным, только прислушиваясь к тому, что обсуждали вокруг. Кажется, не по его душу. Правда что ли, мания преследования развивается?
Он позволил себе скользнуть взглядом по вошедшим мужчинам. Да, лица их показались ему знакомыми. Кажется, он видел их на розыскных плакатах, когда только переехал. Впрочем, он мог и путать. Нет, он не берется утверждать, что "все британцы на одно лицо", но они никогда не приглядывался ни к плакатам, ни к окружающим, с которыми его ничего не связывало. Вот и сейчас предпочел опустить взгляд, вернувшись к бумажкам на стойке. Однако, было уже поздно и то, что он поднял взгляд, было замечено.
- Да я ничего, ничего, – пробормотал он себе под нос, надеясь, что никто не услышит. – Свободная страна Британия… Сюда не ходи, туда не смотри… Снег в башка попадёт…
Впрочем, А-вуд мог причитать сколько угодно, но едва ли собирался кому-то что-то возражать против. Всё вокруг его не касается. Вообще. Он приходил по работе, работа закончена, он допьёт свой стаут и уберется восвояси. Точка.
Однако его планы разрушились, не успев выстроиться в четкую стройную вереницу. Внутри будто что-то оборвалось, и он закашлялся, потому что только что отпил из своей пинты.
- Простите? – ему хотелось, чтобы он ослышался. Ему хотелось домой к жене. Или хотя бы в офис агентства в Лютный. Куда угодно, только не понятым. Надо было сослаться на очень важные дела. Надо было сослаться на крайнюю спешку в рабочий день. Но внутренне он понимал: этим людям не отказывают. Но он мог попробовать слукавить. В меру осторожно, чтобы не подумали, что он такой дерзкий тут сидит и никто ему не указ.
- Мистер… простите, не знаю как вас называть, – аккуратно начал он, обращаясь к тому мужчине, что просил его быть понятым. Точнее, не просил, а ставил перед фактом. – Я гражданин другой страны. Не знаю, законно ли это в Британии? И могу я увидеть какой-то документ, подтверждающий ваше право производить допросы или вести обыск…
Он запнулся, переводя взгляд на мадам Розмерту и бармена за стойкой, будто пытаясь найти у них какую-то поддержку и дать им понять, что ему в принципе не нужно никому (в том числе и себе) создавать проблем. У него, кажется, их и так было уже предостаточно, и нарываться на новые было сродни самоубийству.
Акселю всегда было комфортно в позиции «моя хата с краю», потому что с краю не трогали, но он умудрялся раз за разом оказываться не в том месте не в то время. Чисто случайно. Да сколько можно-то? Когда-нибудь вообще он сможет просто выйти на улицу, чтобы ни во что не встрять, не встретиться с дементорами, не пожениться на свадьбе, где всем заведовал тролль, не случайно застрять в местном министерском Отделе тайн? Просто выйти на улицу, сделать дела и вернуться домой? В случае с А-вудом, кажется, миссия была невыполнима.

+3

8

- Уолт, побойся Салазара: ты недавно из борделя, - Лестрейндж-младший смеется, но прекрасно понимает Гиббона. Он сам бы пошел к какой-нибудь крале. Не просто сходил в бордель, где за пару галлеонов в постели воплотят все его желания. Такое слишком просто: нужна была изюминка! Пускай Уолтон нашел ее в пабе в Хогмиде: Рабастан мешать не станет. - Так хороша? Почему еще не забрал ее себе? - зачем им чего-то спрашивать, когда они уже хозяева жизни? Чего ждет Гиббон: бери то, что хочешь!
В пабе немного народу, но бармен начинает действовать на нервы. Он чем-то напоминает Хвоста: тот также лебезит, много говорит, несет полную ахинею и мерзко улыбается. От трусливого Хвоста Рабастана тошнит, но Повелителю он нужен, и его приходится терпеть. Он многих терпит, а его круг общения - не такой большой. Настоящий сподвижников и друзей много не бывают, а многие из настоящих давно на том свете. Приходится работать с теми, что есть. Хорошо еще, что сюда он пошел с Уолтом: идти на задание в проверенной дружеской компании легче.
- Фирменная медовуха. Звучит отлично. Я буду ее, - Рабастан терпеть не может медовуху, но заказывает именно ее. Он потом еще может чего испить, пока Гиббон будет с хозяйкой осматривать ее помещения, подсобки, проверять, как работают заглушающие заклинания и так далее. Эта мысль его веселит, и он усмехается, пихая Уолта под бок локтем и кивая в сторону хозяйки. Но пришли-то они не решать амурные дела, и сначала надо выполнить должное.
- Приятно знать, что здесь уже читали последние распоряжения Министерства, что готовы сотрудничать и помогать, - Рабастан не верит, осторожным незаметным движением доставая волшебную палочку, которую прячет в рукаве, крепко сжимая пальцами. - Уолт, я думаю, что осмотреться стоит, - с Гиббоном они слишком давно знакомы, чтобы сотрясать воздух ненужными словами. Они понимают друг друга с полуслова и полувзгляда.
Слишком все просто, не находишь? Как будто слухи говорили о другом пабе!
Они бы уже прошли обыскивать паб, если бы не какой-то маг вдруг решил, что усидеть своей заднице на стуле для него сейчас непосильная задача.
- Что? - Рабастан сначала не понял, чего от него хотят. Он удивленно переглянулся с Уолтом, но слух не подвел. - Кто ты такой, чтобы мы тебе что-то показывали? На какие вообще основаниях находишься в нашей стране? Уолт, он, часом, не похож на беглого каторжника из Албании. Говорят, жуткий душегуб! По-моему, очень даже похож - одна же тупая харя! Я предлагаю его задержать до выяснения обстоятельств... на пару лет в Азкабане. Парень, хочешь увидеть дементоров? Я могу лично тебя с ними познакомить, - ухмылка ненормального сейчас на его лице: Лестрейндж-младший слишком много лет провел в магической тюрьме, где сами стены пропитаны болью и страданием. И слова у Рабастана с делом не расходились никогда:
Депульсо!
Палочка вскинута, заклинание направлено в грудь, и тут, без крепеньких щитов, увернуться будет практически нереально. Он не сомневается, что сейчас Гиббон добавит еще чего-нибудь. Но не останавливаться же на достигнутом?
Круцио!
[NIC]Rabastan Lestrange[/NIC][STA]wtf, bro!?[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/24ces.png[/AVA][SGN]http://funkyimg.com/i/24cet.gif
графика от Имбирь[/SGN]

+2

9

[NIC]Walton Gibbon[/NIC][STA]Пожиратель Смерти[/STA][AVA]http://sd.uploads.ru/Rux5v.png[/AVA][SGN]Party like a Russian
http://s5.uploads.ru/lsOEy.gif
комплект от Goodwin
[/SGN]

Уолтон, в отличие от Рабастана, не отличался тем, что размахивал заклинаниями направо и налево. В этим плане он был немного тормознутым. Пока мадам Розмерта отчитывалась перед ними заученными фразами, Рабастан предпочел действовать. Гиббон лишь печально вздохнул, когда сорвавшийся луч с волшебной палочки ударил американца (судя по акценту, это был именно он) в грудь.
Вместо того, чтобы вмешаться или присоединиться к своему товарищу, Уолтон сверлил взглядом бармена, слишком услужливого, слишком приторного, о чего хотелось схватить его за волосы и лицом пару раз провести по столешнице, стирая его улыбку с лица. Но Гиббон держал себя в руках. Косой взгляд в сторону хозяйки паба. Если она сунется, у него будет повод познакомиться с ней чуть ближе.
Рабастан, тем временем, применил Круциатус к все тому же бедному американцу, которого выбрал Гиббон для того, чтобы тот сопровождал его в подвалы.
- Оставь его, - Уолтон положил руку на плечо Рабастан. - Не доставляй проблем своему брату. Если он американец, а не прикидывается, то международный скандал нам не нужен.
Он чуть сжал плечо Рабастан и обошел его.
- Эй, парень, ты как? - темный взгляд устремился на блондина, но в нем не было сочувствия. Сейчас ему нужно было обыскать паб, а не устраивать тут побоище. - Подняться можешь?
Руку, конечно, он ему протягивать не стал. Зато взгляд говорил, что если А-вуд не поднимется, то Рабастан может его заставить. Обернувшись к мадам Розмерта он заговорил уже не таким дружелюбным тоном.
- Открывайте подвалы, если не хотите почувствовать на себе гнев моего друга. И не сомневайтесь, в следующий раз я к нему присоединюсь, - он заметил, как ведьма потянулась за волшебной палочкой. Уолтон перехватил ее руку и больно сжал кисть. - Не стоит. Уверяю вас. Пока я ещё к вам благосклонен и могу гарантировать вам свою защиту, но не стоит испытывать мое терпение. И этому скажите, чтобы опустил палочку.
Слишком больно он сжимал ее руку, и слишком он ей угрожал, чтобы Джон Смит мог оставаться в стороне, когда Розмерта угрожали так откровенно.
- Так, а теперь я повторю ещё раз, у нас есть все полномочия, чтобы быть здесь и требовать осмотреть помещение. Если вам что-то не нравится, то пишите официальную жалобу в Министерство. Ее обязательно рассмотрят. Ты, - он ткнул пальцем в Смита, - рыпнешься ещё раз, и я точно размажу твою слащавую физиономию по стенке. А ты - хватить быть тютей, поднимайся. Не заставляй меня просить ещё раз.
Гиббон уже терял терпение. Отпустив руку Розмерта, он смерил ее брезгливым взглядом. Она была хороша собой, но характер ее был вздорным. Уолтон был уверен что это так. Потому и муж сбежал. То,что он был магглорожденным, это дело десятое. Руквуд же за него поручился, его бы никто пальцем не тронул.
- А теперь все дружно делаем, что нужно и расходимся. Без драк, без крови и без трупов, а то, не поверите, руки так и чешутся кому-нибудь кровопускание устроить, - Гиббон не был таким сумасшедшим, как Лестренджи, но и на его руках было полно крови и жизней, загубленных за зря.

+3

10

Мадам Розмерта говорила с этими двумя так, будто наперёд знала, что необходимо им отвечать. Может быть, так оно и было на самом деле: неизвестно, сколько раз в паб наведывались подобные гости и задавали одни и те же вопросы, только разными словами и способами. А хозяйка была женщиной мудрой и продуманной, лишний раз попусту глупости делать бы не стала, тем более рисковать. Но пока всё идёт, видимо, как положено, Джон послушно ловкими и знакомыми движениями берёт стакан, надевает перчатку на ладонь, чтобы взяться за ледяную бутылку, осторожным жестом, чтобы видно было его руки, медленно, давая давлению сойти, дабы напиток не пенился, открывает пробку прямо на глазах у Лестрейнджа и наливает золотую тягучую жидкость почти до краёв. В процессе он периферийным зрением улавливает движения Пожирателей и каждую секунду готовится схватиться за спрятанную между барной утварью волшебную палочку.
  — Ваша медовуха, сэр, — всё ещё улыбаясь, оповестил Смит, но в одно мгновение, как и всегда, всё пошло наперекосяк, и дело началось с возмущения уже сидевшего здесь клиента и его речей о международном скандале и разрешении на обыск. Как ты здесь вообще живёшь, парень? Не знаешь, где находишься и что тут творится? — с сожалением и сочувствием подумал бывший бармен и едва заметно покачал головой, встретив взгляд американца. Улыбка, конечно же, почти исчезла с некрасивого лица Джонатана. — Может быть, чего-нибудь ещё, господа? — пытаясь улыбаться, что получалось более устало, предложил мужчина, чтобы отвлечь немного внимание незваных гостей от Розмерты и от нерадивого иностранца, но не тут-то было.
  Действия Пожирателей были резкими и уверенными. Американец тут же пал — благо, не замертво — жертвой двух заклинаний Лестрейнджа, а так называемый "Уолт" схватил за запястье мадам Розмерту, да ещё и заметно болезненно, на что Джонатан среагировал моментом, выхватив всё же свою палочку и проговорив медленно и внятно, словно умственно отсталому: "Отпустите её". Конечно же, такая угроза была прожжённому Пожирателю — что клубкопух для Волдеморта, в чью мантию вцепилось существо. И Уолтон, конечно же, не оценил благородного порыва Смита, лишь бросив несколько очередных устрашающих фраз и наконец-то отпустив чужую руку. Но устрашать они могли разве что непривычных, например, их американского гостя (что логично, конечно, будь Джону ради чего возвращаться домой, и он бы боялся), а тех, кто последнее время только и делает, что живёт в состоянии войны, тотального деспотизма и тирании, такими речами уже не впечатлить. Поэтому Джонатан не повёл даже бровью. Что ему терять? Этой зимой ему пришлось впервые использовать непростительное, почему бы, если что, не попробовать ещё раз? Руки марать мерзко, но разве эти люди не заслуживают такого?
  Как удачно эти двое стоят поблизости друг от друга! И как неудачно находится рядом хозяйка паба. Аксель (кажется, так называла его Розмерта?) и вовсе стараниями Рабастана находился в отдалении, но его тоже могло задеть. Тем не менее попытаться стоило. Стоять и тупо смотреть или тем более выполнять указания этих... хороших и замечательных людей глупо и бесполезно: даже если в пабе всё чисто, они всё равно найдут повод прицепиться так, что пострадавших будет больше, чем сейчас. Но дело было даже не в этом. Селена была важной женщиной в жизни Джона, настоящим Человеком и отличным другом, и Смит не мог спокойно смотреть на то, как кто-то унижает её, издевается и тем более угрожает, а уж хуже всего — причиняет ей боль. Поэтому бывший бармен бросает короткий и холодный взгляд на Розмерту, который та должна безошибочно разгадать — они ведь так много проработали вместе, они отлично знают друг друга! — и вовремя уйти в сторону или хотя бы защититься, и перекладывает опущенную было палочку из правой руки в более удобную ведущую левую.
  — Как скажете, сэр, — всё с той же гостеприимной улыбочкой соглашается Джон на требование сделать, "что нужно", и снова резко вскидывает палочку в сторону Пожирателей, в тот же момент выпаливая: — Экспульсо!
  Заклинание целенаправленно получается не слишком мощным, чтобы невиновных не задело, но прошлось бы по выбранным для взрывного удара целям. В ту же секунду Смит перемахивает, как делал не раз, через стойку и устремляется к мадам Розмерте, чтобы убедиться, что она в порядке, а затем к Акселю, которого поспешно и оттого грубо поднимает и оттаскивает чуть в сторону за мантию, чтобы тот тоже занял оборонительную позицию или попросту ушёл, покуда относительно цел.

+2

11

То, что происходило в пабе, казалось ей дурным сном. Очень плохим. Ведьма надеялась проснуться и убедиться, что это только сновидение, что ничего важного на самом деле не происходит, ничего страшного не случится ни с одним из ее постояльцев. Это было невыносимо. Она даже не заметила, когда один из Пожирателей Смерти использовал магию, направив ее в сторону Акселя Андервуда.
- Остановитесь немедленно! - она повысила голос, чувствуя, как ее голос дрожит от слез и раздражения. Молодой человек был не причем, он просто оказался в ее пабе в неудачное время, а теперь корчился на полу. Когда второй остановил своего друга, Розмерта присела к Андервуду, но успела только чистым платком протереть ему лицо, да сжать его руку в извиняющемся жесте. Она чувствовала свою вину за то, что произошло с ним, никак не могла отмахнуться от этой мысли. Она была готова произнести, что с сегодняшнего дня его в пабе будет ожидать скидка.
Боясь, что эти двое не остановятся на достигнутом, Селена потянулась в карман передника за волшебной палочкой, готовая защищать своих посетителей, но не успела. Уолтон Гиббон оказался рядом с ней так близко, что ведьма инстинктивно отступила назад, но этого не хватило, чтобы Гиббон от нее отстал. Его пальцы сомкнулись на кисти Розмерты.
- Мне больно, пустите. Вы вообще не имеете права меня трогать, - возмутилась Селена, чувствуя, что ее душат слезы обиды. Все не так в эту войну. В Первую Магическую ей удалось сохранить паб островком надежды, но в этот раз ей не хватило сил, чтобы это место было так же вселяло надежду и оставалось в безопасности. Слова о своем муже она проглатывала, с трудом сдерживая себя, понимая, что сделает только хуже.
Хуже решил сделать бармен, задетый за живое поведением Пожирателей Смерти относительно ее. Селена читала его взгляд и понимала, что он собирался делать, но ее взгляд отвечал - не делай этого, Джон, умоляю. Но было слишком поздно. Розмерта с трудом смогла увернуться от заклинания, которое Смит пустил в ее обидчика, подвернула ногу и была вынуждена ухватиться за стол, чтобы не потерять равновесие. Этот визит Пожирателей Смерти мог обернуться трагедией.
- Что же ты наделал, Джонатан, - Розмерта покачала головой с состраданием глядя на него. Он стоял очень близко, она коснулась его щеки ладонью. - Беги, Джонатан, умоляю тебя. Если они тебя убьют, я себе этого никогда не прощу. Уходи, я сама тут разберусь.
Непрошеная слезинка сорвалась с ресниц и прочертила соленую дорожку по щеке. Она надеялась, что Смит послушает ее и уйдет отсюда, пока может. Розмерта не сможет сражаться на его стороне. Ей важно сохранить паб, важно, чтобы сюда, как прежде, могли прийти те, кто искал убежища. Важно, чтобы Грюм знал, что здесь, как прежде, можно было устроить узловую развязку доставки зелий. Но сердце ее разрывалось от того, что она не могла оставить Джона одного.
- Прошу, отпустите его, он слишком молод, слишком глуп, - она просила Гиббона, который проявлял в ней большой интерес, и сейчас она надеялась, что сможет убедить его хотя бы сохранить жизнь своему защитнику. Но не могла быть уверена, что Лестрендж спустит такое поведение ее бармену. Она не смотрела ни на Джона, ни на Акселя, чувствуя, как горит от стыда за подобное поведение, но паб нужно было сохранить на прежних условиях.

+4

12

- Мигрировал из США, владею недвижимостью на территории Британии и женат на местной, официально зарегистрирован в вашем Министерстве, - Аксель мог только голову чуть вздернуть, спокойно отвечая на вопрос о том, что здесь делает. Остальное - не общественного ума дела. Если эти мужчины - представители властей, они смогут легко это проверить. Вот только... Не похожи они были на чиновников министерских. Как не были и похожи на честных людей.
Долго ему говорить не дали, он осекся на половине слова, ударенный в грудь заклинанием, оттолкнутый со стула, с грохотом заваливаясь назад, пытаясь еще схватиться руками за воздух, или за стойку, но бесполезно. Сперва он пребольно ударился затылком об пол. Затылок у него вообще был многострадальный, и теперь был риск того, что потревоженные швы годичной давности о себе напомнят. Впрочем, и про швы, и про то, что он ударился, Аксель забыл, как только красная вспышка Круциатуса достигла его.
Он вцепился пальцами в каменный пол, пытаясь не то раскопать его, чтобы уползти под землю и спрятаться, не то просто как-то подвинуться, чтобы спастись от этой боли. Всё, что он чувствовал раньше, померкло перед этим. Пожалуй, сравниться могла только боль душевная, когда из конверта на руку выпало обручальное кольцо, подаренное им Элизабет. Но тогда он хотя бы осознавал, что происходит. Сейчас же... В висках пульсировала боль, кости изнутри выворачивало болью, голова готова была разорваться от боли, казалось, у него болели даже какие-то части тела, о существовании которых он и не догадывался, пока они не начали болеть... Боль-боль-боль. Кажется, что вот-вот привыкнешь и станет легче, но к такому невозможно привыкнуть. Сквозь красную пелену, застилающую глаза от боли, жуткой, невыносимой, он услышал крик, нечеловеческий, неестественный, не понимая, что кричит сам. Аксель не знает, сколько это продолжается, но внезапно всё отступает.
Он лежит на полу, пытаясь поднять голову и сфокусироваться на помещении вокруг, мучения отступают, но вместе с ними, кажется, ушли и все силы. Он хочет подняться, упираясь ладонью в пол, но локти тут же дрожат, заставляя его опуститься обратно.
Кажется, эти мужчины заберут своё любой ценой.
Кажется, один из них спрашивает, может ли Аксель подняться.
Кажется, Аксель не может ничего ему ответить, потому что голос тоже не слушается, как и всё остальное тело, измученное кратковременной, но ужасной пыткой.
Кажется, рядом еще хозяйка паба, пытается привести его в порядок и в чувство. В голове всё крутится, как-то смешавшись, и никак не желая вставать по местам.
Единственное, что он может сказать, точнее, не сказать, а процедить сквозь зубы, озлобленно, в ответ на зародившуюся угрозу. Защитная реакция, иначе не назовешь, однако та, которая могла быть (и скорее всего будет) расценена как провокация.
- А если... не встану? Тогда что? Убьёшь меня? - в голосе звучит вызов. Ох, знал бы он, что нельзя задавать таких вопросов тем, кто близок к новой местной власти, потому что за ними не заржавеет... К счастью для него, Акселя, и весьма опрометчиво со стороны бармена, последний решает завязать потасовку, атакуя Пожирателей. Посему, зеленая вспышка смертельного заклинания пока не летит в А-вуда.
Джонатан поднимает его на ноги, достаточно резко, Эль хватается за спинку ближайшего стула, чтобы удержаться на ногах, благодарно кивнув, и тут же рванув свободной рукой палочку из кармана, выставляя её вперед.
Но что он может? Он привык работать с магией, которая не требует спешки и не под угрозой для собственной жизни. С тонкой магией зачарования, взламыванием защиты древних святилищ... Сейчас же. Знал какие-то общие мелочи, да щиты - общепринятый "Протего", который он выкидывает перед собой, да парочку индейских, один из которых - красноватую стену, не позволяющую пройти сквозь нее, он раскрывает, отсекая мадам Розмерту от Пожирателей. Щит не выдержит большого напора, его можно разбить хорошеньким взрывом, но, Аксель надеялся, что мужчинам хватит ума этого не делать - неудачное заклинание обрушит не только стену-щит, но и потолок на их головы. Изольт ему свидетель - он не хотел атаковать, но защищаться, раз уж на него напали, имел полное право. Сил, правда, не было так уж много, и удерживать свою защиту долго, он не смог бы при всём желании. Единственное, чего ему сейчас хотелось - убраться подальше, вернуться к жене и забыть о том, что такое вообще происходило. Или вовсе, проснуться дома, понимая, что это всё просто кошмар.

+4

13

- Уолт, больше так не делай, - с каких пор их волнует чужое мнение? Они теперь хозяева жизни и могут себе многое позволить! Даже если америкашка побежит жаловаться, то Визенгамот теперь будет на его стороне, а нужные свидетели тут же отыщутся. И в этот раз свидетели будут в его пользу! Рабастан повел плечом, но руку друга не сбросил. - Ты слишком привык к новой сытой жизни, - к такому быстро привыкаешь, но и Азкабан забыть не так просто. Слишком часто нарушая закон, уже не обращаешь внимания на такие мелочи, как вежливость. Было бы к кому ее еще проявлять! Гиббон умом тронулся, когда запел соловьем? Понятно, что хозяйка заведения понравилась, но у них тут дело. Сначала закончат его, а потом может тащить ее на дополнительный осмотр подвалов или подсобок или еще чего!
Мучения америкашки доставляют ему удовольствие: каждый должен знать свое место! И Рабастан совершенно уверен, что старший брат его поддержит, что невестка одобрит его действия. Если бы тут была их лихая чета, то паб бы давно утоп в чужой крови и криках боли! Но никто не ценит хорошего отношения, продолжая испытывать судьбу, как будто у каждого в кармане был философский камень!
- Кажется, до кого-то слишком туго доходит, - лучше бы не выступать здесь никому, убраться побыстрее и не мешать. Но все были иного мнения! Рабастан не мешает Уолтону играть в "хорошего Пожирателя": приятель даже шанс на мирное решение вопроса предоставляет! Какая неслыханная щедрость в наши дни! И эту щедрость никто не оценил, когда бармен вдруг решил, что в силах противостоять им, когда попытался что-то сделать, когда америкашка кое-как поднялся на ноги и тоже вытащил свою палочку.
- Что ты там говорил, Уолт, про дополнительные проблемы? - теперь Лестрейндж чувствует себя в своей стихии. Это ему намного привычнее, чем ненужные переговоры. Толку с них! Но щит выдерживает, хоть Рабастан пошатнулся, чувствуя, как он слетел. Гиббон наверняка тоже это ощутил, но какая теперь разница? Теперь у них тут настоящий бой!
- Авада Кедавра! - посетитель, который попытался было вытащить свою палочку и тоже оказать сопротивление, падает, сраженный зеленой вспышкой. - Молодые и глупые не долго живут, мадам! Какой у вас занимательный бармен. А бармен ли? - вопросов становится все больше и больше.
Неужели слухи были правдивы? Интересно как.
Рабастан взмахивает палочкой, насылая очередной проклятие. На этот раз это - летучемышиный сглаз, что с характерным писком летучие мыши разлетаются по пабу, выискивая своих жертв.
Протего!
Совсем без щитов оставаться не хочется, и Лестрейндж про них все же вспоминает. Хочется настоящего боя! Как давно он не участвовал в интересной дуэли? Слишком давно! Но противник отгораживается щитами, не спешит нападать, и от этого запал теряется: разве так можно? Пресно и скучно!
- Фумос! - с конца палочки срывается тонкая струйка дыма, которая мигом заволокла паб, мешая обзору. Рабастан хватает стул и со всей силы запускает его полет в сторону америкашки, уходя в сторону. Он прекрасно понимает, что противник загнан - у них нет пространства для маневров, кроме как отступить. Сейчас Лестрейндж меняет дислокацию, надеясь, что Уолтон делает тоже самое. - Редукто! - синий шар летит в противника. Да, такой удар выдержит не каждый щит: это же что-то среднее между "бомбардой" и "бомбардой максима". И этим заклинанием можно легко разорвать в клочья твердые предметы, взорвав их.
Интересно, насколько твердый у тебя щит?
Хищная усмешка мелькает на губах Рабастана, но в таком дыму это все равно незаметно. А Лестрейндж снова уходит в сторону, не  оставаясь подолгу на одном месте.
Круцио!
Заклинание послано наугад - зацепит или нет? Было бы отлично, если бы да, но он не особо расстроится: как только действие дымового заклинания чуть уменьшится, то он сразу кинет аваду - чтобы наверняка!
[NIC]Rabastan Lestrange[/NIC][STA]wtf, bro!?[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/24ces.png[/AVA][SGN]http://funkyimg.com/i/24cet.gif
графика от Имбирь[/SGN]

+3

14

Визит в Хогсмид все больше пнапоминал дешевое представление. Вот только Рабастан и Уолтон были не зрителями, а невольными участниками происходящего. Хорошее расположение духа Гиббона улетучивается быстро, решительно. Вот и делай потом добро людям, а еще потом удивляются, почему люди такими злыми бывают. Да вот почему! Ты к ним со всей душой, всем лицом, а они тебе попой поворачиваются, да еще смачно так плюют.
Гиббон собрался сказать Лестренджу, что не для этого они пришли в паб, как спектакль достигает своего апогея. Мелькают вспышки заклинаний, Уолтон шарахается от Розмерты, будто ее руки ударяют его электрическим током. Бармен не просто так казался ему опасным, и теперь понятно, почему. Уолтон делает шага назад, достает волшебную палочку и целится ею в Смита. адам Розмерта преграждает ему путь.
- Неужели он ваш любовник и потому вы так за него печетесь? - времени на разговоры не было. Американец тоже решил выступить, а значит, Рабастан уже был спровоцирован. Драки не избежать. Уолтон чувствует, как кровь бурлит по жилам. Медленно, но верно он начинает заводиться, ощущая азарт грядущей битвы. Будет жарко. Даже немного жаль паб, который обязательно пострадает. Сопутствующий ущерб. - Если бы я хотел убить тебя, мальчик, я бы сделал это в самом начале.
Зачем-то Уолтон оттягивает момент, когда сам вступит в битву. Гиббон мог бы поддержать мадам Розмерту, дать ей возможность все объяснить, но ее друзья не хотели допускать этой возможности. Что ж, придется делать так, как Пожиратели Смерти действуют всегда.  Лестрендж нагонят в паб дыму. Дым пробирается в глаза и ноздри, обволакивает глаза, мешает видеть и чувствовать. Уолтон злится на Рабастана за это заклинание, хоть и понимает, что оно было необходимо. Он движется по наитию, желая уйти в сторону от своего места, куда скорее всего пронесется шальное заклинание пущенное теми, кто посчитал себя в опасности. Гиббон спотыкается о тело посетителя паба, которого уложил в вечный сон Рабастан, с трудом удерживается на ногах. Он видит, как вспышка заклинания разрезает туман и рассыпается искрами о щит, который дал трещину.
- Депульсо! - еще одно заклинание в место, где щит прохудился. Щит идет трещинами, а потом осыпается к ногам американца. Уолтон все еще действует в слепую и второе заклинание устремляется не в ту сторону, где, как она помнил, стоял бармен, а на несколько шагов в сторону. - Эверте Статум!
Заклинание угодило в цель. Гиббон не видел в кого именно, но просто жаждал, чтобы это был бармен Он не успел ничего пообещать Розмерте, потому испытывал стойкое желание поймать Смита и наступить ему на горло, чтобы слышать его хрип и видеть, как жизнь покидает его тело. Заклинание ударяется в кого-то, и этого человека просто выбрасывает из помещения. Уолтон даже присвистнул от интересного действия заклинания
Атаковать вслепую было опасно. Уолтон опасался, что может попасть в Рабастана, потому Гиббон просто поставил щиты перед собой, на случай, если кто-то решит атаковать его. К слову, кто-то решил. Пара заклинаний просвистели совсем рядом.

[NIC]Walton Gibbon[/NIC][STA]Пожиратель Смерти[/STA][AVA]http://sd.uploads.ru/Rux5v.png[/AVA][SGN]Party like a Russian
http://s5.uploads.ru/lsOEy.gif
комплект от Goodwin
[/SGN]

+3

15

Да, возможно, он погорячился, возможно, он был не прав, но именно в тот момент Джон решил, что просто обязан защитить мадам Розмерту. Только вот не думал, что она может его за это осудить. Но сколько бы она ни просила, он не мог просто так её здесь оставить на растерзание этим чудовищам. Уж лучше он, чем она. Он уже потерял одну важную в его жизни женщину и не мог допустить, чтобы подобное случилось с другой. Поэтому мужчина лишь качнул отрицательно головой и с трудом сдержался от того, чтобы не приподнять в удивлении брови на её заявление о молодости и глупости, на её просьбу отпустить его, что даже пропустил язвительное замечание Уолтона в их адрес. Ну уж нет.
  Американец держался молодцом. Утвердившись на своих двоих, он раскинул возле себя щиты, что Джонатан мысленно одобрил. Но лучше б ты просто бежал отсюда. Показательного выступления Рабастана с Авадой было достаточно, чтобы убедить Андервуда делать ноги, казалось бы. Но нет! Парень, видимо, тоже оказался не робкого десятка. Лестрейндж вообще как-то сильно действовал на нервы, так и тянуло ему не то что гадостей наговорить, а морду начистить основательно. Загвоздка состояла только в том, что Пожиратель на честную дуэль размениваться не станет, ему бы непростительными покидаться — вот это в его компетенции.
  — Бармен, не сомневайтесь, — сухо ответил Смит Лестрейнджу. — Или навыки защиты и нападения в военное время запрещены?
  Ему необходимо было отвлечь внимание Рабастана на себя. Только вот получится ли? Конечно же, нет, провоцировать таких типов дело всегда неоднозначное, успех 50 на 50. В этот раз противник не ведётся и вместо этого выпускает струи дыма, которые в мгновение ока заполняют паб и устраняют видимость. Дым принимается есть глаза и неприятно щекотать дыхательные пути. В таких условиях атаковать сложно, поэтому в первую очередь Смит накидывает щиты и на себя, чтобы снизить возможность лишнего урона, только потом проводит палочкой перед собой.
  — Клиарио Аирос, — стараясь подавить кашель, тихо проговорил Джон очищающее воздух заклинание, но оно получилось слабым, и дым не хотел толком рассеиваться, а потому по-прежнему пришлось блуждать вслепую и сквозь всё же прорвавшийся кашель бросать американцу, находящемуся поблизости: — Андервуд, щит! Оглохни! Конфундо! Остолбеней!
  Набор заклинаний без перерыва моментальными вспышками отправляется в ту сторону, откуда прилетел луч, рассыпавший щит А-вуда, мимо, совсем рядом, пролетает красная стрела, очевидно, Круциатуса, отчего Смит облегчённо выдыхает и на краткий миг теряет бдительность, что играет с ним злую шутку. Следующий залп попадает ему прямиком в грудь, сбивая щит. Мощный толчок, казалось, вот-вот пробьёт грудную клетку, но вместо этого Джонатан руками зацепляет и с грохотом роняет по дороге несколько стульев и, с размаху впечатываясь в дверь всем телом, сносит её с петель, тут же теряя сознание от удара головой.

+1

16

Это что, гоблинская оргия? Иного в голову мадам Розмерты не приходило. То, что происходило в ее пабе, не укладывалось в голове. Вместо того, чтобы уйти, когда появилась возможность, Аксель Андервуд внезапно решил погеройствовать, примерно также, как и Джонатан Смит, за которого мадам решилась вступиться себе на беду. А дальше началось такое, что мадам в страшном сне привидеться не могло.
Пожиратели Смерти не торопились атаковать и разнести ее паб в щепки, но и не щадили тех, кто оказался на их пути. Аксель выставил щит, который должен был их защитить, но атакующие заклинания Пожирателей почти обрушили потолок на всех, кто находился в пабе. Мадам Розмерта вовремя вытащила волшебную палочку и удержала потолок на месте, залатав пробитые бреши. Смит не собирался отставать от Пожирателей Смерти, осыпая их заклинаниями.
- Не надо, Джонатан, - но помочь ему она уже ничем не мгла. Мадам Розмерта пыталась удержать потолок и не навредить другим, кто отказался вмешиваться в конфликт. Тем не менее, когда Пожиратели Смерти рискнули приблизиться сквозь едкий дым ближе к Джону и Акселю или туда, где они стояли, ведь из-за этого тумана, ведьма ничего не видела и потеряла ориентир в пространстве, ведьм дернула рукой, отправляя в сторону Гиббона одну из досок.
Туман постепенно оседал, когда заклинание угодило прямо в Смита, мадам вскрикнула, прижав обе руки ко рту, прервав тем самым узор, который плела. Часть потолка все-таки обвалилась им на головы.
- Аксель, уходите, умоляю, хотя бы вы, - ей удалось добраться до американца и сжать его ладонь. Если Смит его не послушал, то пусть хотя бы он послушает. Она бы хотела, чтобы Андервуд прихватил с собой Смита, но тот был слишком далеко. - Иди!
Он забывает о воспитанности, подпихивая Андервуда в бок, а сама поспешила к бармену. Может быть, ей еще удастся ему помочь. Но на полпути, она видит, как оба Пожирателя уже оказались на улице, как они поднимали безсознательное тело Джонатана с земли, а потом они исчезли.
- Постойте, мистер Гиббон, прошу вас, он не хотел причинить вам зла, - голос ведьмы дрожал. Она боялась заговаривать с Уолтоном, но за Джонатана она боялась сильнее. Ей страшно было представить, что они могли с ним сотворить. - Мы можем с вами переговорить?
Это был ее единственный шанс. Она не просто так столько времени сохраняла идеальную репутацию своего паба. Если бы только Уолтон согласился с ней поговорить, тогда она смогла бы опоить его. Отвары на травах были частью ее промысла. Трансфигурация травы - дело нешуточное! Но Розмерта была готова рискнуть, как Джонатан рискнул ради нее.
Что же ты наделал, глупый мальчик, - она смотрела на тело Смита, которого поддерживал Рабастан, не позволяя ему упасть на землю. А Гиббон подошел ближе, Селена смело взглянула ему в глаза. Он обещал вернуться и поговорить. Розмерта схватила его за руку, была готова броситься на колени, чтобы умолять его сохранить жизнь Джонатану, но тот не стал дожидаться подобной сцены. С громким хлопком трое мужчин исчезли, оставляя мадам Розмерту одну на улице возле паба.

+1