в игре март - апрель '98

Кабинет Филча – P. Sprout [18.08]
Подвал – P. Pettigrew[14.08]
Столовая – L. Malfoy [09.08]
Зал – B. Lestrange [15.08]
1099
964
1458
978
– Это мистер Ролло Костер, – представила его Лавгуд, помогая ему перебраться с одной руки на другую. – Мы ещё на стадии переговоров, но у него точно есть опыт во вскрытии замков. - L. LOVEGOOD
Вверх страницы
Вниз страницы

HOGWARTS. PHOENIX LAMENT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных сюжетных эпизодов » [12.04.1998] Закрой глаза или уйди


[12.04.1998] Закрой глаза или уйди

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

Закрой глаза или уйди
http://funkyimg.com/i/2Htwu.png

› Участники:  Флора Кэрроу, Наннерль Форс, Барти Сэлвин, Падма Патил, Северус Снейп
› Место: Коридор перед Выручай-комнатой.

› Время: вечер послу ужина
› Погода: Ваш ответ.

Что сделаете вы, если буквально на ваших глазах группа студентов, которых профессора Кэрроу приказали закрыть в подвале.

*политику поведения выбирает каждый сам. Вы видели студентов, которые шли по коридору, куда они делись позже никто не знает. Помним, что вход в комнату меняет свое положение. Вы знаете, что этих студентов Кэрроу приказали запереть в подвале.
** Вот-вот пойдет вторая группа.
***Директор хочет знать, что происходит. Сдать или не сдать студентов дело выбора каждого.

0

2

Флора была ошарашена новостями, что кто-то пытался убить ее тётю и дядю. Не то, чтобы она любила их нежной и преданной любовью, но это так или иначе была ее семья. Больше, чем семью, она не защищала никого, что бы они не делали и чем бы не занимались. Ей всегда казалось, что близнецы Кэрроу сами убьют кого угодно прежде, чем доберутся до них. Своими репрессиями они лишь показывали свой страх перед учениками, приказывая запирать их в подземелья, но кто такая была Фло, чтобы диктовать им, как поступать. Следовало сказать спасибо, что их с сестрой эта участь не коснулась, и они могли спокойно гулять по коридорам, наблюдая за тем, как Филч запирает все больше и больше студентов.
Мел не была глупой, поэтому странное поведение некоторых ребят могла чуять за версту. Тем более, кажется, тайну доверили тем, кто совершенно не умел ее скрывать за своим поведением. Творилось что-то неладное, и пришло время поиграть в детектива и выяснить, что происходит. Проследив за очередной группой студентов, она с удивлением обнаружила, что они исчезли из ее поля зрения, хотя она не сводила с них глаз. Вряд ли они исчезли в подземелье, Филча-то с ними не было. Так что в девушке крепла уверенность, что все дела, проворачиваемые этими ребятами, очень даже не вписываются в школьные правила, установленные директором и в том числе ее родственниками. Возможно, эта группа как-то причастна к покушению на убийство...Вообще, это не ее дело и стоит быть поаккуратнее, не особо высовываясь. А то покушение на ее убийство точно закончится успехом.
Внезапно она услышала звуки шагов в коридоре и тихий шепот, за которым было ничего не разобрать. Она замерла у стены, не особо привлекая к себе внимание и стараясь запомнить идущих, хотя запоминать было особо некого, все они всегда были на виду и она знала их в лицо. Помешать им в одиночку Флор не могла, поэтому ей просто оставалось стоять и ждать. Возможно, проследить за ними чуть дальше, пока они снова не скроются из виду.

+5

3

Так бывает. Бывает, что боли вокруг становится слишком много, и тогда она выплескивается отчаянно, выливается через дерзкие выходки, преодолевая ненависть, злость и бессилие. С точки зрения Нэн, что-то подобное давно уже должно было случиться. С замиранием сердца девушка ждала дня, когда кто-то первым нарушит шаткий нейтралитет, и вот он настал. Неизбежный, неотвратимый, имеющий свои определенные последствия. Форс помнит, как говорила Невиллу, что им нельзя начинать войну, что это аукнется кровью, болью и смертью невинных, и друг ее слушал. Но слушал ли каждый? Слышал ли истину в нежных словах или же обвинял в страхе и слабости? Наверно последнее… Глядя на возмужавших мальчишек и повзрослевших девчонок, волшебница думает, что поступать разумно дано не всем. Боли и ужаса слишком много. Они давно уже пересекли черту, за которой человек просто перестает быть чувствительным. Кэрроу сломали многих, но те, кто выжил, стали сильнее, отважнее и беспощаднее. И кто –то из них принес яд. Нэн не знает, кто это мог бы быть, и предпочитает не строить догадок, все также скользя по коридорам, все также улыбаясь студентам, и все-также читая сказки для малышей и рассказывая красивые истории о мире и жизни без ужасов затяжной войны. И кто-то все еще слушает, но все чаще дети просто уходят, унося с собой осколки надежды и веры. «Тепло не нужно тем, кто уже взял в руки оружие, и это, если подумать, страшно…» Невесомая легконогая фея вглядывается в лица и не узнает их. Запечатанные скорбью, укрытые маской решимости и готовности ко всему, они становятся чужими, и лишь в глазах еще угадывается что-то прежнее. Что-то живое и чистое.
Форс думает, что запущенный механизм уже не остановить. Профессора Кэрроу своими репрессиями лишь подтверждают слабость и обнажают страхи. Они боятся тех, кого сами же унижали и учили быть сильными. Они понимают, что сотворили, но уже ничего изменить не могут. Никто не может. Волшебница грустно вздыхает, зная куда ведет этот путь, и теребит толстую алую нить, оплетающую запястье. Завязанная на счастье, теперь она является символом хрупкой надежды, единственным звеном, связывающим юную ведьму с Ричардом. Пока не развязан последний узел, Голдштейн будет жить, а она продолжит упрямо вести его к свету, свято веря в то, что он ее слышит. «Ты найдешь путь, и ты вернешься ко мне». Пустая вера, неподкрепленная ничем. Колдомедики не дают прогнозов, близкие шепчут, что стоит забыть… Может, и правда стоит, но Нэн не сдастся и так и будет упрямо цепляться за хрупкую нить надежды.
Девушка останавливается и оборачивается. Она не помнит, как и почему оказалась именно в этом коридоре, но не придает тому никакого значения. С ней и раньше такое бывало, а сейчас все чувства обострены и натянуты, точно струны. Ноги сами ведут Форс туда, где она нужна, остается только понять, зачем. Волшебница щурится и подносит ладонь ко лбу. Ей кажется, что она видит ребят, исчезающих прямо из коридора, но от этого зрелища Нэн отворачивается, осознавая, что подобные тайны ей не пристало знать. Она здесь не ради загадок и пары минут прощаний. Она здесь за чем-то другим. Внимательный взгляд скользит по пространству вокруг, тяжелые юбки слабо шуршат, а каблуки тихонько стучат по камню: цок-цок, цок-цок.
- Привет, Флора, - Форс почти проходит мимо притаившейся слизеринки, но вдруг резко останавливается и смотрит в упор, приветливо улыбаясь одной из близняшек Кэрроу, - не думала, что ты тоже любишь играть с привидениями в прятки. Если хочешь, можешь пойти со мной, я как раз собираюсь навестить сэра Патрика. Иногда он бывает очень мил, ты это знала?
Волшебница говорит в голос, не стесняясь того, что слова эхом отлетают от стен и разносятся по коридору. Ей не страшно выглядеть странной, но, вот другим ее речь может оказаться полезной. Если они услышат, они выберут иной путь и смогут уйти. А она… Она все равно не собирается прятаться. Кто-то ведь должен поддерживать тех, кто заперт в подвалах… Кто-то же должен за них просить…

Отредактировано Nannerl Force (2018-07-03 19:08:47)

+3

4

Новости обычно разлетались по замку, как горячие пирожки из корзинки умелой хозяйки на базаре. То есть, с такой же скоростью, и так же охотно выхватываемые друг другом, передаваемые из уст в уста. В общем и целом, это можно было охарактеризовать, если мягко выражением «в одном конце Хогвартса чихнул – в другом сказали «будь здоров!». Если не очень мягко, то вы сами знаете, как там было. Ничего удивительного, что о попытке отравить старших Кэрроу быстро прознал весь замок, то есть и те, кого это хоть как-то касалось, и все остальные, без разбору. Так или иначе, в итоге это начало касаться всех. А зная любовь подростков приукрасить события, обрастало по пути такими подробностями и небылицами, что в итоге вычленить что из этого было правдой, а что нет оказалось почти невозможным. Бартоломью принял сам факт отравления за отправную точку, а на остальное решил не обращать внимания, пока его напрямую никто не спросит. Его спрашивать прямо сразу не спешили, потому что он, пожалуй, никаких подозрений ни у кого не вызывал, и, не удивительно, что в подвал его тоже запирать никто не собирался. Барти рассказал бы всё, что знает. Хоть добровольно, хоть под какими-то сыворотками или еще чем-то. И не потому, что он был ябедой или крысой, а потому, что в принципе ничего не знал на тему этого покушения, ни о том, чьих рук это могло бы быть дело, ни о каких-либо вообще еще подробностях.
Но, как выяснилось, его показания никому и не нужны были. У Кэрроу были варианты на тему того, кто в этом всём виноват, и без участия тех студентов, чья лояльность не была под вопросом. И он уже знал, что часть отправили в подвалы. Сам Барти всего лишь собирался пойти в свою спальню и ничего не делать там, но остановился, проводив компанию, попавшуюся навстречу, подозрительным взглядом, будто бы раздумывая, следует ли ему за ними проследить или нужно просто забить, выбрал второе, и побрел себе дальше, где за углом тут же наткнулся на двух однокурсниц.
- Привет, девочки! – Сэлвин поравнялся с ними, показывая им раскрытую ладонь, и тут же пряча руку обратно в карман брюк. – А вы что тут делаете? Вас, вроде, последними событиями не задело... К слову о них,  - он вдруг сообразил, что его смутило во встреченной группе – пару из этих человек точно хотели видеть в подвалах. Высокий этаж замка и подвалы как-то не стыковались у него в голове теперь, и сейчас он даже ругал себя за мысль о том, что не решил проследовать за студентами, чтобы выяснить что-то интересное для себя.
- Я только что видел целую кучку тех бедолаг, что вызвали Кэрроу… Есть мысли о том, что происходит? Может быть, стоит сказать кому-то из профессоров? – он пожал плечами, прекрасно понимая, что Флора, наверняка, на его стороне в этом вопросе, а вот насчет Нэн он уверен не был. Та была прекрасным ловцом, нежно любимым и оберегаемым всей командой, но насчет её взглядов на современную расстановку сил Барту было ничего неизвестно. Как-то не приходилось спрашивать, да и не за чем было. Он мог лишь догадываться, что её характер вряд ли совместим с идеалами последователей Тёмного Лорда, но не знал, насколько она готова идти против системы или же предпочтет плыть по течению. Вероятно, сейчас Сэлвин и мог это выяснить. Хотя, признаться честно, ему не было так уж и интересно. Он бы вообще предпочел проследовать дальше по своим делам, но если потом узнают, что он видел кого-то и ничего не сказал, а нужно было – будет хуже. А «хуже» Барти было не нужно. Последние пару месяцев после известных всем событий он вообще предпочитал не вылезать нигде и делать так, как ему скажут, чтобы не привлекать лишнего внимания к собственной персоне.

+3

5

Уходить из гостиной украдкой теперь уже было бы подозрительно. Потому Патил и не скрывалась. Наоборот, подошла ко второму старосте факультета и дернула его за локоть.
- Энтони, я иду к Деллакэйпплу. Прямо сейчас! - Падма хмурилась и даже не пыталась скрыть возмущения. - Одних учеников куда-то уводят, другие задают вопросы и вот-вот начнут впадать в панику... Это уже несмешно. Профессора должны огласить хоть какую-то официальную версию происходящего! Во всяком случае нам, старостам, они могли бы сообщить что-нибудь...
Падма недовольно поджала губы, будто и правда сердясь на свое бессилие. На всякий случай она спросила у Голдштейна, - ты как, со мной?
Тони, слава Мерлину, отказался, сославшись на необходимость следить за порядком. Патил как будто бы неохотно приняла его волеизьявление к сведению и удалилась.
Только вот к декану факультета девушка не пошла. Это все было отмазкой, придуманной исключительно для того, чтобы ее желание удрать из башни Рейвенкло не выглядело подозрительно. Стукачи из испекционной дружины наверняка обращали внимание на тех, кто стал дерганным и суетливым в свете недавних событий. Вот Пад и старалась держаться обыденной модели поведения. Насколько это вообще было возможно в нынешней ситуации...
Подумать только, покушение на Кэрроу! Такое ожидаемое и, одновременно, немыслимое событие. Падма всегда знала, что у детей не железная выдержка. Было очевидно, что однажды кто-нибудь сорвется, не сумеет стерпеть издевательства. Жаль только, что этот "кто-то" не спланировал своё покушение как следует. Вот Патил на месте отравителя учла бы все мыслимые и немыслимые обстоятельства, продумала бы убийство от и до... И, вероятнее всего, Пад бы на стадии планирования и отбросила эту безумную идею. Она умела думать, а действовать предпочитала с величайшей осторожностью...
Самым коротким из маршрутов, Падма направилась в сторону Выручай-Комнаты. Она нервничала. И, впервые в жизни, жалела, что не учится на Хаффлпаффе или Гриффиндоре. Там было больше ребят из ОД, они с большей легкостью передавали друг другу сообщения. А Патил вот знала лишь писанный вилами по воде план. Который даже в эту минуту мог идти не так, как всем членам Отряда хотелось бы...
Будто бы в подтверждение этих мыслей, впереди послышался голос. Нэн явно не скрывалась, даже, скорее, наоборот... А кто ей отвечает? Мальчишечий, тоже знакомый голос...
Патил на какую-то долю секунды ощутила страх. Так вот каков он, её личный, переломный момент. Не очень-то впечатляющий - всего лишь нужно расчистить для Отряда коридор. Но, если вдруг по-хорошему отогнать лишних людей не получится, то придется поднять на них палочку. Иными словами, напасть. Вступить в войну, уже без права капитуляции и заверений в своей нейтральности...
- Хэй, - Падма быстрым шагом двинулась из закутка, в тени которого её не было видно. Девушка махнула рукой троице волшебников, оглянулась назад, словно за ней кто-то мог идти следом. Только после этого она подчеркнуто тихим голосом стала лгать. - Чем бы вы тут ни занимались, лучше делайте это в другом месте! Филч идет сюда и, кажется, он решил под шумок наказать вообще всех, кого успеет схватить за шиворот... До Лизы Турпин докопался просто потому, что ее взгляд ему не понравился.
На самом деле, однокурсница Патил сидела в гостиной и ни с каким Филчем не сталкивалась. Но детали делали вранье более убедительным.
А Падма очень надеялась, что ей удастся по-быстрому обмануть и прогнать из коридора Барти, Флору и Нэн. Потому, что когда она предлагала ОД применять к недругам Империо, речь шла об откровенных засранцах. Не о шестикурсниках, двое из которых еще и считались подопечными Падмы...

+3

6

Шорох шагов, шелест мантии, темная ткань мягко обвивает лодыжки. В голове стремительно проносятся мысли. От них не скрыться в полумраке знакомых изгибов коридора. Они терзают с остервенением голодных кошек. Они преследуют и возвращаются снова и снова. Как тяжело видеть и понимать, еще тяжелее притворяться, что все, что происходит вокруг необходимая норма. Идти вразрез с собственным мнением и снова и снова приносить в жертву свои принципы. Никто не обещал ему, что будет просто. Он сам знал, поставив на кон всю свою жизнь, что возносить на алтарь победы придется не сладкие бобы, а собственную плоть. Если бы только собственную. С этим кое как еще можно было бы смириться. На самом же дели новые «божества» этого страшного военного мира, требовали подношений иного рода. Агнцами выступали те, кто имел право на детство, любовь, дружбу, ненасильственное становление собственного мнения. Медленное, основанное на наблюдении и самоанализе. Бедное поколение детей второй войны. Они вырваны из сладкого мира самоутверждения насильственно и кинуты в разборки амбициозных магов старшего поколения. По сути плевать всем этим воинам великого противостояния аристократии с простыми смертными на эти случайные жертвы. Они не привыкли видеть дальше собственного носа. Они с готовностью платят чужими жизнями, а вот когда дело касается их самих … Они впадают в паранноидальный бред, визжат и требуют расплаты. Насилие порождает насилие.    Это неприятное наблюдение. Тем не менее оно имеет место быть. Два не слабых по своей сути боевых мага, прошедших Азкабан, кинуты в среду подростков. Они ломают тех, кто еще считает себя причастным ко всему происходящему в мире. Они строят политику насилия там, где еще остро воспринимается даже критика. Они давят несправедливостью там, где очень обострено чувство справедливости. Иными словами, словами классика, посеяв ветер, они очень верещат, пожиная бурю. То ли тюрьма слишком сильно воздействовала на их психику и лишила их логики, или же сами брат и сестра Кэрроу еще не успели повзрослеть, чтобы это понять.
Северус был в курсе покушения на ненавистных большей части школы профессоров. Яд. Отравление. Попытка. Неудачная. Вопросом для  брата и сестры была личность покушавшегося. Снейп даже не пытался угадать виновного. Учитывая популярность обоих, это мог быть кто угодно. Это мог быть даже слизеринец. Это даже мог быть он сам, учитывая специфику работы пожирателей на вверенной ему территории и способ мести. Первое имя, пришедшее на ум директору после обнародования факта покушения, было имя молодого шамана. Но нет, он сразу отмел эту мысль, это слишком грубо и вульгарно для столь тонкого в плане мести существа, как Лааксонен.
Поэтому он не стал даже спрашивать юношу. Тем не менее, было понятно, что так просто это не оставят. Кэрроу были кровожадны и вздорны. Их месть могла обернуться крахом всего, что было так важно для школы. А их патологическое желание не ставить в известность о своих планах его, как директора, только усиливали опасения.
Чего не любил Северус, так это чувствовать себя непричастным к таким важным вопросам. Мимолетные наблюдения. Вырванные случайно мысли и фразы, давали нити, но это были только догадки. Нужны были факты,  а они пока ускользали.
Еще один поворот. Звуки разговора. Голоса ему знакомы. Но их сочетание вызывали недоумение. Тихий, почти неслышный шаг и маг медленно вырастает из-за спин ребят.
- Добрый вечер всем. – Окидывая взглядом все происходящее, профессор растянул губы в неприятной ухмылке.
- разрешите мне поинтересоваться, почему столько студентов одного факультета собрались так далеко от своей гостиной после ужина? И что здесь делаете вы, мисс Кэрроу? Все в порядке? Может быть я могу вам чем-то помочь?
Голос, говоривший в принципе учтивые фразы был приторно сладким. На уровне отравления.
- Интересное у вас здесь собрание. И я хотел бы быть в курсе повестки дня. – твердо сказал он, останавливая взгляд на каждом в отдельности. Странная компания. Странное время и подсознание подсказывало, что это как-то связано с профессорами Кэрроу. Или у него самого начинается паранойя?
- Мисс Патил? Как староста вы можете объяснить, что здесь происходит?

+3

7

Флора не рассчитывала сегодня раскрыть целое дело по покушению на убийство своих дяди и тёти, но раскрыть какое-то другое дело она была вполне способна. Эти ученики идут куда-то не просто так. Да, она не может проследить за ними до конца, но не все потеряно. Возможно, она сможет послужить верой и правдой своей семье. По крайней мере, Гестия бы гордилась тем, что хоть раз ее сестра приняла самостоятельное решение проследить и доложить все близнецам Кэрроу. Правда, пока она не совсем понимала, что нужно докладывать, и как поймать кого-то из тех странных людей, которые шли непонятно куда и непонятно зачем. Лучшим решением сейчас казалось не привлекать к себе внимания. Это она делать умела. Она всегда была тихоней, и сейчас тоже могла слиться со стенкой, но на фоне последних событий это было сделать проблематично. Все равно она была представительницей семьи Кэрроу, хоть никогда не заявляла о своей приверженности Тёмному Лорду, но ее все и так считали таковой, и даже если бы все было не так просто, кто бы ей поверил? Она ведь была Кэрроу. Так что ей оставалось только оправдывать ожидания окружающих и быть такой, какой ее, в общем-то, всегда и считали. Только на этот раз пришло время выйти из тени сестры.
От мыслей ее отвлекла внезапно появившаяся прямо перед ней Форс. Она даже не услышала, как та подкралась к ней, как будто трансгрессировала откуда-то прямо под нос. Нэн всегда была странноватой, не от мира сего, может и в этот раз выбралась побродить по коридорам просто так? Вряд ли. Учитывая все, что происходит, можно было предположить, что она тоже как-то связана с этими студентами или, может быть, даже руководит ими. Кто знает этих странных людей… Они иногда выделывают такое, чего от них совершенно не ждешь.
- Привет, Нэн, - сухо поздоровалась Мел. Она никогда не любила пустых любезностей с теми, кто не мог быть ей полезен, - Я не интересуюсь приведениями и, пожалуй, постою здесь. Но тебя наверняка заждался Патрик, так что ты можешь идти одна, - она окинула ее взглядом, ожидая, что та пойдет туда, куда якобы собиралась. Чего она к ней прицепилась? Пусть идет к своим приведениям и болтает с ними, коль живые с ней уже не общаются.
- Барти? – удивленно вскинула брови Флора. Вот его она не ожидала здесь увидеть, хотя следующее предложение поставило все на свои места. Они здесь с одной целью. – Я упустила их из виду, как будто их и вовсе здесь не было, - она пожала плечами, - Я думаю, стоит как минимум оповестить профессоров о том, что студенты так свободно разгуливают по коридорам, да еще и в таких группах.
Больше четырех собираться было запрещено, так что это уже нарушение. Она знала парочку тех студентов, что видела в группах. Наверняка на них можно надавить, если выяснить, куда они направлялись. Но Нэн все еще стояла с ними и не торопилась никуда уходить, что наталкивало ее на мысль, что вовсе не к сэру Патрику она собиралась.
Вдруг к их скромной компании присоединилась еще и Падма Патил, которая, похоже, была решительно настроена уберечь всех от гнева Филча.
- Взгляд может быть разный, Падма. Возможно, он почувствовал от нее угрозу, - Лиза ей никогда не нравилась. Схватил и ладно, пусть тоже посидит в подземелье и потренируется взгляды нормальные кидать. – Спасибо за информацию, мы ей воспользуемся. Или нет.
Где-то был подвох, но Кэрроу не успела проанализировать все это, потому что так же внезапно, как появилась Нэн, появился и профессор Снейп.
- Директор, - поприветствовала она его. Она собиралась было выложить все, что уже успела увидеть, но он обратился к Падме, поэтому ей пришлось ненадолго замолчать. Но как только представилась возможность, она все же заговорила.
- Тут явно что-то не так, директор. Ученики ходят большими группами по коридорам и внезапно исчезают. Проследить за ними невозможно.
Может, эта информация окажется для него полезной. И более актуальной чем то, что успела выдумать Патил.

Отредактировано Flora Carrow (2018-07-11 12:02:01)

+4

8

Быть странной полезно, но еще полезнее, когда твоя репутация обгоняет тебя саму. Вот и Флора не удивляется и не задет вопросов. Вовсе не странно, что волшебная фея предпочитает мертвых живым. Наверно никто не пришел бы в ужас, скажи она, что идет к оголтелым бестиям. Покрутили бы у виска и отпустили бы с миром, а то и вовсе поморщились бы брезгливо. Это хорошо и очень удобно. Можно и дальше прикидываться оторванной от земли, наблюдать, подсказывать и поддерживать. Она ведь не просто так учится в Рейвенкло. Была бы прямее, попала бы в гриффиндор. Девушка улыбается и пожимает плечами.
- Очень жаль… Уверена, вы нашли бы общий язык, - замечает она, выуживая из сумки лакричную конфету и беззаботно отправляя ее в рот, - знаешь, он совсем неплохой. Просто когда-то умер…
Вот и все, что она может сделать для тех, кто пошел той же дорогой, что и идущие до них. Они услышат голоса и свернут или, быть может, выручай-комната откроется совсем в другом месте или… Ребята передумают и вернутся, но это в любом случае гораздо лучше, чем застенки и казематы Кэрроу. Форс там никогда не была, но знает, что ей они придутся не по душе. Там темно, страшно. Там стены плачут и тонут в сонме детских голосов. Заткнуть бы уши и ничего не слышать, но это для волшебницы слишком сложно.
Она поднимает взгляд и ловит внимательный взор подоспевшего Сэлвина. Барти свой, Барти капитан, вот только позиция у него другая. Нэн морщит лоб, пытаясь вспомнить, влезал ли сокурсник в дела Инспекции Кэрроу, но на память ничего подходящего не приходит, и девушка расслабленно выдыхает, вновь засовывая руку в сумку и извлекая на свет несколько лакричных конфет.
- Привет, Барти, - легко и беспечно произносит она, - давно не виделись. Тоже надоела гостиная? Охотно верю… Там сейчас слишком скучно и как-то однообразно. Хочешь конфету?
Форс раскрывает ладонь и протягивает ее сначала сокурснику, а после и Флоре. В ее руках отравы нет, но другие об этом не знают. Слухи разносят фамилии и имена, и иногда волшебница слышит, как кто-то называет ее. «Вот и посмотрим, насколько верят тому, что шепчут каменные стены». Волшебница откровенно и приветливо улыбается. Она не варила яд, не добавляла его в бутылку, и ей совершенно не страшно, что кто-то может счесть ее виноватой. Пожалуй, это даже не плохо. Так она сможет вывести первокурсников из подвала. «Чтобы выбраться из змеиной норы, нужно сначала в нее попасть», - думает Нэн, легко прикусывая губу, - «У Рика бы получилось. Он так похож на мангуста из сказки. Рики-тики-тави…» Девушка теребит нить на запястье и отводит глаза. Самое время уйти, но… По коридору вновь разносятся чьи-то шаги, и перед тремя шестикурсниками вдруг появляется Падма.
Падма – это плохо. Падма из Отряда. Если она здесь, значит, кто-то идет по следу. Форс едва заметно хмурится и глубоко вдыхает, наполняя легкие воздухом. Так и правда легче думается, а еще… Теперь ей точно пора уходить и можно забрать с собой Сэлвина. А уж с одной Флорой Патил как-нибудь справится. Если конечно сторонники Кэрроу не придумали что-то вроде волшебных монеток, коей в свое время довольно хвалился Голдштейн. Глупый мальчик, что так и не смог устоять в стороне. Волшебница грустно вздыхает и вновь тянет руку, но уже старосте факультета.
- Возьми пару конфет, если хочешь, - отстраненно добавляет Нэн и внимательно смотрит на Барти. Что-то он там говорил про странности. Что же… Больше не меньше, - Бартоломью… Я, конечно, шла к сэру Патрику, но, думаю, он не расстроится, если я задержусь немного. Смотри… Я кое-что изобразила и буду рада, если ты поможешь мне с «оживлением».
Девушка было тянется за блокнотом, но тут на сцене появляется новый участник, от одного взгляда на которого в глубине души юной ведьмы вспыхивает острая злость. Ее гнев тих, он копится в сердце, но когда вырывается, становится подобен извержению вулкана и солнечной вспышке. В нем так просто сгореть, если не успеть увернуться. Форс и сама не замечает, как выходит вперед, произвольно закрывая собой Падму и отчего-то Сэлвина. Ей бы так стоять перед малышами, которых схватили и уволокли на пытки, но тогда ее рядом не было, а сейчас она есть, и не позволит мучителям и душегубам забрать никого из ее друзей.
- Здравствуйте, господин директор, - голос звучит уверенно и твердо. К ней, конечно, не обращались, но молчать Нэн не станет. Только не сейчас, когда тот, кто обычно ускользает, точно тень в яркий солнечный полдень, стоит перед ней с безучастным лицом, - «Здравствуйте, мистер Не-при-чем».
Губы сжимаются в тонкую линию, а пальцы как-то сами собой ползут в кулаки. Маленький хищник, готовый к броску. Чернобурка, как верно заметил Синдри. Мангуст, не страшащийся змеиного яда и острых зубов. Только не сейчас, когда за спиной стоят те, кто больше других нуждается в заботе и помощи.
- Вы несказанно вовремя, профессор, - тихо молвит Форс, внимательно следя за противником, но еще не врагом, - Должно быть, у Вас чутье… Странно, что с таким талантом, Вы пришли сюда, а не туда, где больше всего нужны. Впрочем, в этом действительно что-то есть… Если бы мы не встретились сегодня, я бы взялась ночевать под дверью Вашего кабинета…
Девушка замолкает и больше не произносит ни слова, но глаза ее все также неотрывно следят за мистером Снейпом. Пока другие придумывают причины, она откровенно меняет тему, намереваясь задать вопросы, что крутятся в голове которую ночь подряд и лишь крепнут от плача, стонов и криков.

+3

9

- Да нет, я как раз туда шел... В гостиную. Просто хорошая прогулка никому не повредит. А на улице дождь был, - он пожал плечами. - Филч? Ну, Филч это еще не ужас во плоти, хотя некоторые так наверняка и думают. Меня лично он ни разу не ругал, кроме того одного, когда я с тренировки пришел в замок мокрый после дождя, и случайно сделал лужу в холле перед Большим залом... Да и кто бы его выпустил на улицу-то. Нынче за счастье считалась возможность без сопровождения по замку пройти, что уж говорить про какие-то там походы на улицу. И с квиддичем не задалось от слова "совсем" еще до каникул, посему приходилось максимальное количество времени сидеть в четырех стенах, что несколько угнетало. Хорошо хоть к Барти ни у кого никаких вопросов не было, и его в принципе не трогали особенно, уважая и недавние (ну как, два месяца прошло, но что такое два месяца для того, кто остался в полнейшем одиночестве?) происшествия в его семье, и в принципе понимая его лояльность или хотя бы то, что он не попрет против. Ему не было особо не за чем. - Слышали, как японцы говорят? Десять тысяч шагов в день надо делать для здоровья тела и духа... Что-то такое.
До японцев ему не было особо никакого дела, разумеется. Но чтобы не уходить дальше, а попытаться понять, что же всё-таки здесь происходит и не требуется ли его участие или участие кого-то из педагогов, кто поставит всё на свои места, нужно было как-то языками зацепиться. К счастью, Нэн сама того не замечая, или же преследуя какие-то свои цели, весьма удачно поспособствовала тому, чтобы он не спешил дальше.
- Да, конечно, я посмо... - он осёкся, непроизвольно распрямляясь, когда как-то абсолютно неслышно к ним подкрался профессор Снейп. Барти к нему питал должное уважение, потому что только идиот этого не делал. Да и вообще, зная, сколько он ошивался поблизости от слизеринцев, иногда можно было подумать, что именно с того факультета Сэлвин и есть, а не случилась эта непонятная ошибка, из-за которой он вместо подземелий лезет каждый раз в орлиную башню. - Здравствуйте, директор.
Барт покосился на Падму, думая о том, что именно она ответит. Видела ли она исчезнувших в неизвестном направлении студентов? Скажет ли об этом? Кто её знает. Авторитет Патил как старосты вопросов, обычно, не вызывал, но, помнится, на Святочный бал она и её сестра ходили с Поттером и Уизли. Это, правда, когда еще было, конечно, ну ужас как давно, но кто знает, в каких они отношениях остались после этого?
Он мог бы встрять сам, но его не спрашивали. Зачем встревать? В конце концов, если слова Падмы покажутся неправдоподобными, а профессор Снейп, кажется, лгунишек насквозь видел, директор же ведь спросит еще кого-то?
- Нэн, не нужно... Я думаю, это никому особо не нравится, но нам ведь лучше не мешать, - только тихо добавил он. Очевидно, однокурсница позволяла себе больше, чем было нужно. А это хорошим не заканчивалось ни в какие годы, а уж в этот - особенно. На Флору, чья лоляьность вопросов не вызывала, Барт покосился, пожимая плечами, будто спрашивая "что делать?". Выход, правда, оставался один - дождаться того, что скажет Падма. Лезть раньше времени не было никакого смысла.

+3

10

Она не страдала от излишней эмоциональности, умела прятать свое волнение. Даже сейчас Падма держалась неплохо, демонстрируя голос и повадки типичной, слегка занудной старосты... Вот только в темных глазах Патил явственно промелькнул огонек раздражения. Она торопилась, у неё было дело. А тут вдруг Барти Селвин стал рассуждать о дожде и лужах. Да и девчонки не поспешили убежать с пути Падмы куда-нибудь.
— Ребята, просто идите в гостиные и болтайте там. Сейчас не лучшее время для того, чтобы мозолить персоналу школы глаза! — Патил не повышала голос, но в её интонациях явственно слышались повелительные нотки. В конце концов, она ещё ни разу не попадалась на нелояльном отношении к действующему режиму. И, даже более того, была старостой факультета — а значит, всё ещё имела право командовать.
Однако никто не успел ни подчиниться, ни воспротивиться. На какую-то долю секунды Патил внутренне сжалась, услышав голос директора. Благо, претворяться она уже приноровилась за этот год. Хоть какая-то польза от тирании Кэрроу...
— Сэр, никакого собрания нет. Как я понимаю, ребята просто болтали. — Падма уставилась на выскочившую вперед неё Нэн как на птенца, дернувшегося из-под крыла птицы-матери. Патил ещё не смирилась с тем, что не смогла уберечь Луну Лавгуд и Роуз Кэмбелл, а тут ещё и Форс вздумала призывать грозовые тучи на свою голову. — Сэр, Бартоломью и Наннерль уже идут в гостиную, как я им и велела минутой ранее. Немедленно.
Последнее уже было адресовано непосредственно ребятам. И Патил от всей души понадеялась, что теперь-то приказной тон Барти с Нэн расслышат. Ибо это всё уже слишком. Директор, племянница профессоров Кэрроу, двое рейвенкловцев... Может выхватить волшебную палочку и ударить Бомбардой в потолок? Тогда уж точно вторая группа беглецов услышит, что нельзя пройти через этот коридор. Правда, при таком раскладе к Выручай-Комнате сегодня уже никто не пройдет. А завтра может быть поздно...
— Флора, ты ни о чем подобном не заикалась, когда я к вам подошла. — Падма постаралась, чтобы её голос звучал устало. И виновато покосилась на Снейпа. Мол, извините, я понимаю, что должна запрещать детям нести при вас всякую околесицу...
— Директор, простите за это всё. Ребята сейчас разойдутся, — Патил обошла Форс и оказалась к бывшему профессору зельеварения настолько близко, насколько позволяли приличия. Иронично, но раньше она не боялась Снейпа. Эх, было же хорошее время, когда Падму пугали только те преподаватели, к предметам которых она не имела способностей...
— Сэр, я не хотела озвучивать при других студентах, но.... — Патил опустила и тут же снова вскинула взгляд. Её испуг ведь закономерен, это не должно казаться подозрительным? Она заговорила так тихо, словно старалась утаить от остальных студентов свои слова. — Я шла к профессору Деллакэйпплу, хотела спросить, действительно ли имело место покушение на профессоров... Не из праздного интереса, сэр, ни в коем случае. Ученики задают вопросы и старосты обязаны доносить до них позицию преподавательского состава. Наш авторитет ничем не подкрепляется и мы не можем эффективно выполнять те задачи, которые перед нами ставятся. Простите, сэр, но я даже не могу сообщить профессорам Кэрроу о том, что, возможно, знаю, кто и как достал яд... Обвинения — не пустой звук и их нельзя озвучивать, не зная, было ли совершено преступление... Простите, если я позволяю себе бестактность, сэр. Но, если это возможно, пожалуйста, уделите мне хотя бы десять минут. Без участия других студентов.
«Иными словами, позвольте мне увести вас в директорский кабинет или хотя бы к Деллакэйпплу. Только забудьте о том, что вам пыталась рассказать Флора, пожалуйста». — Патил не знала точно, кто из преподавателей обладает навыками легиллименции. Однако, на всякий случай, она припомнила уроки декана орлиного факультета. И думать стала на чистом хинди. Попутно, пытаясь не вспоминать о каких-либо связанных с Отрядом Дамблдора событиях.

Отредактировано Padma Patil (2018-07-07 11:34:33)

+3

11

Иногда интересно наблюдать реакции студентов на внезапное появление старших. Не все способны сразу совладать со своими эмоциями и правильно выстроить тактику общения. Скорость реакции всегда зависит от степени вовлеченности в что-то противозаконное. Каким образом? Шкодники отвечают быстро, эмоционально и путано, по пути сочиняя правдоподобную, как им кажется, версию. В случае этой компании было частично иначе. Форс как всегда выступила в своем духе, сказав много и в то же время почти ничего не дав понять. Изменить ситуацию было не возможно, потому профессор уже и не пытался.
- Мисс Форс, мне очень лестно ваше мнение о моих способностях. И если вы уже начали говорить, то быть может выскажетесь яснее. Где именно по вашему мнению мне следовало бы находиться? И почему мое присутствие здесь так вовремя и так не желательно? – взгляд директора стал пронизывающим и чуть насмешливым. – И да, благодарен вам за ваше усердие, но если бы я захотел, чтобы ночами кто-то охранял вход в мой кабинет, я бы предпочел собаку. Последняя фраза была буквально брошена в сторону трогательной и странной девочки. Он хорошо помнил их разговор на рождество, ее попытки сделать его чуть более живым, помнил, что у нее почти получилось в тот день. Она не была неприятна ему, но  и дать это понять было бы слишком не разумно в его ситуации.  Между ним и каждым здесь должна сохраняться дистанция. И дистанция эта подкреплена его клятвой верности одному делу. Маска это всегда тяжело, но нести ее надо.  Даже если не всегда хочется. Он понимал, что девочка хотела сказать ему что-то важное, его оскал был толчком говорить прямо. без увиливаний и недомолвок, без намеков. так, чтобы ее можно было понять. Он почти знал, что она могла сказать. Или догадывался, но реагировал как всегда - как последний скот.
Молодой человек предпочел самоустраниться. Не самая проигрышная партия. «Мое дело сторона» позволяет выйти сухим из любой топи, и не важно как это выглядит. Как эгоизм? Попытка самосохраниться или насмешка? Насмешек Снейп не любил.
- Вам, мистер Сэлвин, действительно не стоит здесь находиться, но раз уж вы здесь, может быть объясните мне почему дл разговора с членом своего факультета вы выбрали такое странное место? И чем вас не устраивает ваша гостиная?
Он задал вопрос Флоре, но племянница главных героев нового шоу на выживание предпочла дождаться ответов Патил. Быть может это и было разумно, потому как сравнивать ответы в таком случае куда приятнее. Что же касается старосты, именно она оправдала все ожидания директора по развитию воображения в подаче информации. Маг чуть улыбнулся и выразительно выгнул брови.
- Правда, мисс Патил? Вы действительно имеете право знать. Да. На профессоров Кэрроу было совершено покушение. Именно яд был выбран в качестве оружия. У вас есть информация. Ну чтож, ваше рвение в выполнении обязанностей весьма похвально, вот только одного я понять не могу. Не укладывается у меня в голове почему вы решили донести эту информацию до тех профессоров, которые не особо приятны вам? – быстрый взгляд в лицо, глаза в глаза и привычным действием леггилименция. Картинки, быстрые как кадры перемотки. Не понятный язык, но не надо понимать слова, чтобы оценить всю ситуацию в целом.
Маг усмехается.
- Вы бы предупредили меня, что готовы к такому поразительному шагу. Раскрыть замыслы ближнего. предать прошлые идеалы. Раз уж вы готовы признать свою позицию так откровенно, что говорите при свидетелях о намерении, то скажите мне все, что имеете сказать. А заодно расскажите и о том, как ваша информация вяжется с наблюдениями мисс Кэрроу? Исчезающие вникуда студенты. Это так интересно.. Спасибо, мисс Кэрроу. Вы весьма наблюдательны и думаю, скоро мы узнаем ответы на вопрос.
Снейп начинал догадываться о том, что происходит. Сложив всю информацию и место положение студентов, это не так и сложно. Дни наблюдения за Драко в прошлом году. Появление пожирателей в школе. Да и раньше, при Долорес имели место подобные исчезновения и все они крутились вокруг одного любопытного места. Очень интересной комнаты. Студенты снова пользуются выручай комнатой. Это очевидно, вот только готовы ли они признать это и объяснить зачем?
- Или все ваши слова только попытка увести меня с этого места и отвлечь внимание? Если так, то хорошо ли вы оценили последствия? Если вам будет нечего сказать профессорам Кэрроу? И если они заподозрят подвох, в такой ситуации наказание может быть весьма болезненным.
Снейп снова обратился к слизеринке
-Мисс Кэрроу? Не заметили ли вы где именно, на каком этаже и приблизительно в каком месте пропадают студенты? Быть может нам стоит подождать здесь? Как думаете? Или все-таки кто-то хочет высказать догадки? У меня времени много. Уверяю вас и я весьма любопытен.
Зачем ему слышать слова студентов, когда итак все понятно? Наверное он хотел испытать им и дать шанс выкрутится. А еще узнать то, что быть может не знает и сам. Иногда детям, вездесущим, как насекомые, видно и известно больше. Он не хотел и не собирался поощрять гонку за кровью своих коллег. Но и вести себя надо так, чтобы никто не заподозрил его в излишней лояльности

Отредактировано Severus Snape (2018-07-07 15:09:41)

+4

12

Их компашка была страннее, чем Флора думала изначально. Ей уже порядком наскучило находиться в ней, и особенно хотелось избавиться от несущей всякий бред Форс. Пусть уже идёт, куда шла. Даже если она замышляет что-то недоброе, то и хрен бы с ней, потому что на нервы она действует знатно. Это уже можно считать преступлением против Кэрроу. Их даже убивать не надо, просто подбросить им Нэн для разговора. Они бы долго не выдержали. Она даже перестала обращать на нее внимания, как и на тот факт, что ей протянули конфету – с какой стати ей вообще ее брать? Они подружки теперь на веки вечные? Тем более настроение у Фло было не сказать чтобы совершенно прекрасное. Явно не для того, чтобы нести добро людям и ловить бабочек сачком. Так что она лишь кинула раздражительный взгляд в сторону студентки Рейвенкло и сосредоточилась на двух остальных людях из компании.
Спорить с Падмой она не собиралась, тем более, что та была старостой. Пусть не ее факультета, но тоже имела какую-то власть. Стоять и выслушивать от Филча какую-нибудь бредятину тоже не хотелось, так что она собиралась сделать вид, что подчинилась, а сама спрятаться где-нибудь и все-таки проследить за этими людьми. Здесь точно что-то неладное. И выяснить, что именно, это как минимум ее долг перед собственной семьей, двух членов которой она уже едва не лишилась.
Она не успела приступить к выполнению своего плана, потому что директор появился как нельзя вовремя. Теперь пусть ему объясняют, что они все тут делают. Она-то объяснит, ей скрывать нечего и врать незачем. Все прекрасно знают, что она лояльна своей семье и за всех ее членов порвёт любого. Так что ей было интересно послушать остальных. Кроме Барти. К Барти у нее вопросов было меньше всех.
- Когда бы это я успела тебе такое рассказать, - ответила Падме девушка. Не то, чтобы она вообще собиралась это сделать, но времени особо не было, слишком быстро пришел директор. И вот ему-то как раз стоило бы знать, что здесь происходит. А обратись она к Патил, не понятно, до кого бы дошла эта информация.
Слух у Мел был хоть куда, так что она без труда разобрала то, что говорила староста Рейвенкло, хитро прищурившись и не доверяя ее словам. Студенты начали задавать вопросы? Да ну, это чушь. Сплетни всегда распускались, это не новости. И преподаватели не обязаны ничего никому объяснять, и уж тем более раскрывать детали покушения на убийство профессоров. Это уже чересчур. И вообще, как эта дамочка смеет требовать таких объяснений от директора? Вот это уже наглость.
Директор тоже не поверил Патил, и Кэрроу даже взяла гордость за то, что он не настолько глуп, как Дамблдор, чтобы безоговорочно верить студентам. Так что теперь можно было не сомневаться, что тайна не останется тайной. Они найдут место, в которое студенты идут такими группами.
- Немного левее от того места, где мы стоим сейчас, - ответила Флора, махнув рукой вглубь коридора, - Они заворачивали за угол и исчезали как минимум звуки шагов и голосов. Значит, они куда-то заходили. Думаю, нам стоит пройти немного дальше туда.
Она не говорила открыто про Выручай-Комнату, хотя подозревала, что студенты направлялись именно туда. Но с тех пор, как раскрыли собрания Отряда там, вроде бы всё прекратилось. Но, кажется, не навсегда.
Если обман Падмы вскроется, ее явно ждут последствия. А Фло уже становилось просто интересно, что скрывают за собой эти кирпичные стены.

Отредактировано Flora Carrow (2018-07-11 14:25:48)

+4

13

- Спасибо, Барти, но… нужно, - Нэн произносит уверенно и, сунув рисунок обратно в сумку, выходит вперед, одними глазами следя за сокурсником и по-прежнему ласково улыбаясь ему, - С портретом, видимо, в другой раз.
Она пожимает плечами и отворачивается. Барти все-таки свой. Что бы он там о себе не думал, он лучше, чем хочет казаться, и это угадывается в простых жестах и легкой фразе, которая для большинства не значила бы совсем ничего, однако, беспечная фея, на то и оторвана от земли, чтобы видеть и чувствовать то, что сокрыто от остальных. «Я сама о себе позабочусь», - произносит она, не говоря ни слова, и ловит суровый взгляд господина директора, не лишенный привычного превосходства и некоторого самодовольства, - «Мне есть, что терять, но я уже не боюсь». Форс поджимает губы, стирая с лица улыбку, и замирает, сжав руки в кулаки. Вот она, а вот он, тот человек, коему она совсем недавно пыталась помочь, разглядев в глубине почерневшей души слабую искру света. Угасла ли она теперь или же жила, как и прежде, прячась за панцирем насмешливости и ядовитого сарказма? «На вид не похоже, но Вы ведь искусный лжец». Волшебница тихо фыркает и вздыхает, привычно пропуская мимо ушей ехидное замечание. Профессор может пытаться ее оскорбить, может даже при всех унизить, грубо ставя на место, но ее все равно останется с ней, а его с ним, и кому-то от этого станет больно. Нэн умеет выставлять щиты, что бьют рикошетом в самое нежное место, и знает, как уберечь себя от ненужных душевных терзаний. Иногда для этого достаточно просто сказать. Она холодно улыбается мистеру Снейпу и протяжно кивает.
- Да, господин директор, разумеется.
Девушка набирает в грудь воздуха и в миг становится строже, будто не было никогда легкости и беспечности, а все прошлые слова принадлежали кому-то другому. Наверно, и правда так. Раньше ей больше хотелось смеяться и разносить по друзьям шоколад, а теперь верный путь представляется почти что прямым и невозможно ясным. Ум умом, но порой вокруг происходят такие вещи, что порывы души и сердца выходят на первое место.
- Отпустите детей! – требует Форс, без страха глядя в глаза человека, что обычно смотрел в самую душу, докапываясь до сокровенного и недоступного остальным. Была ли это лигилеменция или же необычная проницательность юная ведьма не знала, но предпочитала не слишком-то забивать голову. В жизни загадок много, а все ее мысли только о Ричарде, что сейчас находится в Мунго. Если господину директору интересно, может понаблюдать. Нэн слабо морщит нос и, не желая показаться смешной, поясняет, - Первокурсников, которых Вы с профессорами Кэрроу заперли где-то в подвалах… Они дети, господин директор! Или Вы думаете, что одиннадцатилетний ребенок мог достать подходящий яд и подлить его в нужной пропорции?! Уверена, что не думаете, но все равно идете на поводу у тех, чьи познания не так глубоки. Освободите детей, потому что Вы можете это сделать, иначе, каждая новая смерть будет на Вашей совести. Знаете, у меня есть кое-что…
Нэн прерывается, снова закапываясь в сумку, едва ли, не с головой, и ее собеседник находит этот момент несказанно удобным, чтобы переключиться на других участников действа. Краем уха девушка с синим галстуком слушает бормотания Падмы, объяснения Флоры и ответы директора. Кажется, он все понял, а их староста сама себя приговорила, но это сейчас не важно… Важно то, что другие студенты здесь уже не пойдут, а она… Она еще не закончила. Наконец, выудив из глубин сумки крошечную ромашку, Форс снова выходит вперед и усилием воли заставляет цветок распуститься.
- Вот, смотрите, профессор, - добавляет она, демонстрируя собеседнику и остальным маленькое чудо, совершенно неуместное в темные дни.
Крохотные лепестки слабо дрожат, и ромашка тянется к свету, ловя его бело-рыжей головкой. Волшебница шмыгает носом и, выдержав паузу, безжалостно сжимает цветок в ладони, опуская на руку директора переломанное растение, совершенно лишенное жизни.
- Попробуйте вырастить заново, - твердо добавляет она и, наконец, отходит в сторону, не желая более участвовать в этом спектакле.
«Жизнь невероятно хрупка», - читается в светлых глазах, - «Ее так просто разрушить и оборвать… И в этом гораздо больше подходит наглядный пример, чем слова. Может быть, Вы задумаетесь».

+2

14

- Но-но, Патил, после нововведений в этом году, я обладаю практически такими же привилегиями, как и ты, так что не вздумай мне что-то приказывать, – Сэлвин фыркнул, напоминая, что капитан квиддичной команды это ничем не хуже старосты, да и вообще, какое она права имела что-то приказывать ему? – Я итак туда шел, вовсе не обязательно делать вид, что ты тут всем указ! – Барт сложил руки на груди, недовольно скривившись, и теперь, как нарочно, прирос к месту, потому что принципиально не собирался теперь следовать такому грубому указанию. Падма явно пыталась всех заболтать и увести от того, что только что озвучила Флорой, посему рейвенкловец лишь вскинул бровь, пытаясь понять, какой ей от того польза. Да и, к тому же, к нему только что обратился директор, поэтому уйти и проигнорировать вопрос было бы, как минимум, неприлично.
- О, нет, профессор, я вовсе не выбирал это место для бесед. Я как раз направлялся в гостиную, и наткнулся сперва на студентов, о которых сказала Флора, а потом и на девочек вот здесь, и всего лишь остановился уточнить, что происходит, не более того, – он пожал плечами. Он бы, честно, не смог «настучать» больше, потому что даже особо не рассматривал, кто там мимо него прошел, и куда делся. Может они просто на лестницу ушли через какой-нибудь портрет, о котором Барти не знал. Невозможно же знать все безоговорочно проходы в замке. Кто-то из старшекурсников знает один, со ступеньками, в которых застрять можно, если зазеваться. Кто-то – другой, в который надо пролезть под пыльным гобеленом. Кто-то – оба, а кто-то ни того, ни другого, и очень удивляется, если какой-то однокурсник вдруг протащит именно через тот. Он действительно не видел. Но подтвердить то, что Флора видела мог, правда, на этом всё заканчивалось.
- Туда они ушли, но дальше я понятия не имею, куда, – честно ответил он так, что вообще, вероятно, никаких сомнений не могло возникнуть в том, что он говорит правду. Барти вообще особо никогда не врал, чтобы именно врать. Мог молчать, недоговаривать, переводить тему или как-то приуменьшить, или преувеличить, в зависимости от ситуации, но сказать «белое» вместо «черное» приучен не был. Потому, что в этом не было никакого смысла, и он давно прекрасно понял, что люди заинтересованные очень хорошо видят и чувствуют ложь, если только перед ними не «профессионал» вранья, а людям не заинтересованным просто все равно, и они не придадут особого значения словам, поэтому и смысла врать таким не было.
- Нэн, – осторожно позвал он однокурсницу, опуская руку на её плечо и пытаясь чуть одернуть назад, но это было затеей бесполезной, та уже вошла в раж. – Мы прекрасно знаем, что это не вина директора! Он не обязан выслушивать то, что всем и так ясно. Лучше бы нам всем просто пойти туда, куда мы шли, а Флора подробнее объяснит профессору, что видела, когда и куда пошли студенты, не так ли? – он пожал плечами. Её аналогии были понятны без пояснений, да и гнев, вероятно, тоже. Барти сам не испытывал таких эмоций, но лишь потому, что не научился слишком уж сильно переживать за всех на свете, если его это напрямую не касалось. Но он принимал право других переживать и понимал, что вот как раз Нэн переживает. Но какой смысл в том, чтобы подвергать себя опасности своими высказываниями, показывать такую непокорность, если это ничего не изменит? Все прекрасно всё понимали. И то, что жизнь легко оборвать, а вернуть – невозможно. И то, что происходит нечто не самое правильное, но кто что мог с этим сделать?
Сэлвин чуть прищурился, задумчиво взглянув на директора и пытаясь понять, мог ли сам Снейп что-то с этим сделать, либо же над Кэрроу, даже несмотря на свой пост в школе, он был невластен?

+2

15

Трое против одного — паршивое соотношение. Снейп похоже почувствовал ложь в словах Падмы, а Флора и Барти не иначе как задались целью помочь припереть к стенке старосту. Причем с Кэрроу всё было понятно: она перед теткой и дядей выслуживается, на режим, наверное, молится по утрам... А вот Бартоломью толи просто упрямился, толи тоже внезапно чьей-нибудь крови попить захотел.
По крайней мере, Патил уже была почти уверена, что мирно всё это не кончится. Мелькнула мысль выхватить волшебную палочку и атаковать боевым заклинанием директора. Шансов реально навредить почти не было: Снейп и остальные стояли достаточно близко, даже без магии могли бы помешать Падме сотворить заклинание. Достаточно было ударить старосту орлиного факультета или толкнуть.
Мысли эти навеяны были страхом и ощущением надвигающейся катастрофы. Отважной Патил никогда не была. Но зато мнила себя умной. И сейчас явно стоило доказать себе, что не зря. Не эмоции должны управлять её поведением, а расчет. Здравый смысл и логика. А что касается чувств, переживаний... Лучше, пожалуй, не анализировать. Не задаваться вопросом, что она сейчас чувствует...
— При всем уважении, сэр, у вас нет оснований утверждать, что я питаю личную симпатию или антипатию к кому бы то ни было, — Падме очень хотелось сорваться на яростно-возмущенный тон. Однако, она практически принудила себя говорить ровно, сдержанно. Не горячиться. — Речь идет о попытке убийства, не о списанном домашнем задании. И я не утверждала, что точно знаю. Возможно, сэр, только возможно, что профессоров пытались отравить тем ядом, о котором я думаю и который вполне реально украсть незаметно для персонала школы. Но это голословное обвинение, оно может испортить репутацию невиновного человека или поставить в неудобное положение меня. Так что, простите, но вынуждена настаивать на том, чтобы студенты не слышали эту информацию. Если вы сочтете это необходимым, я готова озвучить свои догадки в присутствии профессоров Кэрроу, декана, других членов преподавательского состава... Возможно, хит-визардов, сэр? Так понимаю, Министерство магии уже осведомлено о том, что имело место преступление в стенах Хогвартса.
Патил может и выкрутилась бы, вздумай Снейп удовлетворить её просьбу о закрытом слушании. Где взять яд так, чтобы его не хватились, она и правда знала. Несколько месяцев назад они с Авророй Мальсибер откачивали девчушку-магглокровку, утащившую у профессора Спраут пестицид. Поскольку преподавателям девушки после так и не рассказали об инциденте с Холли, кто-то другой мог взять яд точно там же. Тем более, что бочка с отравой была практически в свободном доступе на занятиях гербологией.
Всё могло бы сработать. Точно могло! Если бы только сам лорд не тянул за язык младшую Кэрроу...
— Что касается наблюдений Флоры, сэр, — то мне очень жаль, что я не успела огреть её Конфундусом, — перед вашим приходом мне она их сообщить не успела. Сожалею, но я не видела того, о чем говорят Флора и Барти. Впрочем, даже если бы я пришла сюда раньше... Этот коридор не очень хорошо освещен. И пропадающими в никуда студентами могут быть Миртл и прочие призраки.
Падма пожала плечами и перевела взгляд на Нэн. Ей нужно было хоть на секунду отвернуться от директора. Иначе маска напускного спокойствия бы не выдержала и треснула. К тому же, Патил и правда была огорчена из-за того, что Форс тоже оказалась здесь.
Интриги Отряда, произвол поборников режима... А между молотом и наковальней упорно пытается влезть безобидная, славная девочка. Которой просто жалко детей. Падме, конечно, тоже не наплевать. Да только она участвовала не в том плане спасения, который реализовывала Нэн. Но Форс, по крайней мере, не мешала Патил. Даже в какой-то степени помогала. По крайней мере, Наннерль не твердила о том, что нужно срочно-срочно бежать и проверять коридор.
Словосочетание «Выручай-Комната» пока не прозвучало, но Падма подозревала, что скоро кто-нибудь его озвучит. Инспекционная дружина со времен Амбридж знала про это место. Да и не все члены первого ОД тайну свято хранили — Отряд распадался и воскресал, а вот волшебное помещение могло кому-нибудь для своих личных целей потребоваться.
«Ну, и влипла же я. Интересно, как скоро они догадаются, что участница первого созыва ОД здесь появилась на удивление вовремя?» — Впрочем, похоже все итак уже всё поняли. Возможно, Патил стоило начинать морально готовиться к самому худшему из сценариев?

Отредактировано Padma Patil (2018-07-15 01:15:36)

+3

16

Трое против двоих. Не самый лучший расклад. Не самая верная тактика бросать вызов троим, из которых один юноша, чьи взгляды весьма ясны, один взрослый маг и одна родственница тех, на кого совершено покушение. Но как приятно наблюдать попытки такого противостояния. Слышать, как скрипя поворачиваются шестеренки в мозгах, как сиюминутные отблески игры вдохновения озаряют воодушевлением лица. Флора знала слишком много, Сэлвин видел достаточно, но двое из троих все еще пытаются выровнять свой край лодки и плыть против течения. Глаза Форс устремились в его собственные. Вопреки привычным мутным озерам, его взгляд наткнулся на два отточенных  клинка. Голос маленькой сказочницы, наверное впервые за все время их знакомства зазвучал по-новому, как голос судьи. Голос не просителя, но повелителя. Маг внутренне усмехнулся такой перемене. Быть может, хотя бы испытания научат эту фею жизни. И то будет польза. Вскоре же, магия, такая нежная и слишком прекрасная, неуместная ни для времени, ни для места, заставили волшебника внутренне сжаться. Безжалостная память, тем более безжалостная, чем глубже она запрятана, подкинула картинку прошлого. Маленькая девочка, трогательный цветок на ладошке раскрывает тонкие лепестки, звонкий голосок, маленький измученный скандалами мальчик, что наблюдает за всем со стороны. Тогда ее голос кричал что-то другое. А сейчас… Голосом студентки с ним говорил голос его прошлого, звонкой чертой из памяти возникла золотая нить и уже не Нэн указательным тоном требовала от него…
- Отпустите детей! – голова закружилась, когда измятый цветок, как  сломленная ветка его жизни, его прошлого, его самого, коснулась его собственной руки. Во рту пересохло. Иногда, голосами живых и их поступками с нами говорят мертвые. Не это ли тот самый
свидетелей, как знать, сумел ли бы он не сломаться и не побежать выполнять такое сложное и противоречивое требование. Не стал ли бы смертельным для него этот самый укор нежных глаз. Но за ним наблюдали три пары глаз и он не имел права дать слабину. Подавив в себе боль, быть может для того, чтобы в последствии она вернулась куда сильнее, волшебник резко сдавил без того безжизненное растение в руке и широким равнодушным жестом откинул его в сторону, как откинул когда-то трогательного мальчика, верившего в то, что в мире магии он обязательно найдет спасение от всех бед и будет счастлив.
- Да разве ж я кого-то держу? – холодно спросил он, вернув острый взгляд студентке. – Неужели вы и вправду думали, что я стану обсуждать с вами политику работы педагогического состава или их методы поиска виновного в серьезном нарушении? Чтобы не происходило в профессорском коллективе, это вас не касается и отчитываться перед вами я не стану. И если у вас все, прошу оставить ваши фокусы для лучших времен. Они меня не впечатлили. – сухо заключил Северус, сжимая ладонь, где ранее была стиснута ромашка. Безобидный цветок, казалось, умирая, пустил  в него яд. Этот яд жалил руку и по нервам стремился в сердце. Тем не менее, обсуждать своих профессоров в компании детей верх непрофессионализма. Он справится сам. Но и тогда никому не будет давать отчета. Снейп и  сам видел все недостатки Кэрроу. Двух драконов заперли в замке. Двух кровожадных драконов, нуждавшихся в подпитке свежей кровью. Раненные драконы требуют ее вдвое больше. И в поисках этой живительной влаги они пойдут на все. Снейп догадывался, что это так. Теперь он получил подтверждение. Драконы выходят из под контроля. Остановить их. Можно попытаться. Но делать это надо не с наскока, чтобы не вызвать гнева и огненного дыхания. Когда имеешь дело с драконами учишься лавировать.
- Если у вас, мисс Форс все, то прошу вас не мешать нам, потому как слушать трогательный лепет нам некогда. Спасибо, мистер Сэлвин. Думаю ваша помощь нам не помешает. Мисс Кэрроу, благодарю и вас. – В голосе юноши чувствовался укол. Он не сказал прямо, но все же сумел обозначит приоритеты. Новый директор ничего не может сделать с новыми профессорами, потому что они не находятся под его юрисдикцией. Обидно, чувствительно, неприятно. От этого голос стал более строгим и налился сталью.
Он уже выслушал Флору и Бартоломью. Он выслушал сказку, осталось дослушать обиженное благородство. Он смел усомниться в словах Падмы, тем самым рассчитывая пробудить в ней эмоции и вывести девочку из зоны комфорта. Староста заговорила именно так как рассчитывал директор
-Мисс Патилл, оставьте этот образ уязвленной благодетели. – скривился маг – Он вам совершенно не идет. Иными словами, где-то в школе храниться яд в свободном доступе. Вы, староста, знаете об этом. Имеете представление об его опасности и до сего момента никого не поставили об этом в известность? Я правильно понял вас? – вкрадчиво спросил маг – Могу ли я спросить при каких обстоятельствах вы лично узнали о нем? Как давно? Как видите, я не настаиваю на озвучивании имен и голословных обвинениях. Сейчас  требую только фактов.
Боясь за чужую репутацию очень просто подставить под удар свою. Всегда стоит помнить об этом, когда начинаешь говорить. И продумывать каждое слово.
- Пока вы готовите ответ на мои вопросы, подозреваю, что вам понадобиться на это время. Заодно продумайте и тот факт, что призраки, на которых вы ссылаетесь не способны издавать звуков шагов на которые ссылается мисс Кэрроу. Вспомните ее слова? Или вы  так заняты составлением своей картины реальности, в которой пытаетесь нас убедить, что вам совершенно некогда слушать других?
Картинка становилась все яснее. Пропадающие студенты как-то связаны с кровавыми разборками брата и сестры. Куда они пропадают тоже не вопрос. Очевидно. То, что в такое время здесь оказалась та, что пытается скрыть факт нахождения в коридоре студентов говорит само за себя. Она их покрывает и может быть даже сейчас пытается увести его подальше, чтобы открыть коридор для новой партии. Только делает она это очень неумело. Отвлекать внимание она явно не умеет Здесь не хватает происшествия, неожиданности, но не помогать же им в самом деле выкрутиться на глазах у студентов с известной лояльностью.
- Я думаю вот что, нам стоит выставить патруль в этом коридоре. А сейчас мы можем пойти все вместе и проверить наблюдения мисс Кэрроу и мистера Сэлвина. Могу ли я рассчитывать на вашу помощь как свидетелей?  Обратился он к двум своим вынужденным соратникам. Хотелось кричать, ну придумай уже хоть что-нибудь. Неужели прошлое в отряде имени великого интригана не оставило ничего в этой голове? И даже сотрудничество с махинаторами Уизли ничему не научило? Вот когда вспомнишь двух упырят добрым словом. Они уже  бы вывели всю троицу из внимания играючи и попутно повеселили бы пол школы

Отредактировано Severus Snape (2018-07-15 02:49:59)

+2

17

Флора была далеко не глупой девочкой, чтобы понимать, что сейчас происходит в этом коридоре, и кто какую принял сторону в этом вопросе. С появлением директора стало очевидно, что кто-то выгораживает студентов, а кто-то пытается их сдать. И, в данном случае, они с Барти пытались выяснить причину исчезновения людей и, что еще важнее, место, а Падма с Нэн явно знали ответы на эти вопросы, поэтому изо всех сил старались не допустить, чтобы о них узнал еще кто-то. Но семья Кэрроу не зря имеет такой авторитет в магическом сообществе, их так просто не возьмешь, так что просто пожимать плечами и уходить Мел точно не собиралась, пока не найдет ответы на свои вопросы. Тем более на ее стороне был еще и директор.
Форс начала нести какой-то непонятный бред, и все ее слова просто звучали как фоновый шум, от которого хотелось заткнуть уши или использовать заклинание, чтобы она заснула.
- Раз мои дядя с тётей все еще живы, значит, яд явно подмешали не в нужной пропорции, умница Форс, - отметила девушка и снова перестала обращать внимания на эту ненормальную. Даже 11-летний ребенок вполне способен на необдуманные действия, это не младенец, и снимать с кого-то подозрения – это глупо. Такого допустить точно нельзя.
- Твои цветочки никому не интересны, ты там кажется к сэру Патрику шла? Так вот не отвлекай, или можешь поразвлекать в подземельях несчастных деток, - Кэрроу уже начинало злить поведение Нэн, поэтому она совершенно не стеснялась в выражениях. Ее семью пытались убить, и это наверняка как-то связано с неестественным поведением студентов, так что пусть всякие сумасшедшие не отвлекают от важных дел людей, которые пытаются в этом разобраться, и тем более директора.
Барти был с ней гораздо более мягок, но вряд ли директору нужны какие-то оправдания. Он делает все, как считает нужным, и ему вовсе не обязательно отчитываться перед кем-либо, тем более перед студенткой, которая внезапно возомнила себя той, кто может указывать остальным, что делать.
Флора вскипала как чайник от слов старосты Рейвенкло, которая явно пыталась показать несостоятельность девушки в донесениях. Как будто она не способна отличить студентов от призраков, или показать направление, и все это вообще плод воображения. Черт возьми, членов ее семьи чуть не убили, а она должна сидеть сложа руки? Да, у нее с ними не самые теплые отношения, но это семья. Так что пора всем ответить за то, что здесь происходит.
- Я вообще не обязана тебе ничего говорить, Падма. – спокойно попыталась ответить Мел. Для нее старосты вообще не были никаким авторитетом, ровно как и для Гестии. И отчитываться перед ними она не собиралась. Да и зачем, если перед ней стоит директор и она может сразу рассказать все ему.
Флора не собиралась открывать директору глаза на эту дамочку, он все понял и без нее, и прекрасно озвучил свои мысли. Патил придется хорошо подумать, прежде чем ответить, или она тоже рискует оказаться в подземельях.
- Разумеется, директор, вы всегда можете на меня рассчитывать, - ответила Кэрроу, которая была готова на всё, чтобы выяснить правду. Сейчас это было уже дело принципа. Нэн и Падма явно что-то скрывают от них, пора вскрыть обман.

+3

18

Иногда людям нужен наглядный пример, что-то совсем простое и абсолютно понятное, что-то такое, что заставило бы их остановиться, опомниться и пробудиться от слишком долгого сна. Нэн смотрит, как безжалостно отлетает в сторону ее хрупкий цветок, и думает, что, если бы решила разбить в коридоре зеркало, толку было бы столько же. Тот же голос, тот же холод во взгляде и тот же почти приказ: «Приберите-ка за собой, мисс Форс, а лучше и саму себя приберите». Девушка тихо вздыхает, слабо качает головой и, подобрав с пола ромашку, прячет ее в кармане, как спрятала бы любую жизнь, что столь безжалостно оборвали. «Неужели все же Валькирия?» - замирает она, глядя перед собой и в никуда одновременно, - «Или даже Харон? Как скверно…» Лицо Форс всего на мгновение приобретает прежнее нежное выражение, но тотчас же становится абсолютно сухим и серьезным, а мягкий голос звенит отточенной сталью. Один Шаман Севера как-то назвал ее чернобуркой, что ж, может, и угадал. Зубы у юной хищницы точно есть, и вонзаются они глубоко, оставляя на теле шрамы и заставляя рваные раны болезненно кровоточить. И тем страшнее, что ранит она отнюдь не плоть, способную к регенерации.
- Как скажете, господин директор, - легкий книксен и совершеннейшее спокойствие, граничащее со стылым чувством горького разочарования, - Я думаю, уже скоро по этим коридорам можно будет ходить со светильником и, озаряя им лица, восклицать «ищу человека!» Простите мне мои заблуждения, я, кажется, перепутала Вас с кем-то другим. Знаете, иногда мне мерещится странное. Иногда всем нам оно мерещится. Некоторые вот полагают, будто они все еще остаются людьми…
Волшебница пожимает плечами и отстраняется, намереваясь уйти. Больше ей здесь делать нечего, а разрешение отправиться прочь от мистера Снейпа уже получено. Ему, правда, вторит юная Кэрроу, но ее слова, словно собачий лай. «Собака лает, караван идет». Ей бы, дикой лисице, бояться голодной своры, но страха нет. Есть лишь уверенность в выборе и убежденность в успехе. Если директор не хочет или не может помочь, она справится и без него. Не так уж и важно, какой ценой… Вот только, зря эта тема вообще прозвучала, теперь надзиратели станут зорче и осторожнее, а раз так, то нужно спешить. А там, за спиной, свой-Барти и умница-Падма, что совсем не умеет лгать и оттого лишь путается в словах, к коим так легко подобрать различные толкования. Сразу видно, что корни ее в таинственной Индии… Интриги – это про Францию. Вот уж где ни одно слово не прозвучит напрасно. Хотя… Каждому здесь свое.
- Доброго дня, господин директор, - добавляет девушка, уже не желая смотреть на своего собеседника, - Спокойного вечера, Флор. Жаль, что ты, Барти, не сможешь меня проводить. Я подумала, что мы могли бы поболтать о чем-нибудь постороннем. Мне, например, очень нужен совет кого-то с тонким художественным вкусом.
Форс не улыбается и, пожалуй, даже не хочет, чтобы Сэлвин ушел вместе с ней, но, если он пожелает, то почему бы и нет? Сделать задуманное она, совершенно точно, успеет. Для этого можно даже палочкой не слишком усердно размахивать. Глубоко вдохнув, волшебница еще пытается подобрать более подходящие варианты, но на ум то и дело приходит проделка Ричарда, кажущаяся вполне уместной и в чем-то даже забавной. Мистер Снейп будет в ярости, а вот Кэрроу придется еще постараться. Из всех собравшихся в трансфигурации хорош только Барти, но, может быть, он лопнет от смеха и вдруг забудет нужную формулу? «Заодно и узнаем, готов ли ты выбрать сторону?»
Отойдя на некоторое расстояние и убедившись, что никто не следит за уходом странной и неразумной девицы, Нэн осторожно поднимает палочку и превращает директорское тело в нечто паукообразное, где от человека остается только лишь голова. Мгновение, и юная фея уже даже не смотрит в сторону своих произвольных противников, делая вид, что занята ромашкой.

+2

19

Падма, ты же с Рэйвенкло, будь умнее, если врёшь - то не пались, хотя бы... - Барт только закатил глаза, но благополучно промолчал, не озвучив этого всего вслух. Действительно, если уж хватило ума пытаться врать, то хотя бы надо было делать это умело. Тут же... Ну, Сэлвин откровенно видел то, насколько Патил не удается увильнуть, и директор, безусловно, это видел тоже. Бартоломью было откровенно плевать на то, что там вообще происходило. Его не трогали. Желание подстраиваться и умело гнуть спину, чтобы прогнуться под тех, под кого нужно, он куда-то растерял в последнее время, действуя скорее по инерции, чем действительно понимая, что так нужно, что так от него ждут. Теперь от него, получается, никто ничего не ждал, и он мог поступать так, как поступает. Резко сбегать на другую сторону смысла не было, тем более, что он всё еще разделял некоторые (но далеко не все) взгляды последователей Темного лорда, но открыто вступать в противостояние с теми, кто был против, он тоже не спешил. Какой в том был смысл? Барти пока не видел никакого. Однажды, вероятно, ему придется выбрать. И сейчас он даже не знал, как поступит в такой ситуации, но сейчас... Сейчас он поступал не по какой-то там совести или чьей-то указке, а так, как считал правильным. А Барт считал, что у людей, которым нечего скрывать - нет поводов и прятаться. И если бы те студенты, что мистическим (или не очень) образом исчезли в противоположном конце коридора, ничего не знали и были абсолютно невиновны, зачем им тогда было прятаться?
- Хорошо, профессор, пойдемте посмотрим, - Сэлвин всё равно никуда не спешил, а если уж директор его просил, то он не имел права отказывать. Нет, наверное, имел, потому что это не относилось к учебному процессу, но не стал бы, в любом случае. Пока он в школе, и ему предстоит ходить сюда еще в следующем году, ему следует уважать авторитет тех, кто всем заправляет.
Но они не успевают никуда пойти, потому что Нэн решает уйти вовсе, и, кажется, это именно её рук дело, из-за которого случается этот жуткий конфуз. Барти прикусывает губу, чтобы не рассмеяться, потому что дерзкая выходка (он понимает, что Нэн за такое могут открутить голову, и ему несколько не нравится эта ситуация еще и потому, что другого ловца в команде у него нет) выглядит смешно, несмотря ни на что, но тут же тянется за своей палочкой, чтобы наложить контр-заклинание.
- Порядок, мистер Снейп? - уточняет он, пряча палочку обратно, и про себя думает, что если Форс не получит нагоняй, то это сделает он сам, на правах капитана команды. Думать надо, а не характер показывать. В настоящее время в принципе не очень-то полезно показывать свой характер. За такие дела можно головы лишиться. Или репутации. Или еще чего-нибудь... В общем, не хочешь лишиться ничего дорогого сердцу и полезного - лучше сиди и помалкивай, такая была нынче политика в школе, и Барти предпочитал скорее следовать ей, чем вести себя так в открытую против. Хотя бы потому, что он открыто против не был. Да, ему, вероятно, не нравилось, когда кого-то из однокурсников подвергали пыткам, он не всегда понимал, почему так происходит и за что мучения тем, кто, в принципе, не так уж был и виноват, но идти против этого не собирался, считая, что иногда магглорожденные и впрямь себе много позволяют, забывая о собственном месте. Волшебники были снисходительны к ним, по больше части, разрешали жить и колдовать, но им, видимо, оказалось мало, и они захотели равных прав. А что дальше? Может быть, Министр Магии из семьи магглов? Нет, этого Сэлвин решительно понять не мог. Могли бы ведь довольствоваться тем, что имели.
- Итак, - попытавшись отвлечь всех от произошедшего, Барт ткнул в ту сторону коридора, из которой сам пришел ранее. - Я встретил студентов вон там, и они шли мне навстречу, значит, если мы вернемся туда, у нас есть шанс найти какие-то следы, не так ли?

+2

20

— Да, вы всё правильно поняли. — Какого труда стоило удержаться от сарказма в голосе! — Я знала, что в школе есть яд. Который находится в ведении одного из профессоров и, соответственно, должен быть труднодоступен для студентов. У меня возникала мысль о том, что это не так. Но читать нотации учителю со стороны старосты было бы несколько самонадеянно. Профессора, к сожалению, могут неправильно воспринять критику, сэр.
В противном случае, Патил бы обратила внимание Снейпа на то, что права-то, похоже, здесь Форс. Директор школы не защитил бы детей от семейства Кэрроу, даже имея желание вступиться. Может быть, поэтому он так цеплялся за возможность загнать в угол Падму, попутно наговорив ей гадостей? Какой-никакой, а способ самоутвердиться... Правда, по этой логике получалось, что Патил столкнулась с целым клубом анонимных жертв комплексов. Может быть, стоило вместо вранья им всем сказать, что они замечательные и всем нравятся?
— Что касается тебя, Флора... Если бы ты действительно видела нарушение школьных правил или, тем более, преступление, то, да, ты обязана была бы рассказать и мне, и любому ответственному за дисциплину. Или твоя цель на сегодня просто собрать в коридоре консилиум? — Может быть возможности старост в этому году и урезали. Однако, младшие Кэрроу от этого не сравнялись в правах со своими родственничками-пожирателями. И, слава Мерлину, об этом Падма прекрасно помнила.
А затем случилось это вот... Нападение на директора. Патил вначале подумала, что пришли таки отрядовцы и решили атаковать. А что, Невилл мог. Многим в О.Д. уже все равно осторожничать было незачем... В любом случае, озираться по сторонам и взвешивать риски не хватило бы времени. Пришлось действовать.
Волшебница выхватила палочку одновременно с Барти Селвином. И даже руку вскинула в том же жесте, словно намереваясь также помочь директору... Однако, в последний момент запястье Падмы дернулось. Врятли Снейп и Селвин в тот момент могли следить еще и за Патил, но, в любом случае, жест вышел совсем коротким и быстрым.
«Конфундус», — насылать на Флору что-то более жестокое даже сейчас казалось неправильным. Все-таки Кэрроу была лишь дурновоспитанной шестикурсницей, а не куском собственной тетушки. Жалко бы было по-настоящему навредить ей. Хотя, может быть, стоило.
Барти закончил с директором, а значит, исподтишка оглушить его или Снейпа уже было бы затруднительно. Со стороны О.Д. также не было дополнительной поддержки... Ну, так как не было и О.Д. здесь. Пад запоздало заметила Нэн. И едва кулаком ей не погрозила - ну, вот зачем нарывается-то?! Патил совершеннолетняя, ей можно своей жизнью рисковать. А Форс... Тьфу, она как Луна или Роуз. Падме хватило того, что она не спасла этих двух девчонок.
Патил махнула волшебной палочкой, заставляя ромашку вырваться из рук Форс и отлететь за угол. Мол, уйди, Нэн. Уйди от греха подальше, пока тебя из чудачки официально не переписали в бунтарки.
А если повезет и Патил правильно представляет, откуда должна явиться новая партия студентов, то Форс им как раз на пути встретится. Главное ведь, чтобы ребят не застали врасплох здесь... А что касается Выручай-Комнаты - так Патил сомневалась в том, что ее вскрыть у кого-то здесь получится. Хотя бы потому, что у находящихся там людей Снейп, Флора и Барти в списке доверенных лиц не значатся.

Отредактировано Padma Patil (2018-07-27 15:59:43)

+3

21

В голове мага стучало, прошлое, умеет притворяться, что оно заснуло ровно до того момента, пока что-то не растревожит его, не пробудит и тогда оно возвращается в своем обвинительном и страшном великолепии. Это был как раз тот момент. Минутная уверенность на сильный жест, отброшенная в сторону ромашка, и снова вернулось сомнение и снова силы начали давить изнутри, силясь разорвать ледяную корку, в которую маг добровольно облек себя так давно, что почти забыл как это, когда ее нет. Если бы в эту самую минуту снова раздался твердый, требующий голос девушки, если бы ее глаза снова коснулись его души и его прошлое через нее потребовало, призвало бы его к ответу, пожалуй он бы дрогнул. Приказал бы сейчас же всем идти по комнатам, забыть об увиденном и сейчас же бы отдал приказ по школе, касающийся Кэрроу, чтобы ему это не стоило. Но Форс изменилась в лице. Как и он сам, покрылась ледяной коркой. Наверное это его проклятие, заковывать в лед все, чего не коснулась бы его душа. Она сменила тон общения, приторно приятная и спокойная. Попрощалась и отошла, как будто и не было того требования раньше. Снейп остался победителем в этой нравственной борьбе. А может быть и проигравшим. Как знать? Форс была свободна, догадается ли она сделать что-то разумное? Как-то предотвратить то, что могло вскоре случится? в выручай комнату им не попасть. Это вполне себе факт. Так что никто не сможет ничего ему предъявить. Они потолкуться у этого места и рано или поздно им придется уйти.
- Благодарю вас, мисс Кэрроу. Я знал, что могу рассчитывать на вас, мистер Сэлвин – движение в сторону. Оно могло прижать к стенке двух девушек, а пока хотелось выслушать, что скажет ему мисс Патил.
- Мне, что не стоит задавать вам больше одного вопроса за раз? Два вопроса вы воспринять не в силах. Мисс Паттил? Я повторю, мне не сложно. При каких обстоятельствах вы узнали, об этом. Что касается ваших оправданий, а это именно оправдания, мисс, то мне они кажутся настолько глупыми, что подошли бы только первокурснику. Вы могли бы поговорить об этом именно с этим профессором с глазу на глаз. Вы имеете право высказывать опасения. Или же сообщить заместителю директора. Вы не маленькая глупая девочка, по крайней мере мне так казалось. А еще мне казалось, что должность старосты накладывает на тех, кто ее носит некоторую ответственность. А значит помогать обеспечивать безопасность каждого студента ваша обязанность, а значит вы имеете право спрашивать. Или вас это не касается, пока не начнутся жертвы. Ведь так удобно прикрыться своими моральными ширмами.. Субординация, непринятие критики.. Все это так глупо, особенно в свете того, что вы требуете сейчас от мисс Кэрроу.  Она обязана была сообщить, а вы в свою очередь не должны были даже уточнить? Очень удобно, повторюсь.
  Его ноги вдруг резко выгнулись. Стали суставчатыми, упругими и кажется, их стало больше чем две. Маленькая, задетая за живое умница решила отомстить жестокому директору. не совсем то, что он ожидал, но тоже ход. Ну чтож, он сам привел бы себя в норму, если бы было чем держать палочку. А сейчас, у его оппонентов появился реальный шанс собраться с мыслями, по крайней мере пока двое его соратников думают над проблемой.
Взмах палочкой, его тело вернулось в норму.
- Благодарю вас, мистер Сэлвин. – ему не надо было долго докапываться до того, чья рука нанесла ему удар
- Все в порядке. Мисс Форс, сейчас же вернитесь. Мне кажется, наше прощание было слишком преждевременным. Я запрещаю вам покидать это место. Мисс Патил, я так же советую вам не двигаться и опустить свою палочку. Игры кончились. И сейчас я требую от вас прекратить весь этот цирк и сейчас же прямо и откровенно рассказать мне все. Я не собираюсь больше слушать ваши нелепые оправдания. Эти студенты, кто они? Куда они исчезают и что здесь творится. На ответы вам даю десять секунд.
Флора вела себя как-то странно. И это странно как-то связано с палочкой одной из девиц. Он выяснит в чем тут дело.
- Мисс Кэрроу, как вы себя чувствуете? Все в порядке? От него не укрылся неловкий жест Падмы. Осталось только проверить на что готовы эти особы ради своих целей. Пойдет ли Форс на еще одно нарушение? Или все-таки инстинкт самосохранения преобладает?

+3

22

Флора явно чувствовала себя лишней на этом пиршестве лжи. Она уж точно не старалась сейчас кого-то выгораживать, как, например, Падма. Или отвлекать внимание, как Нэн. Ладно, если дело касалось каких-то ее темных дел, она бы стояла на своём до последнего, но здесь ей было выгодно и, более того, очень любопытно докопаться до правды. Поэтому она просто стояла и ждала, пока директор уберет из внимания все отвлекающие факторы и они, наконец, приступят к делу. Терпения у нее было хоть отбавляй, она точно никуда не торопилась.
К тому же, в последнее время в семье всё не очень гладко. У них с Гестией есть недопонимания, отец еще более напряжен, чем обычно, она явно предчувствовала что-то плохое. А теперь и нападение на дядю и тётю. Кто-то за это обязательно ответит, девушка лично за этим проследит, если вдруг кто-то решит избежать наказания. А сейчас именно это и происходило. Не Патил ли так умело рассуждая про яды сделала это черное дело? Она не может быть вне подозрений, но и бездоказательные обвинения при директоре были чреваты последствиями. А Флора видела всё далеко наперед. Импульсивно действовать нельзя, нужно всегда быть хитрее простых соперников.
Она снова успела поразиться тому, как активно Форс нападает на директора с обвинениями. И почему он ее еще слушает? Как будто нет чувства собственного достоинства. Стоять и слушать, как тебя так унижают – это уж точно не должно иметь место с директором. Тем более таким могущественным. А у Нэн просто отказали тормоза.
- Слушай, Падма, - Кэрроу перестала церемониться и даже наличие директора ее ничуть не смущало, - я имею право рассказать тем, кому считаю нужным, и ты, увы, не входишь в этот круг избранных. Это дело касается моей семьи, а не старост, обладающих весьма сомнительной значимость, которые явно не уследили за каким-то из студентиков, подмешавших яд. А со своей семьей я уж как-нибудь сама, без индийских слонов и танцев.
Пренебрежительно повернувшись к ней затылком, она устремила свой взгляд лишь на директора. Все остальные люди в компании едва ли были заинтересованы в поимке преступника. Разве что Барти, хотя, какое ему дело, кого поймают, а кого нет? Он лишь может помочь в поиске, и то без особого энтузиазма.
Вдруг мысли стало гораздо сложнее собирать в кучу, она даже слабо понимала, почему смотрит на директора и что он от нее хочет. Внимание сосредотачивалась каждый раз на разных вещах и это выводило ее из себя. Девушка стукнула кулаком в стену, вскрикнув от боли, но все еще не в силах собрать мысли в кучу.
- Я…я…я.. – она не могла собирать даже короткие предложения ни в мыслях, ни в слух, поэтому просто растерянно смотрела на директора и хлопала глазами. Но и то не долго, уже через секунду внимание переключилось на какую-то букашку на стене, а она пыталась вспомнить, что и как именно хотела сказать ранее.

+4

23

Нэн слишком привыкла иметь дела с отчаянными и решительными гриффиндорцами. Сотвори она паука при ком-то из них, ребята, непременно воспользовались бы случаем и переломили бы ситуацию в свою пользу. Не важно кто: Нейв, Шель, Рикки или даже Джинни… Любой из них обезвредил бы противников, пока господин директор собирает свои многочисленные лапки, что само по себе непривычно для человеческого сознания, однако, ни Падма, ни, уж тем более, Барти не делают ничего, и все, что остается юной вороне – это сокрушенно вздохнуть и признать, что план ее провалился. «А жаль… Это была неплохая мысль… И из противников только Флора… Барти бы точно не стал рисковать. Но увы…» Форс останавливается и оборачивается на голос директора. «Быстро. Ты и правда большая умница». Волшебница даже кивает Сэлвину, мол, все в порядке, не стоит тревожиться, и послушно делает пару шагов назад, замирая как раз между Патил и раздраконенным господином директором. Да, теперь им точно будет не просто вырваться, но, ради многих, стоило и рискнуть. Нэн ободряюще улыбается Падме и аккуратно сжимает ее ладонь, стремясь поддержать пошатнувшуюся уверенность старосты. «Не бойся. Мы найдем выход». Девушка глубоко вдыхает, пытаясь ухватить хаотично снующие в голове мысли, цепляется за догадку и уже начинает распутывать пришедший на ум клубок, но тут…
Профессор Снейп вновь обращается к нарушителям и лжецам. В его голосе и интонации уже нет снисходительных ноток, свойственных родителю, что пытается навести свое нашкодившее чадо на какую-то умную мысль. Он говорит твердо, ядовито и зло, требуя и приказывая, а не прося и не предлагая. «Десять секунд на то, чтобы объяснить Вам… Объяснить… Да как Вы смеете!» Форс и сама не замечает, как снова оказывается между директором и Патил, и как сжимает руки в кулаки, ловя чужой строгий взгляд. Страшный? – Как бы не так! По крайней мере, не здесь и не сейчас. Этим днем юной ведьме отказывает даже благоразумие, столь свойственное синему факультету. В какой-то миг Нэн даже думает, что шляпа ошиблась, не отправив ее на Гриффиндор, но мысль эта теряется в незримом водовороте эмоций и чувств, где за первое место борются отчаяние и сострадание. Девушка промолчала бы, не коснись репрессии малышей, но сейчас, когда дети заперты в подземельях, сознание Форс снова и снова возвращается к ним. Она помнит их имена, знает самые сильные страхи, и не сомневается в сокровенных мечтах. Все они хотят жить без войны, и ребята Отряда их прячут, закрывая и защищая. Дети делают то, что не делают взрослые, а раз так, то какое право требовать имеют профессора теперь? Кто они? Покорные пешки Кэрроу, боящиеся открыть рот? Волшебница поджимает губы и злобно щурит глаза. И правда маленький хищник, застывший перед свирепым и сильным врагом.
- Запрещаете… Требуете… Да как Вы смеете?! – в обычно тихом и как будто нездешнем голосе Нэн еще угадывается уважение к собеседнику, однако, убежденности и решительности в нем явно больше, равно как и чувства собственного достоинства, - Вы, человек, что не в силах требовать и приказывать собственным заместителям и профессорам?! Или что? На них Ваша власть не распространяется, и теперь Вы пользуетесь моментом, отыскав подходящую добычу?! Десять секунд… Десять секунд, чтобы объяснить, что происходит здесь… Десять долгих секунд, в которые прямо сейчас обрывается чья-то жизнь… Как Вы можете что-то требовать?! Как Вы можете стоять здесь и делать вид, будто бы пропавшие вдруг студенты важнее тех, кто сейчас умирает и просит о помощи?! Опомнитесь, наконец!! Проснитесь сейчас же! Сколько еще детей должно умереть в этой проклятой Школе?! Скольких еще Вы готовы похоронить?!
Нэн машет рукой, не давай вмешаться Барти и Падме и во все глаза глядит на директора, застывшего точно мраморное изваяние, бесстрастное, искаженное, неживое. Такое не двинется с места, не побежит защищать, предпочтя отмахнуться и отстраниться, но нет… В этот раз она не позволит мистеру Снейпу закрыть глаза. «Игры кончились… Вот только мы давно уже не играем… Мы пытаемся жить! Жить, драккл Вас дери! Дети пытаются выжить! Дети!!! А Вы стоите и смотрите!» Девушка смаргивает слезы, резко вскидывает руку и наотмашь бьет своего визави по лицу, чтобы после услышать, как гулко звенит тишина, и как меркнут в молчании звуки. Немая сцена. В ужасе распахнутые глаза. Беззвучно шевелящиеся губы. Несколько шагов назад. Кивок отрицания. Бессилие. Паника. Неверность и непокорность тела. Форс дрожит, нервно вдыхает и, не совладав с собой, падает в обморок.

+3

24

Патил, как всегда, слишком много думала и катастрофически мало делала. Ее в очередной раз подводила привычка анализировать, просчитывать все возможные варианты, строить теории... Слишком, слишком много мыслей для пары судьбоносных мгновений! Обстоятельный, осторожный подход помогал в изучении наук, но не в жизни, которая, казалось, вот-вот начнет утекать сквозь пальцы...
В голове Падмы вихрем носились сотни возможных ответов на высказанные директором школы подозрения. Можно было ответить так, или эдак, а быть может, и вовсе по-другому... Или, возможно, стоило просто атаковать? Во всяком случае, момент для решения проблемы дипломатическим путем, похоже, испарился пару минут назад.
Волшебную палочку Падма не убрала, несмотря на прямое указание. Руку она опустила, однако, в расслабиться уже не смогла, да и не захотела. В любую секунду Патил готова была вскидывать палочку и применять заклинание. Любое. Возможно, даже непростительное. Не даром же Кэрроу им всех подряд учили...
— Я с первой минуты и пытаюсь Вам рассказать про яд, сэр. При всем уважении, это вы меня не... — слишком ровный, слишком тихий, слишком неискренний ответ старосты вдруг заглушил голос Нэн. Патил даже опешила на долю секунды: ей-то казалось, что Форс, как и Луна Лавгуд, остается спокойной в любой ситуации. А выходит, что нет.
Падма быстро стрельнула взглядом по Флоре и Барте. Слизеринка, слава Мерлину, временно перестала быть угрозой. А вот Селвин еще вполне мог что-нибудь выкинуть...
Хлопок и гулкая тишина. Произошедшее настолько неожиданно, что даже у Патил не получается это анализировать. Она просто вскидывает волшебную палочку (ах, да, ей же запретили...) и меняет направления падения тела Форс. Затылок Нэн не встречается с полом. Вместо этого невидимая сила заставляет хрупкое тело падать в сторону Селвина. А тому уж остается либо ловить сокурсницу, либо поспешно шарахаться.
«Это самое нелепое начало военных действий из всех возможных», — откуда-то из глубин подсознания всплывает цинизм. Такой ядовитый, что едва ли не жжет Падме язык по-настоящему.
Хогвартс уже пережил все крайности военного времени, кроме самой главной: противоборствующие стороны еще не убивали друг друга в открытую, посреди школьного коридора. Расправы палачей над жертвами случались, жестокие драки бывали, даже покушения — но не простой, смертельный бой.
Сегодняшняя стычка, в которой все, в общем-то, понимали, кто на чьей стороне, могла бы стать отправной точкой. Моментом, когда враждующие стороны друг друга в открытую истребляли бы, резали... Не хватало только того, кто возьмет на себя бремя первого напавшего.
У Падмы недоставало запала. Нэн, при всей своей смелости, не была убийцей в принципе. Флора пока считала кирпичи на стене, а зачем бы Барти стал завязывать бой, Патил даже не знала. Получалось, что спичку к пропитанной керосином атмосфере подносить должен был директор Хогвартса.
Падма перевела взгляд на профессора Снейпа. Сжала пальцы на рукояти волшебной палочки — хотя, казалось бы, куда уж крепче. В эту минуту ей почему-то стало спокойнее. Возможно, из-за того, что здравого смысла она сегодня не послушалась. И, хотя в голове мелькали мысли ударить первой, причинить кому-то реальный вред, рука у нее не поднялась.
Это наивно, непрактично и глупо. Не в духе рассудительной  Падмы. Однако, после всех споров и примирений с ребятами из О.Д., Патил уже начала понимать: если их сторона правая, то они не бьют первыми. Просто потому, что бить в принципе не правильно. А значит, не в их стиле. Они же не те, кто любой ценой победит. Они те, кому нужно остаться собой. Проиграть или победить, но, во всяком случае, на своих собственных условиях...

+3

25

А дальше начался какой-то полный сюр. Заклинания, профессор Снейп-паук (правда, с этим он быстро разобрался, разумеется, и никаких таких уж ужасных последствий пока это за собой не повлекло), Флора, которая начинает вести себя странно, Нэн, которую профессор просит вернуться обратно. Вполне заслуженно, конечно. Барти вроде дернулся попросить не терять на это время сейчас, но Форс остановила любые его поползновения своим жестом и он понял, что лучше не вмешиваться.
И тут её прорывает снова. Очередная тирада, полная боли, ненависти, злобы и бессилия, и Барти даже немного жалко Нэн. Не тех детей, которых собирают группами, пытают где-то в Подземельях, не тех, на кого объявили охоту Кэрроу, а саму Нэн. Ему было почти плевать на то, что его не касалось, но вот эту боль бессилия, когда ничего не можешь сделать, когда понимаешь, что твоих сил не достаточно, он прекрасно понимал. В конце концов, он испытывал тоже самое не так давно - эту злость на весь мир вокруг и самого себя. Ведь считал, что мог всё изменить, исправить, не допустить... И только потом понял, только сейчас - не мог. Ни черта он не мог. И Нэн, боевая, такая хрупкая на вид, но с огромной воинственной душой, сильная изнутри, тоже не могла. Да никто не мог. Даже директор не мог. И все присутствующие должны были это понимать. Мир, быть может, и не падет под натиском Лорда и его приспешников, но он уже прогибается в эту сторону. Глупо отрицать очевидное. Даже те, кто мог бы чем-то помочь, бездействуют. Ни хваленого Поттера с его друзьями, ни кого-то еще даже видно не было. О чем это говорило? Все уже сдались. Вероятно, именно об этом. Остальным пора было признать, что чем меньше они сопротивляются - тем меньше пострадают, и не пытаться решить вопрос силой. Сэлвин не собирался кого-то в чем-то убеждать, но был глубоко уверен в том, что его мнение правильное. Он не видел причин бороться. Только не теперь. Возможно, у кого-то они еще оставались, но пока никто не мог убедить его в их состоятельности. И не пытался, потому что, вероятно, не считали это нужным.

Пока Падма замедляет падение Форс, Барти успевает шагнуть вперед, чтобы подставть руки и поймать сокурсницу под руки, осторожно усаживая к ближайшей стене прежде, чем привести её в чувство взмахом палочки.
- Оживи! - шепнул он, присаживаясь рядом на корточки, чтобы Нэн не стала резко дергаться от неожиданности и не порывалась куда-то встать.
- Я думаю, кому-то лучше проводить Нэн до больничного крыла, а кому-то пойти с профессором, не так ли? - уточнил он, поднимая взгляд на остальных. Разумеется, директор скорее всего захочет, чтобы и Патил, и Нэн оставались у него на виду, потому что, судя по всему, он понимал, что эти двое о чем-то догадываются, но после обморока девушке точно нужен был осмотр мадам Помфри. Скорее всего, конечно же, ничего страшного не произошло - это был просто сильный эмоциональный всплеск, от которого такое случилось, но лучше было заручиться поддержкой колдомедика. В конце концов, кто-то же должен играть за команду в следующем году! Барти не собирался вот так просто разбрасываться игроками направо-налево.
- Мы и так слишком долго тут стоим, из этого ничего путного не выходит, как получается, - он пожал плечами, поясняя то, что его призыв к действию - не попытка кого-то выгородить. Как только всё здесь закончится - он, вероятно, изменит свой маршрут и попробует найти Дафну где-нибудь у Подземельев. Она-то точно всегда его выслушает.

Отредактировано Bartholomew Selwyn (2018-08-06 22:06:23)

+3

26

Ложь не порок, особенно когда она идет на благие цели. Но ложь правильная, продуманная, такая, к какой не придерешься. Блеф это высший артистизм и самая вершина мастерства. Только так и только такая она идет во благо и не приносит вреда. То, что слышал волшебник от старосты Орлов, не тянуло не только на мастерство, но и даже на продуманно. От такой грубой и резкой лжи уши сворачиваются в трубочку, а мозг вопит от эмоционального насильственного надругательства. Хотелось просто высказать все то, что итак очевидно каждому и прервать весь этот дешевый фарс, выполнить все то, что он обязан был, как директор и доверенное лицо новой власти, но проделать все нужный телодвижения значило бы лишить шанса тех, кто имеет права сопротивляться. Он не имеет права. Со стороны, скорее всего, все его размышлении и попытки смотрятся жалко. Он понимает это и сам. Но когда находишься на месте самоприговоренного слишком поздно думать о репутации. Да и думать почти уже не о чем.
Глаза мага внимательно изучали младшую Кэрроу. Девочка пыталась что-то объяснить, но ее сознание постоянно путалось и сосредоточиться у нее не получалось. На лицо все клинические признаки Конфудуса. Каждая новая попытка только подтверждала догадку.
- Мисс Кэрроу, постарайтесь сосредоточиться, - посоветовал маг, направляя палочку на Флору, чтобы облегчить ее состояние. Голос падмы звучал за его спиной и посмотрите-ка только, она еще пыталась обвинять его самого. От самозащиты растревоженная собственной ложью девчонка перешла в нападение.
- Я вас не слушаю? – на время отвлекаясь от своей подопечной, резко высказался Снейп – Ну же, постарайтесь переложить ответственность на чужие плечи, вот только прежде подумайте, как это выглядит. Вы знаете про наличие яда, но молчите до тех пор, пока не случилось несчастья. Вы не пытались  его предотвратить. Знаете как это смотриться, мисс умница? Как будто вы пытаетесь отмести от своей пятой точки проблемы.
Он хотел сказать еще что-то, но тень мелькнула рядом с ним. Весьма раздраженная тень. Она много говорила. Она вела себя очень нервно.
- Вы забываетесь мисс Форс. Минус 50 баллов с факультета. За вашу дерзость и минус еще 50, за.. За что он сказать уже не успел. Обвинения, произнесенные звонким голосом отталкивались от его темной души. Они были горячими и оставляли на ней ожоги. Все так на виду, но так скрыто. И .. Холодная ладошка обожгла кожу щеки. Маг не предвидел такой смелости от этой девочки. Вправду, кажется она и сама не ожидала от себя ее. Хлопок.. Боль… гнев волной накрывает его тело, а в центре щеки загорается пульсирующее нечто. Оно живо  и требует ответа, а в это время смелая малышка пошатнулась и обмякла. На руки Сэлвина. Кажется ее подтолкнула Падма. Быстрым взгляд скользит по лицам детей. Одно бессмысленное, одно едва живое, одно смышленое. Именно не нем читается то, что принято называть состраданием. Маг на интуитивном уровне считывает информацию, сочащуюся с этого молодого человека и ощущения ему не нравятся, но он подумает об этом позже
-  считаю, что ваше предложение вполне разумно. Проводите мисс Форс до мадам Помфри, проследите, чтобы она осталась в крыле до моего там появления. Мисс Кэрроу, держитесь рядом со мной
И только после этого маг встретился глазами с той,  что кажется бросала ему вызов прямо сейчас. Внутренне Снейп усмехнулся
- Я вижу, вы не слышите моих указаний. Я просил вас убрать вашу палочку. – резко выбросил фразу в лицо девушке маг. И тут же мир вокруг погрузился во мрак. Видимо кто-то использовал пресловутый порошок мгновенной тьмы. Решать проблемы в такой ситуации было не реально.. Удерживая за руку наследницу двух профессоров, маг высказался
- Мисс Патил, жду вас в своем кабинете через час. Там мы решим вопрос о целесообразности вашего назначения на должность старосты. И поговорим о вашей ответственности.
Мисс Кэрроу, пойдемте. Без света ближайшее время нам здесь делать нечего

+1


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных сюжетных эпизодов » [12.04.1998] Закрой глаза или уйди