Escape The Fate – W. Belby [23.10]
Redemption – D. Malfoy [24.10]
Stand as one – R. Montague [25.10]
Demotion – S. Snape [24.10]
Tower defense – O. Harper [25.10]
Just cause – R. Lestrange [25.10]
Darker than dark – E. Rosier [25.10]
Liberator's might – Z. Smith [23.10]
1281 1038 1089 991
Самым очевидным было решение поскорее доехать до конца и отправиться домой. Пока по следу двух английских беглянок не вышел поисковый отряд. Не успели.читать дальше
в игре апрель - май 1998

HOGWARTS. PHOENIX LAMENT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных сюжетных эпизодов » [12.04.1998] Крик в ночи


[12.04.1998] Крик в ночи

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Крик в ночи
http://funkyimg.com/i/2HymK.png

› Участники: Дафна Гринграсс, Астория Гринграсс, Анастасия Эйвери, Трейси Дэвис, Гораций Слагхорн + нпс
› Место: Подземелье Слизерина

› Время: после ужина
› Погода: Ваш ответ.

Вечером подземелье Слизерина встревожено криками.

* время после ужина свободно для всех Слизеринцев, вы оказались в общей гостиной факультета.
** Каждый десять минут слышны крики из подземелья, возможно, усиленные заклятием.
***Политику поведения каждый выбирает сам, несколько слизеринцев собрались на вылазку в подвал, их мотивы пока неизвестны

0

2

В Хогвартсе становилось очень неспокойно.
Конечно, досадные случаи самоубийства в школе грозили студентам постоянно: зазевался на Лестнице - упал и сломал себя в четырех местах; почесал не ту ручку не той двери - случайно выпустил горного тролля, который тебя убил; взял чужую кружку с какао - остался без половины лица; подмигнул в приподнятом настроении Алекто Кэрроу - обнаружил себя подвешенным в подземельях за большие пальцы ног. И далее по списку.

Школьные пытки, по которым раньше так скучал Филч, очевидно, возобновились, делая Хогвартс чуть более жутким, чем до каникул. Дафна, слушавшая чьи-то периодические крики в полупустынной гостиной Слизерина, была нервозна, собрана и крайне неспокойна, прятала глаза за свеженьким номером Ведьмополитана, но кидала тревожный свой взгляд куда-то в сторону Астории - как будто догадывалась, что за мысли снуют в светлой голове гринграссовского Солнышка. Дафна надеялась, что сестра, чаще всего не склонная делать глупости, не изменит своим принципам и сейчас. Конечно, тот факт, что за попытку отравления близнецов Кэрроу сейчас где-то в катакомбах замка творят непотребства со студентами, не внушал надежды - несправедливость и негуманность не терпели обе сестры Гринграсс, но там, где Дафна могла смалодушничать и хитро заткнуться, Асторию могло понести. Меньше всего на свете ей сейчас хотелось рвать на клочки обидчиков семейства; она сделает это в любом случае и при любом агрессивном раскладе, но именно сейчас нутро подсказывало ей, что воевать против всего слизеринского террариума опасно. Тревожно сосало под ложечкой от каждого вскрика - за изумрудными тяжелыми балдахинами по углам шушукались о том, что на "допрос" забрали какого-то слизеринца-четверокурсника. Никто не был в безопасности, и оттого адреналин смешивался в крови Дафны в гремучую смесь, пробуждая в ней некоторую резкость, властность и обыкновенно спящий инстинкт слизеринской мамочки. Так и сейчас, завидев группку студентов, направляющихся к двери из относительно безопасной факультетской гостиной, Гринграсс поспешила вмешаться:

- Не лучшее время для прогулки за какао на кухню, маленький отряд самоубийц. Прижмите свои задницы и сидите тихо как мышки. Профессор Слагхорн все контролирует, - соврала Дафна. Она не имела ни малейшего понятия, что там контролирует их декан, обыкновенно до трясучки боящийся всего, что связано с Темным Лордом или наказаниями, но верить в лучшее бессовестно хотелось, - и ему будет гораздо легче вручить вас после экзаменов мамочке целыми и невредимыми, если сейчас вы заткнете своих внутренних гриффиндорцев и останетесь в своих спальнях.

Отредактировано Daphne Greengrass (2018-06-25 12:08:46)

+3

3

Книжки стали выручать куда больше - они всегда были большим подспорьем. Да, сейчас Астория читала куда меньше книг по рунам - уже много времени прошло, но еще было в них что-то тоскливое и печальное, как песни соловьев в Гринграсс-паласе. Книг по мермишу меньше в разы, еще бы, не каждый готов спускаться на дно холодных и мрачных шотландских озер, чтобы отличать наречие мерроу от говора сексапильных русалок из теплых вод Греции, но они, и книги, и морской народ, интересные и не менее сложные. Астория поглаживает страницу, словно это ласковый котенок, едва заметно улыбается и поуютнее устраивается на диване.

А потом она слышит крик и режет палец о бумагу. Котенок укусил. Спокойствие прервано.

Сложившаяся в школе ситуация - это уже не объявление войны, это натуральная война. Натуральная война с детьми. И Гринграсс слышала много  точек зрения: что Пожиратели Смерти не такие плохие, они просто делают то, во что верят, что они убивают не меньше, чем сопротивленцы, что Темный Лорд - святой спаситель крови, что Темный Лорд - грязный убийца. И Астория для себя решила, что все, кто говорят, что сторонники режима убивают не меньше, чем его противники, либо глупые, либо лжецы, либо трусы - но чаще всего все вместе. Потому что они прячутся. Пытаются сравнивать, пытаются выгородить себя - а надо быть как-то взрослее, признавать свои ошибки, признавать свои идеалы, бороться за них. Потому что идеалы, за которые ты не хочешь бороться - никудышные и ничтожные. Она понимала, что многие вынуждены быть на стороне Темного лорда - потому что он очень сильный и очень беспринципный. Кто-то бы назвал его воплощением зла, но младшая из дочерей Патера Гринграсса знала, что нет однозначно добрых и однозначно злых людей. Добро и зло - понятия относительные, это ты очень быстро узнаешь именно на Слизерине, потому что все тебя считают уродом, который спит с собственными братьями и сестрами ради сохранения чистоты крови. Немного категоричное описание, но некоторые и такое думали. И локальное солнце подземелий, что удивительно, умудрялось найди подход к каждому, отчего ее в подобных вещах обвиняли реже. Поэтому от очередного крика она вздрагивает и едва заметно вжимает голову в плечи. Это нечестно. Это ужасно. Добро и зло - относительные константы, но есть же правильные вещи и неправильные. Заставлять детей страдать - это неправильно. И если она скажет об этом вслух - ее могут сдать. Мама с бабушкой не переживут. И Деметрию могут сделать больно. Сначала Дафне, она ближе всех, а потом цепкие пальцы местных надзирателей доберутся до всей семьи. Поэтому нельзя встать и разобраться самой, нельзя вмешаться. Нужно быть тихой. Позиция трусливая и лицемерная, отчего все было очень сложно, неприятно и больно.

- Дафна права, - Гринграсс тихо поднимает глаза от книги и крепче вжимается в диван, после чего тихо шипит в сторону сестры, - за исключением того, что Слагхорн что-то контролирует. Чушь, он зарыл голову в песок и трясется, - потому что да, Тори это не нравилось, декан их был старой рохлей, неспособной бороться толком за своих детей, тогда как, например, декан Гриффиндора храбро расправляла плечи и поддерживала своих студентов, Гораций и этого не мог, но в любом случае это так, ее собственные демоны, после дебатов с ними она слабо и как-то болезненно улыбается "отряду самоубийц",- если причиной выхода не является что-то, ради чего вы готовы отдать жизнь свою и своих семей - лучше оставайтесь здесь.

+3

4

- И проследите, чтобы никто, кроме тех, кого вызвали или еще вызовут, не покинули стен гостиной до самого утра, мисс Эйвери. Это поручение профессора Кэрроу.
- Конечно, мистер Филч, – Настя закатила глаза за спиной завхоза, который уже развернулся и побрел куда-то по коридору прочь, жутковато лязгая огромной связкой ключей, что призрак утопленника, который жил в дальнем коридоре слизеринского подземелья. Туда обычно никто не ходил, но лязг его цепей иногда был слышен у входа в гостиную. От этого звука у первоклашек глаза округлялись в ужасе и волосы дыбом вставали, да и у семикурсников бывало случались непроизвольные мурашки от противного скрежета. И как-то призрак, который, по идее, был проницаем со всех сторон, и не обладал какой-либо физической оболочкой, мог издавать своими призрачными же цепями, хоть какой-то звук при контакте тех с полом? Загадка, да и только. Впрочем, изучать призраков Эйвери не собиралась, посему готова была предоставить этот момент кому угодно, только бы не забивать этим вопросом голову собственную. Ей оно зачем?
Следуя указаниям, полученным представителями Инспекционной дружины, она вернулась в гостиную, вооружившись своей фамильной стопкой, трансфигурированной в изящный серебряный бокал. Дал бы кто вина – она бы, разумеется, не отказалась, но это было бы слишком наглым решением, поэтому внутри у неё всего лишь плескался её любимый вишневый сок.
Опустившись поперек кресла и свесив ноги через один из подлокотников, Настя делала то, что умела делать очень хорошо – не делала ничего, но при этом делала вид, что ужасно занята.
Даже прошествовашая мимо неё кучка не была удостоена слишком уж много внимания, хотя бы потому, что собиралась только Эйвери открыть рот, её опередила Дафна. И это было просто прекрасно, потому что Анастасия, стараясь не прислушиваться к крикам где-то в глубине подземелий, не хотела прислушиваться и к другим звукам. Её не слишком это пугало, но, всё же, было исключительно неприятно это слушать.
- Астория, ты драматизируешь! – Энни поболтала бокалом в воздухе с таким видом, как будто они были на светском рауте, а не заперты в факультетской гостиной по соседству с каким-то плацдармом для пыток, или что там еще было. – Едва ли этим детишкам и уж тем более их семьям сегодня что-то угрожает, потому что их никуда не вызывали. Но если они попробуют выйти, тогда да, возможно, им буду угрожать я. И мне велено рассказать об этом Филчу, который, к слову, ушел как раз куда-то в ту сторону, откуда сейчас… вот это вот всё, – она ткнула пальцем в стену, из-за которой послышался очередной вскрик. - Не имею ни малейшего желания искать его там. И вам не советую.
Девушка скривилась, теряя к потенциальным беглецам всякий интерес. Слизеринцы обычно отличались достаточной сообразительностью (если, конечно, речь не шла о каком-нибудь Крэббе), чтобы принять её слова во внимание и передумать уходить.
- Профессор Слагхорн мог бы пригодиться только с одной целью сейчас – наложить заклинание тишины на всю гостиную. Какого дракла мы должны это слушать?
«Анастасия, юные леди так не выражаются!» - сказала бы сейчас её мать Мария, но Марии тут и не было.
- Интересно, будут ли доносить произошедшее до Министерства, как думаете?
Если это дело отдадут хит-визардам, то в замке появится Рэй, который хоть и подал в отставку с неделю назад, всё еще дорабатывал какие-то там положенные дни и уж точно не упустил бы случая повидаться с сестрой. Новости из дома были очень неспокойные, и, если судить по последнему письму матери, брат с женой вовсе собираются покинуть страну. Настя была очень обижена этим фактом где-то в глубине души, но внешне сохраняла абсолютное спокойствие и пофигизм.
- В плане, может быть, к нам пришлют парочку тех авроров, чьи прекрасные мордочки и не менее прекрасные торсы мы имеем удовольствие созерцать в известном заведении?
Анастасия тряхнула волосами, собранными в высокий хвост, и задумчиво прикусила губу, замолчав. Казалось, будто её совсем не беспокоит происходящее и в целом в замке, и вокруг неё в данный момент.

+3

5

Хорошо, что Дэвис ни с кем не дружила. Одиночество берегло её, избавляло от бремени сочувствия. Трейси не собиралась жалеть тех, кому сегодня не повезло. Да и с чего бы вдруг? Если бы беда приключилась с Дэвис, никто бы не дернулся ей на помощь. И она это считала правильным. Потому сейчас и занималась своими делами, игнорируя посторонние звуки.
Ну, крики и крики. Разве это что-то новенькое для Хогвартса? Стараниями Алекто Кэрроу, студенты в течении года успели услышать три миллиона двести шесть вариантов воплей. Во всех тональностях и вариациях. Настоящий концерт, воспевающий страдания. И сегодня ещё одно шоу, пусть и порядков приеевшееся всем, ввиду отсутствия оригинальности в постановке... 
Дэвис расположилась на одном из диванов, попутно оккупировав целый стол. На деревянную поверхность девушка водрузила свой Чистомет-11 и набор по уходу за метлами. Пока сёстры Гринграсс шелестели страницами, а Эйвери чем-то там булькала, Трейс занималась своими делами. А именно: бархатной тряпочкой растирала по древку метлы мазь из аконита и белладонны. Из-за этого вокруг девушки отчетливо ощущался травяной флер. Не отвратительный, но слегка резковатый. Впрочем, в общей гостиной даже вся квиддичная команда могла бы мазью для метел вонять. Запах всё равно перебивался различными сквозняками, благодаря чему душно в здесь никогда не было. А вот в уютной девчачьей спальне от сладковато-прелого аромата белладонны все бы точно немножко умерли. Потому Дэвис и не полировала свою метлу на кровати у Милли Булстроуд, физиономия которой от аллергии несимпатично краснела и отекала. Ведь, вопреки расхожему мнению, Трейси вовсе не стремилась всем и каждому испоганить жизнь. Напротив, временами Дэвис бывала вполне себе тактичной и внимательной.
Иногда я задаюсь вопросом... Мммм... Что с нами станет потом? Едва слышно затянула Дэвис. Она даже головы не повернула в сторону ребят-сумасбродов и практикующихся в материнстве девочек. Знай себе, полировала метлу, да мычала тихонько мелодию песни «Keep talking»*. Как будто её происходящее не касается. Потому, что пока и правда не было смысла вмешиваться.
Наследие пожирателей смерти роптало и сомневалось? Отлично, выходит, их мозги всё-таки не засыпаны прахом прапрабабушек. Но, есть выводы и решения, до которых люди могут дойти только сами. Без помощи посторонних, выросших в иной, более гибкой и динамично развивающейся культуре — сами!
Дэвис не собиралась никого агитировать или же уговаривать. Ей казалось очевидным, что Слахгорна, ежели его бездействие не по нраву, следует не обсуждать за глаза, а трясти. Прямо в деканском кабинете, стоять и стучать модной туфелькой по столу, призывая хоть к каким-то действиям. Трейси могла бы вмешаться в чужой разговор и именно это девочкам посоветовать. Но Дэвис подозревала, что на неё, в случае чего, настучат в первую очередь. А потому не пыталась кого-либо ткнуть носом в очевидные выводы.
Да и кроме того, ей-то живой и здоровый декан был нужнее, чем попавшие под раздачу студенты. Слахгорн мог написать своему звездному выпускнику-квиддичисту, выбить талантливой выпускнице право на участие в отборочных соревнованиях сильной команды... Одним словом, отличный декан. Самый что ни есть подходящий для серпентария имени Салазара Слизерина.
Дэвис едва заметно ухмыльнулась и продолжила натирать метлу. Мелодию маггловской песенки она продолжала мычать, но всё тише и тише. Так, чтобы и фразы девчонок слушать.
И всё-таки хорошо, что друзей у Трейс не было. Уж очень плохо эти человекобалласты влияли на жизненные возможности.
* Keep talking - песня группы Pink Floyd из альбома 1994 года

+2

6

- Вы, - ни приветствия, ни обращения по имени – очень в духе Кэрроу, - сделайте так, чтобы никто из ваших студентов не покинул гостиную этим вечером, - даже произнося невинную по своей сути фразу, Алекто Кэрроу будто угрожала ему, весь ее надменный вид угрожал и давал понять, что права на ошибку, на мягкотелость у декана Слизерина нет, - никто кроме тех, кого позовут, - многозначительно добавила женщина и Гораций почувствовал, как у него засосало под ложечкой.
Быть деканом Слизерина не так просто, как могло показаться кому угодно в этом замке. Он еще не знал, что будет происходить этой ночью в подземельях, но о сне даже не думал. Он, конечно, мог запереть гостиную Слизерина до утра, полномочия декана такое позволяли, но поступать так считал неуместным. По мнению Горация уж лучше было наведаться в гостиную, поговорить с собравшимися там, объяснить хоть что-то, что декан мог им объяснить.
Слагхорн понимал, что неумелая и попросту глупая попытка отравить Кэрроу еще не раз им всем аукнется, сотрясет замок криками, омоет древние стены кровью и слезами. Понимали это все и, кто как мог, старались уберечь детей. Слизеринцам повезло больше, у них кредит доверия от Пожирателей Смерти был большим, и все-таки не бесконечным. Гораций знал, что вызвали какого-то чертверокурсника, и именно это подтолкнуло его идти в гостиную. Там он мог попытаться сделать хоть что-то.

Он вошел ровно на словах Астории и не спешил обнаруживать свое присутствие, прислушиваясь к разговору школьниц и с удовлетворением замечая, что радикально-настроенных, готовых бросаться на амбразуры среди присутствующих нет. Кто-то пытался робко покинуть гостиную, но встретил здравый отпор старших товарищей. Все-таки у Слизерина была своя прелесть – не стоит ожидать не обдуманных поступков. По крайней мере Гораций очень хотел в это верить.
- Астория права, - наконец заговорил декан, - я ничего не контролирую, потому что стихию контролировать невозможно. А еще я запрещаю всем и каждому покидать гостиную, чтобы не происходило, - Слагхорн выразительно посмотрел на «отряд самоубийц», пыл которых уже несколько поугас, они не пытались даже вступать в полемику.
- А вот заклятье тишины я наложить не могу, мисс Эйвери, - он даже не смотрел в ее сторону, каким-то блуждающим взглядом изучая пространство некогда родной гостиной, - эта магия здесь не работает, поэтому нам всем придется запастись выдержкой.
Гораций и сам не слишком верил в то, что пресловутая выдержка поможет выдержать чужие крики, рыдания и повизгивания, но его задачей было не допустить еще большего буйства, не позволить в это вмешаться слизеринцам, уберечь хоть кого-то. Но у него уже практически не было уверенности в собственных силах. Оставалось надеяться, что этой ночью хотя бы никого не убьют…
- Ма-а-а-а-а-а-м-а-а-а - протяжно-угасающее завывание разрезало на мгновение повисшую тишину.

[NIC]Horace Slughorn[/NIC][STA]Кошма-а-а-ар[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/2pDMV.gif[/AVA][SGN]http://funkyimg.com/i/2pDMW.png[/SGN]

+2

7

- О, Мерлин, у нас тут что, клуб осуждающих Горация Слагхорна? - Дафна показательно устало закатила глаза, услышав сноп недовольства, летящий в декана. Она еще не знала, что тот зашел в гостиную и слышал каждое их слово, не пыталась выслужиться или втереться в доверие - скорее, считала неразумным гнать бочку на, возможно, единственного в этой школе взрослого, бывшего целиком и полностью на их, студентов, стороне. Да, молчаливого, втянувшего голову как маленькая напуганная черепашка, но лояльного своему факультету, - Прекратите, это мерзко. Никто не обязан за нас умирать.

Дафна не лицемерила, но по-своему оправдывала декана. Безумием было бросаться на амбразуру за каждого студента, схлопотавшего по шее от сильных времени сего - так, к примеру, делала профессор МакГонагалл со своими львятками, и где она сейчас? Что-то не похоже, чтобы гриффиндорцы были целы, невредимы и счастливы, вольготно распоряжаясь своим положением  школе - нет, их загнали в угол и прессовали по-черному, не давая продыху, за то, что те глупы и не слышали не только о тактике поддавков, но о гамбитах, обманных маневрах и вранье. Дафна не была поклонницей треша и анархии, творящихся нынче в Хогвартсе, более того, не допускала звериных подходов близнецов Кэрроу и была настроена скорее воинственно и оппозиционно, чем терпимо, но прекрасно понимала, что тактика слез, соплей и попыток взять подземелье штурмом - та еще идиотия. С пытками, проводимыми где-то за темными холодными коридорами, безусловно нужно было что-то делать - но по-умному, без геройства, эмоций и дурости. К сожалению, окружающая обстановка не благоволила - мурашки бежали по коже мисс Гринграсс от каждого резкого вскрика или всхлипывания. Страшно было подумать, как переживают все происходящее младшекурсники.

- Профессор, родители студентов и попечительский совет знают о... методах воспитания, практикующихся в школе? - тактично поинтересовалась Дафни, откидывая каштановые кудри назад и неловко сжимая плечи после очередного хриплого вскрика откуда-то из глубины подземелий. - И, полагаю, нужно как-то отвлечь от этого всего младшекурсников. От всех этих криков и умом двинуться недолго. Эй, Дэвис, ты же знаешь все эти стремные маггловские страшилки про тостеры и пыльцу фей, будь душкой, помоги детишкам не вырасти сегодня в законченных социопатов.

Возможно, Дафни просила не того человека - умом она понимала, что с высокой вероятностью Трейси заставит каждого чистокровного слизеринского пончика обмочить свои штанишки от одного упоминания какого-нибудь тетриса или пикачу, но им всем сейчас необходимо было отвлечься - и лишь одна Дэвис была спокойна и невозмутима как черт, что, честно говоря, Гринграсс подкупало.

Отредактировано Daphne Greengrass (2018-07-06 21:09:01)

+1

8

Слова Анастасии заставляют слабо повести бровями. Потому что смотреть на "не вызывали" в сложившейся ситуации стоит с аккуратным "пока". Верить в человеческий разум было сложно и относительно глупо. И это касалось... в основном отбывающих, но ласковое солнышко для каждого своего друга сейчас смотрело на Инспекционную дружину с легким недоверием и сомнением. Даже если там у нее много друзей. Даже если там человек, которого она готова называть братом и беречь ценой собственной головы.  Драматизирует, ага, как же. Практиковать массовые Круцио в Большом Зале - это так, не драма, а легкая комедия с налетом абсурда.

Появление профессора заставляет тихо выдохнуть. Ну, поехали. С высказыванием в лицо претензий у Тори тоже совершенно не было проблем. Слышал? Хорошо. Потому что вот так вот она все видит. Она всегда в принципе предпочитала в отношениях, которые не затрагивают безопасность близких, предельную честность и откровенность. Поэтому она предельно честно и откровенно говорила с друзьями и профессорами, не заискивала, разве что капельку льстила и незримо поддерживала. И если кто-то что-то неправильно делает и мог бы стараться получше - то лучше узнать об этом до критической точки.

- Мы - волшебники, профессор. Контролировать стихию мы умеем. И проблема не в этом, - Астория вовремя придерживает язык за зубками, чтобы не удариться в утверждения о том, что проблема - это то, что контролировать диктатуру невозможно, если ты не являешься непосредственно диктатором.

Во многом потому что нынешний режим - именно диктатура. Есть некоторые поверхностные обстоятельства, которые диктатура может контролировать. Но есть некоторые ценности, которые она не сможет ни постигнуть, ни покорить. Просто если на родном факультете было принято давить в себе ценности более гуманистические, то младшая из сестриц присутствующих предпочитала затенять все то, что считала некорректным и неправильным именно с точки зрения воспитания благородного и благого. Папа и крестный учили, что в жизни может пригодиться любой инструмент, так что выбрасывать из себя плохие черты не стоит. Просто нельзя позволять им воцариться. И стоит просто жить по совести. Очень просто ведь.

- Как минимум родители представителей нашего факультета точно в курсе. И не нам комментировать политику, утвержденную Министерством и проводимую его ставленниками, - говорит младшая из сестер Гринграсс спокойно, сдержанно, хотя вообще-то ни разу с этим не согласна. Но логика диктатуры ей понятна и ясна - не принимается, но понятна. И учитывая общие методы воздействия на неверных и непокорных, а крики в подземелье показатель весьма и весьма говорящий, нужно запихнуть свои принципы себе в глотку и защищать свою семью. Потому что бабушка работает в Министерстве - и она попадет под удар первой, потому что под слово "непокорная" подойдет так же сильно, как "несгибаемая", потому что бабуля у них с Дафной и Деметрием - кремень. Потому что у мамы на руках ребенок, ее нужно беречь. И будущее Дафны нужно беречь. И их жизни. И вообще. Поэтому надо не столько соглашаться, сколько хотя бы сглатывать и молчать. Хотя молчание - хуже неповиновения. Внутренне хуже. Потому что врешь, потому что взращиваешь в себе безразличие, а безразличные люди - это ужасно. Потому что нынешний режим - итог безразличия прежней власти к знакам и очевидным фактам и нынешней - к голосу собственной совести и чести.

+2

9

- Очень жаль, профессор, – Настя пожала плечами, снова принимая вид полнешего безразличия. Раз уж ничего нельзя было поделать, то оставалось только смириться. А смирение с Настиной точки зрения заключалось в том, чтобы не отсвечивать и не позволять внутренним демонам разжигать революцию в душе. Пусть ей даже что-то и не нравилось.
- Всяко лучше, чем ситуация, в которой нам придется умирать за кого-то, – буркнула она. Будучи дошкольницей Анастасия принимала близко к сердцу любой некролог в Пророке или случайно услышанную историю Рэйнальда про какое-то очередное расследование убийства. Иногда даже плакала от того, что умер кто-то, кого она даже не знала. Но в конце концов не то прислушалась к старшим, не то смирилась: смерть неизбежна. Умирает всё живое – цветы, шишуги, люди… Вероятно, домовики тоже, но вот насчет этого Эйвери не была уверена тогда, в детстве. Потому что  доподлинно никому не было известно, сколько в Эйвери-мэноре жила Ёжа, например. То есть, естественно, никому не пришло в голову записать такой факт, как приобретение нового домовика, но ни мама, ни братья, ни даже дед точно не были уверены. Говорили, что всегда она жила в особняке, сколько они себя помнят. А больше спросить было не у кого. Впрочем, до благополучия домовиков ей особо не было дела, она же не вступала во всякие там организации с сомнительными названиями, призванные дать им свободу.
Так вот, смирившись с неизбежным, Анастасия явно сэкономила себе кучу нервов, решив, что если уж какие-либо смерти случаются вне круга её близких родственников или знакомых, то на этот счет можно особо не горевать.
- Дафна, очнись, война в Британии, всё время кто-нибудь умирает, – она вздохнула. – И все мы знаем, что в ней нет «хороших» и «плохих», есть конфликт точек зрения. И пока он не прекратится, не прекратится и это всё, – она взмахнула рукой в воздухе, очередной раз намекая и на очерденой раздавшийся изниоткуда крик, и на вообще, кажется, весь мир не только внутри замка, но и за его стенами. – Но никто с этим ничего не может сделать. Как верно подметил профессор, нам всем нужно запастись выдержкой. И речь сейчас не только о сегодняшнем вечере, но и, возможно, о всей нашей жизни.
Настя посмотрела куда-то в сторону, поднося к губам свой сок, и отпивая, в очередной раз жалея, что внутри серебряного бокала не вино. Глупо полагать, что можно как-то отвлечься от происходящего, глупо пытаться не слышать этих криков, раз уж при помощи магии их не заглушить. Пожалуй, только беруши помогут. Надо найти свою пару в косметичке перед тем, как ложиться спать, а то кто его знает, сколько это всё еще продлится.
- Можешь связаться с Визенгамотом и спросить, – Эйвери нервно хмыкнула, понимая, что, разумеется, большинство из попечительского совета или Министерства если и не знают всего в подробостях, то догадываются. Но так уж вышло, что на их детишек это всё не особо распространялось, поэтому большинству и дела никакого не было до всего этого.
- Если и признавать что-то незаконным, так это учиненное самостоятельно расследование. Законы касательно правопорядка не переписывали, и о ситуации необходимо было сообщить в ООМП, чтобы прислали людей. Ну правда. При всём моем уважении, – она многозначительно вскинула бровь, не слишком уверенная в том, что так уж уважала кого-то из Кэрроу, - Кэрроу и как профессора-то не очень… А уж авроры из них вообще никакущие. Если кого-то это сильно заботит, я могу написать брату и поинтересоваться о том, открыли ли по этому вопросу дело вовсе. Потому что в противном случае это всё еще незаконно, и пока такого закона не приняли, это можно как-то прекратить.
Не то, чтобы ей было какое-то дело до этого всего, ведь и закон могли уже успеть принять, такие вещи иногда делаются за час, особенно последнее время, но если это было залогом её спокойного сна без криков за стенкой – можно было и попу с дивана поднять ради такого дела.

+2

10

О, а декан был тем еще старым чертом! Вошел незаметно, затаился и ждал, пока его имя упомянут всуе. И лишь тогда подал голос из своей табакерки. Черт, одно слово – черт! Типичный слизеринец, даже о своей беспомощности проходит сообщать с артистизмом, продуманно. А по виду простоватый тюфячок, боящийся своей тени и любящий сладости…
Дэвис оставила метлу в покое. Откинулась на спинку дивана, потянулась, зевнула… Напевать волшебница перестала, но на дискуссионный клуб все еще не смотрела. Трейси внимательно слушала, слышала и даже делала выводы. Но вмешиваться просто так, справедливости ради, либо из стадного чувства, она не собиралась.
Для того, чтобы действовать, нужно иметь личный интерес. Или хотя бы желание что-то сделать. Но Дэвис ничего не хотела ни от присутствующих, ни от нуждающихся в помощи. И в ее личную систему моральных ценностей происходящее вписывалось ровно до тех пор, пока в роли палача или жертвы не попадала одна.
- Социопатом быть сейчас очень даже неплохо, Гринграсс. - Дэвис отозвалась, когда к ней обратились. Но шевелиться не стала. Мыльные пузыри и кубит-рубика она парочке бледных первогодок еще вчера сплавила. А сделать больше Трейси не могла.
Ну, то есть, войдя в стан пожирателей и дослужившись до самых верхов, можно решить проблему сверху – без лишней крови и бунтов сменить музыку. Однако, Дэвис рассудила, что с дивана ради такого амбициозного предприятия все же не будет вставать. Не настолько ее возмущает происходящее.
Хотя, видит Мерлин, оно неприятно ей в той же степени, что Дафне или даже Астории. Просто одни жалуются, другие сидят и молчат. Другой уровень недовольства у тех, кто готов умереть за свои убеждения.
- Мой папаша не в курсе. Но, если вдруг его решат грохнуть, то, вероятно, уведомят Круциатусом, - Дэвис коротко хохотнула и тряхнула вьющимися волосами. Во всей ее позе, во взгляде и в голосе явственно ощущалась издевка. Мол, мне не стыдно, не жалко. Хотите – отнимайте хоть маму, хоть папу…
Трейси учили играть в маггловский покер. И блефовать она умела хорошо. А также понимала, что все слабости нужно либо скрывать, либо превращать в достоинства.
- Конфликт точек зрения – это красиво звучит, но идеология для войны, в лучшем случае, служит мантией. - Дэвис подвинулась и похлопала по освободившемуся на диване месту ладонью. - Садитесь, околофилософские дебаты выглядят неэффектно, когда участники дискуссий стоят. Гринграссы, профессор? Храбрые портняшки, а?
Последнее было адресовано сникшим горе-спасателям. Но последние уже явно отползали в сторону спален, так что на радушие Дэвис не реагировали. Ну, да и ладно. Трейси вернулась к начатой теме.
- За точки зрения воют в лучшем случае единицы. Все остальные сражаются за свой личный интерес. Или присоединяются к тем, кто им кажется более вероятным победителем. - а будь иначе, пожиратели смерти бы никогда не имели бы армии. Аристократов намного меньше, чем полукровок. И фанатиками из них становятся далеко не все. Настроение в гостиной Слизерина было тому доказательством: наименее огорченной всем явно казалась Трейси. В то время как представители священного списка спорили, делали печальные глаза… О, вот и решения стали предлагать. Хорошие.
- Я вспомнила, что у меня есть лишняя перьевая ручка… - Дэвис не собиралась нарываться сама. Но, если другой человек хочет решить проблему и даже может при этом себе голову не разбить, то пожалуйста. - Эйвери, хочешь подарок, а?

Отредактировано Tracey Davis (2018-07-12 18:30:55)

+2

11

Они рассуждали здраво, и Горацию было приятно видеть, что на его факультете витают такие мысли. Он видел много поколений слизеринцев, среди которых были разные люди: вполне обыкновенные, безмерно талантливые, а так же бесконечно фанатичные, даже безумные, Кэрроу тоже когда-то были его учениками и ими он совсем не гордился. И вот они прожили целую жизнь, чтобы пытать беззащитных и невиновных детей. Горацию было горько и до дрожи в голосе обидно от того, что в свое время он ничего не предпринял, хотя прекрасно видел наклонности близнецов.
Ему не вполне нравилось то, что говорили сегодняшние слизеринцы, но вступать в полемику Слагхорн не спешил, по крайней мере, они вели себя разумно, замолкали в правильные моменты и придерживались нейтральной точки зрения. Видит Мерлин, только этого хотел Гораций! Только, чтобы его факультет занял позицию не вмешательства, и все же он понимал, что оставаться полностью равнодушными не выйдет. И горше всего ему было от того, что среди нынешних слизеринцев тоже найдутся те, кто сможет сменить Кэрроу однажды. И он не может сделать, как и двадцать лет назад не мог.

Гораций горько усмехнулся, когда Эйвери заговорила про правосудие, законы, способы остановить происходящее. И все-таки дети, пусть сильно повзрослевшие, все еще оставались детьми и часто рассуждали простыми и понятными категориями, не задумываясь, что жизнь – корзина с двойным и даже тройным дном.
- Боюсь, Кэрроу не подчиняются законом правопорядка, их власть несколько иного толка и идет вовсе не от Министра магии, сейчас от него не идет никакая власть, - Гораций печально усмехнулся, вдруг вспомнив Пия, одного из самых слабых студентов своего года, и вот теперь он занял кресло министра, из которого едва ли сумеет выбраться живым, -  а Кэрроу действуют напрямую по указке Того-кого-нельзя-называть или Джейкоба Мальсибера, - Гораций едва заметно пожал плечами и опустился в одной из кресел, понимая, что не сможет оставить своих студентов, когда где-то совсем рядом, буквально за стеной, пытают других детей ради бесполезных признаний.
- К сожалению, сейчас все, что делают приближенные Пожиратели Смерти – законно, - он понимал, что его слова не вызовут одобрения, что его считают трусом и попустителем, при том, что Гораций был всего лишь реалистом. Да, он не был храбр, часто «прятал» голову в песок, но вместе с этим он умел оценивать риски и не ввязывался в то, что в любом случае закончится плохо. Гораций щелкнул пальцами и через мгновение перед деканом Слизерина появилась эльфийка, одетая в вафельное полотенце на манер тоги, уши ее трепыхались, но в больших глазах не было страха.
- Принеси медовухи из моих запасов, - домовушка ничего не ответила, только отвесила поклон, коснувшись ушами пола и с щелчком исчезла, а через несколько минут появилась снова, держа под мышками по одной бутылке медовухи.
- Кто-нибудь хочет? Для лучшего сна… - Гораций взял бутылки у эльфийки и легонько стукнул друг о друга, отчего напряженное молчание в гостиной прервалось тихим звяканьем.
Слагхорн удовлетворенным взглядом проводил спать тех, кто еще недавно собирался бросаться на амбразуру и надеялся, что никого из них не вызовут к Кэрроу. В гостиной остался лишь дискуссионный клуб, состоящий, правда, из одних дам, Слагхорн настороженно нахмурил брови.
- А где Нотт, Малфой и остальные? – Гораций очень надеялся, что эти товарищи спят и ему не придется разыскивать их по темным коридорам подземелья, но Слагхорн вовсе не был наивным и догадывался, что поисков все-таки не избежать.

[NIC]Horace Slughorn[/NIC][STA]Кошма-а-а-ар[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/2pDMV.gif[/AVA][SGN]http://funkyimg.com/i/2pDMW.png[/SGN]

+4

12

Обыкновенно Дафна любила всех своих "змеек" - как любит мать расшалившегося ребенка, который портит стены безобразными рисунками, разливает супы на новенький паркет и не спит в три часа ночи, потому что не хочет. Она прагматично осознавала, что ее слизеринцы могут быть замкнутыми, странными, вредными, уставшими, просто злыми и иногда катастрофически глупенькими, как Крэбб и Гойл - но ее слизеринцы никогда не были скучными, и Гринграсс искренне ими гордилась, даже когда говорила в сердцах, что даже у горного тролля шансов завести подружку больше, чем у Винса.

Но сегодня, несмотря на гнетущую атмосферу и легкий флер ебанутости, что творилась в школе все чаще и чаще, сегодня ее слизеринцы подозрительно Дафну бесили. Вели пространную полемику о законах, Визенгамоте, конфликтах точек зрения и прочих прелестях войны и диктатуры. От всех этих разговоров Дафне остро захотелось выпить, потому что на трезвую голову таких речей она не терпела даже от Кассиуса, а тот, видит Мерлин, был неглуп и в своих выводах кое-что да понимал в этой жизни. И пусть декан так удачно подкатил ко всем собравшимся бутылочку медовухи, увы, Дафна уже пришла к выводу, что меньше всего на свете ей хотелось слушать о политике и том, как у всех связаны руки, вечером после тяжелого учебного дня в компании нервничающих девуль, профессора Слагхорна и Дэвис, которая, по догадкам Дафны, вообще имела высокие шансы оказаться скрытым маньяком. Окидывая взглядом всю собравшуюся на креслах гостиной компанию, Гринграсс задумчиво нахмурилась и выгнула одну бровь.

- Вам кто-нибудь говорил, что вы сегодня - полный отстой? - Гринграсс даже слегка поморщилась от одной мысли, что сейчас приличия ради должна была бы усесться в этот кружок юных политиков и кидаться воображаемыми солдатиками. Она предпочла бы тет-а-тет компанию любого из его представителей: побеседовать об успешных выпускниках и будущем с профессором Слизнортом, издеваться над людьми или спустить чье-нибудь наследство в итальянских бутиках с Настей, говорить по душам с Асторией, каждый раз приятно удивляясь ее уму, или, на худой конец, залипать на тостер дома у Дэвис, пока ее за косы таскает ужасный соседский мальчишка. В глубине своего черного сердечка Дафна искренне любила всех собравшихся в гостиной людей, но их совместная компания сегодняшним вечером нагоняла на нее праведный ужас и старила лет на двести сразу. Очень сложные темы, до свидания.

- Спасибо за предложение, профессор, но последнее, чем я хочу заниматься  свободным вечером - это разводить пустую полемику о ситуациях, которые мы не можем изменить. - и, переводя взгляд на однокурсниц, добавила: - Пока вы не начали раскладывать по слогам такие сложные слова как "война", "идеология", "расследования", "дебаты" и "конфликты точек зрения", я просто напомню вам, что где-то там нашим слизеринцам под ногти раскаленные гвозди загоняют. Пойду проверю, что Забини еще жив. Приятного вечера, я сваливаю.

Дафна развернулась на каблуках и направилась к выходу из гостиной. Конечно же, она не собиралась испытывать свою удачу на прочность и даже не думала искать местные пыточные. Более того, она точно знала, что Блейз спит сном младенца где-то наверху в своей спальне - выросшего в итальянском мафиозном клане какими-то пыточными криками не напугаешь. Дафна хотела найти Барти и пожаловаться последнему понимающему ее человеку на то, как ее все достало - ни больше, ни меньше.

Отредактировано Daphne Greengrass (2018-07-22 07:16:50)

+4

13

От заявления Дафны аж прошибает, на самом деле - есть у Тори какая-то рефлекторная пугливая реакция на хоть сколько-то плохие слова, она слишком свято придерживалась корректности, а потому разрешала себе разве что слово "придурок" - всегда к одному человеку и неизменно ласково, как очевидную и совершенно не осуждающую констатацию факта, потому что ты, Драко Малфой, придурок, очень хороший, но все же. А тыт родная сестра! Родная кровь! Каков шок! Обидно, между прочим!

- Дафна, речь, - Астория осуждающе смотрит фирменным бабушкиным взглядом, после чего тихо вздыхает. Она бы предпочла невинно пощебетать с подружками на отвлеченные темы, посмотреть на новое платье от МакКинга в журнале, почитать в тишине библиотечной, посидеть на берегу Черного Озера, под ветром с которого изнеженной снежной коже не хватает тепла. Предпочла бы что угодно рассуждениям о политике - нет, аристократам положено в ней быть сведущими, безусловно, но таких разговоров ей, право, хватало и дома, эти разговоры были какими-то взрослыми и неизменно печалящими, она хотела бы связать свою жизнь с большой политикой, но явно не в сложившейся в магической Британии ситуации, нынешнему правительству ее гуманистические взгляды попросту не подойдут, более того, обличат ее семью в непокорности режиму как минимум со стороны уже не самой младшей Гринграсс, а на алтарь семьи она готова была отдать все. Даже если это собственные желания, взгляды и чувства - безопасность бабушки, мамы, Дафны и Деметрия куда важнее. Она уже однажды отказалась ради них от человека. Откажется и от всего остального. Не бросит, будет беречь, хранить, потому что отца больше нет, а у нее есть папина сила воли и решимость, папин стержень. Она бы предпочла делать много других вещей, но сейчас не смеет - даже если имеет на это какое-то никому не упершееся, но общечеловеческое право.

Бутылки медовухи - это забавно, но как-то. Ну. Неправильно. Не делают так старшие со младшими, это как-то нарушает отношения наставника и ученика. Нет, профессор, конечно, молодец, поддерживает так, как может, наверное, ему стоит подыграть. Да и вообще - был тяжелый год, впереди не менее тяжелое время, говорят, в прошлом году после выпивки со Слизнортом кто-то чуть не окочурился, если бы не мистер Поттер, было бы в школе на одного ученика меньше, если повезет, можно будет полежать в больничном крыле. Ну, или в сырой земле, как дело пойдет.

- Почему бы и нет, профессор, - улыбается Гринграсс слабо, но ласково, у нее трещины в усталых глазах и едва-едва удерживающиеся прямыми плечи - слишком большой груз, слишком больно, по нервам жжется и колется, внутри Астория коллапсирует, снаружи продолжает светить и греть, самая ласковая и заботливая из звезд: светила обычно остывают, убивая холодом жизнь, Астория умирает сама, но все резервы бросает на поддержку окружающих. Гори, если можешь гореть.

От вопроса о господах старостах Астория как-то вздрагивает и определенно напрягается, потому что свято считает, что вопрос адресуют ей - хотя вроде как никто не знает ничего ни о дорождественском общении с Теодором, ни о послерождественских проявлениях исключительно дружеской симпатии с Малфоем. Почему-то в дружбу между мужчиной и женщиной верят слабо, поэтому начинаются шепотки, а последнее, чего хотелось бы в этом отвратительном году - сплетни о себе и своей личной жизни, до которой не было дело как минимум самой Тори, так что она свято считала, что не должно быть дела и другим. В смысле - у нее как бы планы, в которые замужество не входит в ближайшее время, она хочет пойти по стопам бабушки, хочет быть крутышкой, хочет все исправить, если сдюжит, хочет нести гуманизм и просвещение, а не... вот это вот все. Вопрос, впрочем, висит.

- После ужина мистер Малфой обычно исполняет свои обязанности старосты, думаю, сегодняшний день исключением не стал, - младшая из сестер Гринграсс задумчиво разглядывает профессора, старательно заставляя говорить себя совершенно ровно и непринужденно, - полагаю, мистер Нотт не далеко ушел ответственностью от своего товарища - и занимается примерно тем же, - но вообще-то она им не нянька и не секретарша, у Нотта вон, невеста есть, ее и спрашивайте, а у Малфоя...а у Малфоя вообще баба на бабе, любую из гарема и трогайте! Ух! Вопросы тут провокационные задают! Коварный-коварный профессор!

+5

14

На щедрое предложение Дэвис никто не откликнулся — все стояли или рассаживались по креслам, но облюбованного ею дивана избегали. Ну, на нет и суда нет. Трейси, в общем-то, было всё равно.
— Профессор, а вы не думали, что отравители Кэрроу могли и в ваши запасы добавить чего-нибудь эдакого? — В голосе Дэвис звучало воодушевление. Словно идея совместного распития потенциально опасного напитка ей казалась веселым занятием. Хотя, почему бы и нет? Будет в гостиной Слизерина лежать шекспировская гора трупов. И парочка выживших однокурсников утром толкнет пространную речь на тему «нет повести печальнее на свете»... А впрочем, скверная идея. Умирать от яда — это скучно, мелко и Дэвис на такой исход не согласна. Лучше уж окровавленный кинжал, драконья пасть или Авада — в подобном финале должно мелькнуть что-то первозданно жестокое, искренне, лишенное скучного пафоса...
Дэвис сорвалась с дивана и, подхватив свою метлу, устремилась в сторону девчачьих спален. Объяснять всем, куда и почему рванула, она не стала. Да и с чего бы вдруг? Трейс предпочитала держаться кошачьей стратегии и бродить там, где ей самой вздумается.
Впрочем, через пару минут девушка вернулась обратно. Только уже без метлы. В одной руке Дэвис держала башенку из разноцветных пластиковых стаканчиков, в другой — коробку с печеньями-макарони. Не мармеладные мишки и не бутылка с ядом
, но тоже, в общем-то, ничего.
— Гринграсс, лови! — в куда-то намылившуюся Дафну Трейси, на самом деле, ничего не бросила. Но соседка по комнате ее знала достаточно давно, так что должна была понимать: если Дэвис кричит что-то подобное, то лучше хотя бы пригнуться. Потому, что Трейс вполне способна швырнуть в голову чем-нибудь эдаким. Причем, с меткостью у полукровки все было замечательно.
— Из хрустальных бокалов пить стоит на званых вечерах и по скучным поводам. — Как ни в чем ни бывало продолжила Трейси, выставляя на стол всё, что притащила из комнаты. — А у нас тут всего-то пир во время чумы. По сути, каждодневная рутина Хогвартса.
Сюда годами тащили всякую дрянь, привлекающую неприятности. То философский камень, то Турнир Трех Волшебников, то мальчик-которого-хотят-сжить-со-свету-могущественные-преступники... Дамблдор явно фанател от всего, что могло сделать Хогвартс менее безопасным местом. Нет, старикан он, конечно, крутой был, но отбитый на всю бороду...
- Ну, так что? - Трейси устроилась на подлокотнике дивана и, ухмыльнувшись, заговорщическим тоном продолжила, - кто-то произнесет тост за свое светлое будущее? Мы поиграем в бутылочку? Составим заговор? Поднимемся в спальню к мальчишкам и обреем Грэма налысо? Споем хором «Killing time»?
Дэвис перечисляла все это скучающим тоном. Коллективные развлечения не были ее коньком. Скорее уж, наоборот. Трейси была сама по себе, ей это нравилось. Она умела уживаться с другими людьми, умела среди них выживать. Могла с ними ссориться или выгоду из общения извлекать. Но вот потребности в том, чтобы кто-то просто был рядом, забирал часть ее времени и внимания себе, Дэвис не ощущала.
Ну, если не поминать всуе некоторые исключения…

*Killing time – песня Destiny's Child, 1997 года

Отредактировано Tracey Davis (2018-08-02 18:28:35)

+3

15

- Спасибо, Трейси, ты, как всегда, ужасно добра и проницательна, - Настя многозначительно хмыкнула, поднимая руку, - но недостатка в перьях я не испытываю.
Она потянулась, пересаживаясь нормально в кресле, и перевела взгляд со своего опустевшего бокала на принесенную медовуху, решив, что отказываться точно не станет. Тем более что с трюком Эйвери это будет просто вкусный сладкий напиток, который не повлечет за собой никаких особых последствий, а сон покрепче и правда не помешает.
- Право, профессор, не нужно держать меня за совсем уж дурочку. Я понимаю, что сейчас в стране свои законы, но они должны хотя бы немного следовать тем, что установлены. А то получается, что пара десятков человек диктует паре тысяч? Глупости.
Настя действительно не была дурочкой, прекрасно понимала, что в текущей ситуации примерно так и есть, но это не отменяло того, что всё происходящее в нынешние дни в замке весьма сильно давило на её психику. Мало ей что ли было того, что происходило за его пределами? Того, что её оставляют одну с матерью, того, что решили выдать замуж, стоило только Рэю ненадолго отвлечься... Вот еще какие-то крики, пытки, дети с разных факультетов и курсов страдают. Ей-то это за что всё досталось? Почему именно в последний год обучения, когда нужно думать об экзаменах, будущей карьере, мальчиках и том, куда они с девочками пойдут отметить свой выпускной и какие платья наденут. Хотелось, чтобы так, а не вот это вот всё...
- Дафна, вернись, пожалуйста... - Настя вздохнула немного устало, так, что в голосе её явно слышалось "я не буду тебя оговаривать, но это просто не рационально". Да и потом, слизеринцев там никто не пытал, большинство были по спальням, забившись в углы, накрывшись с головами одеялами и так далее, просто чтобы не слышать этого всего. - Тебе, конечно, ничего за это не будет, но разгуливать по коридорам сейчас - едва ли хорошая идея, - она пододвинула свой серебряный бокал на столик, где профессор был готов налить медовухи. Оставалось надеяться, что Слагхорна, хотя бы, никто отравить не хотел, и это можно пить без риска свалиться без дыхания прямо тут на полу. Кажется, такими темпами после похищения Франчески и вот этих всех дел, у Насти паранойя разовьется... Не очень бы хотелось, конечно.
- Понятия не имею, с момента моего появления в гостиной отсюда никто не выходил, только входили, но тех, кого вы озвучили, профессор, я не видела, - она пожала плечами. Но вряд ли кто-то вообще переводил какие-то подозрения на Слизеринцев. Да и тем более, яд - это так низко и скучно, у выходцев со змеиного факультета есть в рукавах куда более изящные способы совершить убийство, если им то понадобится. Но им то вряд ли кому-то было нужно. Ну посмотрите на этих девочек, тут собравшихся. Разумеется, добра не ждать можно было от какой угодно из них, но при этом они все были куда выше этого. Даже Дэвис, которая всегда была несколько грубовата и странновата по меркам Насти, воспитанной в духе лучших традиций аристократических домов магической Британии.
На предложения разнообразить досуг, исходящие от этой же самой Дэвис, Анастасия только и могла, что прикусить губу так, что та побелела, и подозрительно прищуриться. Едва ли Трейси хотела делать что-то из перечисленного, скорее просто происходящее действительно било по всем, просто защитная реакция у каждого была своя.
- Нам просто нужно придумать способ заснуть, - Настя покачала головой, уставившись в свой бокал, из которого всё еще не сделала ни глотка. Как она ни пыталась найти способ, они были не в силах ничем помочь. И пора было это признать.

+3

16

- Я же сказал, что никто не покинет гостиную, - не меняя мягкого тона, но без возможности сопротивления, сказал Слагхорн, когда Дафна решила уйти. Не хватало еще, чтобы все слизеринцы разбежались по Хогвартсу подобно карликовым пушистикам, а ему потом отвечать за их только-только начатые жизни перед родителями. Гораций находился в более-менее приемлемом положении, по сравнению с другими профессорами, его факультета практически не касались пытки и прочие методы от гениев педагогики.
- Я сам найду и Забини, и Малфоя с Ноттом, а разбегаться всем разом – плохая идея, - Гораций склонил голову и чуть сузил глаза, внимательно наблюдая за решением Дафны Гринграсс. Можно было припугнуть ее наказанием, но Слагхорн не был поклонником запугивания, предпочитая действовать максимально мягко до последнего мгновения. Он верил, что Дафна не станет вынуждать декана принимать экстренные меры.

Взгляд Горация вернулся к бутылке медовухи. Конечно, распивать со студентами медовуху тоже было не лучшей идеей, но Гораций считал их не такими уж детьми, пусть устройство мира для них еще представляется примитивной черно-белой картинкой, алкоголь им уже не повредит, да и какой там алкоголь в этой медовухи…
- Не думаю, что кому-то может понадобиться меня отравить, - хохотнул профессор, ловким, профессиональным движением разливая мягкую, золотистую медовуху по подставленным стаканам, стаканчикам и кубкам (и как Филч не изъял это чудо у Эйвери?). Конечно, живы еще были воспоминания, как Уизли свалился в его кабинете и стал пускать пену изо рта, но Гораций редко вспоминал плохое, всегда стараясь смотреть в будущее с толикой здорового позитива. Если видеть только тьму, быстро обнаружишь, что ничего другого вокруг тебя и не осталось.

- Ну, - Гораций поднял стаканчик, - за спокойный сон и крепкие нервы, - он отсалютовал и уже собирался сделать глоток, когда через него бесцеремонно прошмыгнул Кровавый барон. Гораций дернулся от неприятного ощущения, из-за чего медовуха полилась мимо рта по массивному подбородку и стала капать на манишку мантии.
- Драккл тебя возьми, барон! – Визгливо негодовал Гораций, - думаешь, если ты умер – правила приличия не для тебя, да?! – Гораций понимал, что повлиять на призрака все равно никак не сможет, но бранится ему никто не мог помешать.
- Гораций! – Пробасил призрак, совершенно не замечая никого вокруг, - вас ждет Амикус Кэрроу, кажется, это срочно и ему что-то от вас надо.
Гораций застонал, закатил глаза, залпом осушил стаканчик, оставляя его рядом с початой бутылкой, и поднялся с кресла. Переспрашивать призрака все равно было бесполезно, а Амикус никогда не отличался терпением.
- Боюсь, мне надо уйти. Оставляю вам медовуху и надеюсь, что вы будете благоразумным, - Гораций выжидательно посмотрел на Дафну, - если я узнаю, что кто-то из вас покидал гостиную – будете все мыть котлы без магии до конца учебного года. Я не шучу! – Теперь Слагхорн обвел взглядом всех собравшихся, - и я не ошибся: из гостиной выйдет один – наказание получат все. Надеюсь, на ваш командный дух и взаимовыручку. Доброй ночи, девочки!
[NIC]Horace Slughorn[/NIC][STA]Кошма-а-а-ар[/STA][AVA]http://funkyimg.com/i/2pDMV.gif[/AVA][SGN]http://funkyimg.com/i/2pDMW.png[/SGN]

+2


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных сюжетных эпизодов » [12.04.1998] Крик в ночи