Escape The Fate – A. Dolochov [18.10]
Redemption – M. Bulstrode [17.10]
Stand as one – DE [16.10]
Demotion – M. McGonagall [16.10]
Tower defense – O. Harper [18.10]
Just cause – H. Potter [18.10]
Winds of war – N. Harper [19.10]
Darker than dark – I. Stretton [15.10]
Liberator's might – R. Yaxsley [18.10]
1121 959 1008 954
Ему бы сейчас схватить девушку за горло и давить своими пальцами, пока она не посинеет и не издаст последний вскрик. Не успели.читать дальше
в игре апрель - май 1998

HOGWARTS. PHOENIX LAMENT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных сюжетных эпизодов » [16.04.1998] Мои методы спасения несколько специфичны


[16.04.1998] Мои методы спасения несколько специфичны

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Мои методы спасения несколько специфичны.
https://78.media.tumblr.com/b2768a6f8e958740c199a86e0cbca72f/tumblr_nhn1bs0f4D1sfmnojo1_500.gif

› Участники: Невилл Лонгботтом, Джинни Уизли, Лаванда Браун, Оливия Харпер, Миллисент Булстроуд, Крэбб и Гойл.
› Место: Коридор перед кабинетом Слагхорна

› Время: вечер
› Погода: за окном гремит.

Таинственный вечер Пожирателей Смерти в стенах Хогвартса обсуждается на каждом углу. Кто-то отправился на него в качестве наказания, для кого-то нахождение рядом с последователями Лорда – это привилегия, которую нужно заслужить поступками или чистотой крови.
Члены ОД должны проникнуть на закрытую вечеринку любителей непростительных заклинаний для того, чтобы помочь своим родным и близким, которые по каким-то причинам оказались в списке приглашенных.
Получится ли это у них? Готовы ли они столкнуться с гневом Пожирателей, которых не обрадует появление незваных гостей? И так ли хорошо юные герои знают своих друзей?


от амс

*От МакМиллана и Сьюзен Боунс Невилл и Джинни узнали о том, что будет какая-то беда. Они идут спасать Элу, при этом собрав почти весь Отряд Дамблдора, кто согласился им помочь.
**Оливия и Миллисент были в кабинете и вышли покурить встретить новых гостей.
***Внимание! В эпизоде будет драка с тяжелыми последствями. ГМ - Джинни Уизли. Она действует исключительно по наказанию АМС.
****Мы учли ваши пожелания о травмах, amen.

0

2

Вечером лучше не высовывать нос из общей гостиной факультета - в этом году негласное правило не нужно было повторять сотни раз: добровольцев нагулять себе неприятности поубавилось в разы. Студенты сменили весёлый смех на тревожное перешёптывание даже там, где не видят их преподаватели-тюремщики Кэрроу.
"Я буду сниться тебе в кошмарах", - голос всё ещё отдаётся эхом в подсознании и разносится мурашками по телу. Он вспоминает это сладко-приторное шипение, стойкость Ориона, гробовое молчание всего гриффиндорского стола, луч Круциатуча, летящий в МакГонагалл. Вспоминает и вздрагивает, делая резкое движение плечами.

Смотрит в окно, где в сгустившихся сумерках видно качающиеся от ветра верхушки деревьев тёмного леса. Опирается ладонями (как всегда влажными от волнения) о подоконник, отвернувшись от освещённого тусклыми факелами коридора. Ему следовало бы не высовываться из гостиной по вечерам, особенно после бравады в Большом зале, но это же неприятности, они же ждут!
Хмурит брови, прислушивается к шорохам и собственному дыханию. Кусает губу, пытаясь прогнать сомнения. А внутри него война, внутри трусливый тихоня пытается убедить бравого героя, что благоразумно вернуться в башню. Сомнения у Невилла растут, ладони потеют сильнее, но он думает о друзьях, которых не бросают в беде, никогда и ни за что. Мысленно подбадривает себя, ищет сотни причин остаться в коридоре и, замерев, вглядываться в кажущуюся отсюда крошечной хижину Хагрида, едва различать дым, поднимающийся из трубы и чертить мысленную тропинку от хижины до замка, которую уже не видно в темноте.

Невилл чувствует, как напрягаются мышцы во всём теле, когда в коридоре за спиной раздаются шаги. Невилл оборачивается быстро, сильнее сжимая в кулаке палочку. Он весь как натянутая струна. Переминается с ноги на ногу и приветливо улыбается, опуская палочку, видя знакомые лица орденцев.

Вести по школе разлетаются быстро: ничего не утаить от сплетников, которые, будто пауки, плетут свою сеть по замку - и вот уже всё опутано прочными ниточками информации.
- Что-то произойдёт сегодня, - вновь хмурится. Говорит тихо, но уверенно. - Друзей не бросают, - почти вопросительная интонация, он всё ещё борется с сомнениями, но окидывает взглядом решительных орденцев и сам будто мысленно вырастает, становится большим и сильным. Сжимает свободную от палочки руку в кулак:
- Мы должны помочь, - останавливает взгляд на Джинни. Он не лидер, ему сложно руководить людьми: взглядом предлагает ей взять шефство над их маленьким спасательным отрядом.

Времени мало, нужно торопиться. Лестничный пролёт, ещё один, лестница меняет направление. Скрытый проход за гобеленом - за этот год он научился ориентироваться в замке не хуже близнецов Уизли. Идёт молча, вслушивается в их торопливые шаги, опасаясь, что в любой момент к этому звуку присоединится ещё какой-нибудь посторонний, чужой.

Невилл вспоминает, как попал на одну из вечеринок Слагхорна официантом в прошлом году, иронично улыбается, чувствуя, как щёки окрашиваются румянцем. Слишком многое изменилось за этот чёртов год.
- Сюда, - говорит скорее сам себе, чем другим: все знают дорогу к кабинету Слагхорна.

[nick]Neville Longbottom[/nick][status]холод за дверь не пройдёт[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2J3BG.png[/icon][sign].[/sign]

Отредактировано Eridanus Burke (2018-08-23 04:13:36)

+5

3

.    Как бы ты не пытался быть осторожным, все равно найдутся моменты, когда придется рискнуть. Глядя на Джинни, Невилла и Лаванду можно было сказать, что «такова природа истинных гриффиндорцев». Но это было бы неправдой — где-то неподалеку от кабинета Слагхорна по коридорам точно также пробирались их друзья с хаффлпаффа и рейвенкло. Джинни никогда не оспаривала выбор шляпы: не сомневалась в собственной смелости, в незаурядном мышлении Луны Лавгуд или в доброте и трудолюбии Сьюзен, которая всегда стремилась позаботиться о своих друзьях. Но в последнее время ей все чаще казалось, что наученная опытом основателей Хогвартса, шляпа говорила о единстве не просто так. Оставаясь рядом друг с другом, действуя сообща, они все становились чуть-чуть храбрее, сообразительнее и жертвеннее, чем раньше. Из-за своих предрассудков и нескольких дурных примеров перед глазами Джинни было трудно представить, как в эту картинку могли бы вписаться слизеринцы. Но она об этом не думала, предоставив детям Салазара оставаться по другую сторону баррикад. Рассуждения ее были крайне просты: если змея будет лежать в клубке и останется на месте — ее не тронут.
     Но сегодня интуиция подсказывала девушке, что без встречи со слизеринцами их вылазке не обойтись. Джинни раньше бывала на собрании клуба слизней и знала не понаслышке о том, какое общество там собирается. Сама она уже давно врала Слагхорну, что завалена горой домашних заданий и обязанностей старосты, и поэтому на встречи клуба ходить не сможет, тем самым избавив Горация от необходимости неумело юлить и оправдываться, почему подругу Гарри Поттера и сестру Рона Уизли не приглашают. Вероятно, благодарный за такую тактичность со стороны своей подопечной Слагхорн каждый раз с облегчением сообщал, что все они будут ждать мисс Уизли в следующий раз. Но оба знали, что это не совсем правда.
     Впрочем, Джинни и так уже хорошо знала дорогу к кабинету и близлежащие коридоры. Именно она первой предложила варианты, как разделиться и откуда лучше подойти ближе. Не то чтобы она любила эти моменты — когда нужно было решить за всех, как именно им предстоит «сделать то, неизвестно что» — но каждый раз чувствовала молчаливую благодарность Невилла, когда брала слово после него. 
     После того, как все разошлись, они втроем с Лавандой двинулись к кабинету по кратчайшему пути от гостиной гриффиндора. Никто до конца не представлял, что именно нужно сделать, но бросать друзей в беде отряд не собирался. У каждого поворота они осторожно выглядывали за угол, чтобы не попасться, но почти у цели наткнулись на преграду в лице двух студенток, вышедших сделать передышку от вечеринки. Сомневаться в том, что Будстроуд и Харпер не оставят их появление без внимания, не приходилось. Джинни прислонилась спиной к стене, мягко коснулась руки Лаванды и вложила ее в ладонь Невилла, сама не зная, кому из них предстоит присматривать за вторым.
     — Если пройти через коридор за теми доспехами, — прошептала она друзьям, показывая на статую рыцаря неподалеку, — То можно оказаться у самого кабинета. Он за поворотом. Вы можете попробовать подобраться поближе. — И не дожидаясь резонного вопроса «Почему "вы", а не "мы"?», Уизли перебросила волосы за спину и вышла в коридор, навстречу Миллисент и Оливии. И Невилл и Лаванда прекрасно знали, что Джинни формально все еще состояла в клубе. К тому же она была старостой — нужно же было хоть когда-нибудь этим воспользоваться?
     — Привет, — сухо кивнула она студенткам, которых, видимо, застала за беседой. — Не стану подслушивать ваш разговор, лучше сразу пойду извиниться перед профессором за опоздание. — Она сунула обе руки в карманы мантии, правой нащупав палочку. При виде улыбки Булстроуд гриффиндорка едва удержалась от того, чтобы не скорчить гримасу в ответ. Ее блеф и без того не мог не привлечь внимание.

+5

4

Лаванда никогда не считала себя образцом осторожности, она всегда была там, где было что-то интересное, пытаясь сунуть нос во все щели. Со сменой власти в Хогвартсе, со всеми этими ужасами, что преследовали магический мир на каждом шагу, она немного поумерила свой пыл, но, все же, иногда умудрялась влипать во всякие истории. Но пусть никого не обманывает желание держаться подальше, на самом деле, адреналин в крови и желание быть на передовой уже сложно было из мисс Браун вычленить. Она пыталась быть осторожной изо всех сил, но то, что происходило под надзором Кэрроу, заставляло скрежетать зубами и вновь и вновь искать пути решения, хотя бы какого-нибудь, что могло помочь на миг поднять голову.
Студенты уже начинали, наверное, привыкать к подобному обращению и палочка, направленная на профессора МакГонагалл никого не удивила. Но, право слово, как к этому вообще можно привыкнуть? Невозможно постоянно жить в страхе и смиренно надеяться, что уж в этот раз тебя не заметят и не тронут. В душе Лаванды давно не было такой лавы, которая то и дело пыталась выплеснуться наружу. И только то, что в случае любого ее поступка будут винить уже весь факультет в первую очередь и остальных друзей в принципе, останавливало гриффиндорку.
Вылазка с Отрядом Дамблдора была словно глоток свежего, послегрозового воздуха. Каждый из них думал о том, что не мог оставить друзей в беде. Когда вся команда спасителей была в сборе, Джинни предложила разделиться и это было весьма здравой идеей, с которой никто не собирался спорить. Лаванда оказалась в компании с ней и Невиллом, решив двинуться сразу от гостиной Гриффиндора. Можно сказать, что в какой-то степени им повезло, не придется теперь лишнее время нервничать и теребить волшебную палочку во взмокшей от напряжения ладошке.
Пожалуй, если бы Лав-Лав вдруг почувствовала в себе писательский талант, то этот момент запросто можно было включить в будущий бестселлер. Пробираясь по коридорам и надеясь, что никого не встретят, осторожно выглядывая из-за каждого угла - это все определенно останется в памяти Браун. Естественно, никто не терзал себя иллюзиями: то, что пока им везло, не значило, что так будет всегда. И чем ближе они к цели, тем больше шанса натолкнуться на змей.
Как, например, и произошло почти что в финале их долгого и извилистого пути. Две девушки могли стать серьезным препятствием. Лаванда посмотрела на Джинни, которая наверняка уже собиралась рассказать свой план, в его наличии Браун не сомневалась. Когда гриффиндорка его озвучила, Лаванда только открыла рот, чтобы спросить, почему "вы", как Джинни вышла навстречу неприятностям. Лаванда мотнула головой, светлые кудри недовольно рассыпались по плечам. У нее и правда был шанс, ну а в любом другом случае, внимание на себя она отвлечет.
- Подождем, - тихо шепнула Лав-Лав Невиллу, крепко сжимая ладонь парня, в которую до этого вложили ладонь блондинки. Высовываться сейчас было пока что чистым безумием, девушки были слишком близко, чтобы проскользнуть мимо незамеченными. Гриффиндорка кусала губы, сжимая свободной от Невилла рукой палочку и готовая к любому повороту событий. Волнение в груди становилось все сильнее, Лаванда надеялась, что все пройдет гладко и Джинни ни в чем не заподозрят. Все же, она была ранее у Слагхорна в его клубе, почему бы профессору и сейчас не пригласить ее? Ну да, звучало странно, учитывая нынешнюю ситуацию в Хогвартсе и мире в целом, но вдруг у некоторых в их подвалах отключаются мозги, когда они света не видят, а другие просто слишком много общаются с первыми и это заразно?
- Пойдем, - Браун дождалась, пока Оливия и Миллисент обратят внимание на Джинни, у них появился шанс. Лаванда аккуратно потянула Невилла за руку в сторону доспехов, за которыми должен был быть коридор, который упомянула староста. Главное быть тихими и совершенно незаметными, как мышки. И все будет в порядке, все получится.

Отредактировано Lavender Brown (2018-08-26 17:14:55)

+4

5

Вечера для избранных навевали на Оливию тоску. Ворона с удовольствием уединилась бы с книжками, вместо того, чтобы слушать высокопарный бред от сокурсников и, еще чего хуже, профессоров. Ну скажите на милость кому это интересно? Разве что увлеченно-ушибленным или по жизни обделенным. Сама же Харпер мечтала поскорее выпуститься, чтобы в глаза не видеть Лорда и его прихлебателей, наконец-то избавившись от гнета семьи и обязанностей перед своим родом. «В дракклову задницу это всё: Пожирателей, Поттеровский дожор и прочие сомнительные организации!», одно хорошо, страдала Оливия не в одиночку, пусть и предпочла бы видеть на этом “празднике” немного иные лица.
  — И на кой драккл нам кого-то встречать? — Не преминула высказать свое мнение Харпер, когда дверь за их спинами благополучно захлопнулась. — Они что младенцы и дорогу до кабинета не найдут? — Нет, в том, что у большинства учащихся мозгов как у докси она как раз и не сомневалась, но даже самые примитивные существа сумели бы найти нужную им комнату. «Значит, всё еще хуже, чем я предполагала», вот явится какой-нибудь чистомазанный барсук, которому самое место в его норе, да с шишкой в одном месте и будет умничать на темы, в которых совершенно не разбирается. Впрочем, как оказалось позже, встреча ей предстояла еще хуже, чем она только могла предположить.
   — Кого хоть ждем? — А ждали они, как оказалось, проблем, и оные не преминули о себе напомнить. «Какого драккла здесь делает Уизли? Сбор нищебродов в другом кабинете!», отношения Оливии с рыжеволосой львицей были запутаннее, чем лабиринт Минотавра, а уж какими насыщенными они были! Пройдя тернистый путь от совершенно неинтересной особы до едва ли не врага номер один, юная Уизли входила в десятку счастливчиков на которых Оливия с удовольствием испытала бы “Круциатус”.
   — Заблудилась, Уизли? Или приглашение случайно попало не по адресу? — Разумеется, она помнила, что несмотря ни на что, рыжая ведьма входила в число желанных гостей на подобных мероприятиях, хоть ворона бы с удовольствием оспорила ее право на присутствие среди истинных аристократов. «Почему мне кажется, что я чувствую вонь?», пусть Оливия и не входила в “священные” ряды примкнувших к пожирателям, в списках борцов за дополнительный паёк нуждающимся она тоже не значилась. Честно говоря, Харпер с одинаковыми удовольствием столкнула бы с балкона обе стороны, если данные волшебники значились в её расстрельном списке.
   — Опаздывать нехорошо, разве мама не привила тебе элементарные хорошие манеры? — Она бы с удовольствием добавила бы “да какие там манеры”, но все же предпочла промолчать, уступая слово временной подруге по школьной скамье. Миллисент умела красиво говорить, в этом девушки были похожи, а еще она умела говорить правду и вовремя. Плевать, что правда эта была только с одной стороны. Подобные мелочи Оливию никогда не заботили, ведь в этом мире было всего два мнения: ее и неправильное.
   «А что дальше? Будем собирать весь сброд?», для полного счастья ей, пожалуй, не хватало только Невилла, ведь тогда она еще не знала насколько сильно будет счастлива немного погодя. Джинни же ворона задолжала прожженную мантию, так и не отомстив львице за своего близнеца. Впрочем, время расплаты еще не пришло, по крайней мере, именно так думала Оливия в тот самый момент еще даже не осознала, чем именно закончится для них этот вечер, а потому её настроение было хорошим, а язык, как никогда прежде, располагал к извержению желчи. Даром, что ворона, её змеиная суть просматривалась даже сквозь перья.

Отредактировано Olivia Harper (2018-08-27 21:09:43)

+4

6

Но так устроен мир земной
И тем вовек неувядаем:
Смеется кто-то за стеной,
Когда мы чуть ли не рыдаем.©


Кэрроу выжили. И поэтому случаю все решили напиться и забыться. Ни брат, ни сестра не пострадали в той мере, на которую рассчитывали отравители. Теперь парочка сумасшедших Пожирателей стала лишь злее, циничнее и более жестокими, если в их отношении сравнение «более» имеет хоть какой-то предел.
Миллисент иногда ловила беспомощные взгляды профессора Слагхорна и ехидно улыбалась: даже идиоту было ясно, зачем все затевалось, ловко завуалированное под очередное заседание Клуба Слизней.
Гости бесполезной разношерстной массой перетекали из одного угла комнаты в другой, перешептывались, бросали косые взгляды и иногда позволяли себе говорить чуть громче, если желали привлечь внимание не только собеседника, но и остальных. По большей мере вечеринка была похожа на одну из тех, что профессор устраивал систематически, не отказывая себе в удовольствии потешить собственное самолюбие и самолюбие избранных им учеников, за одним исключением: сегодня страх витал в воздухе, наполняя его до краев. Кто-то, как сама Булстроуд, близнецы-Харперы и прочие, лояльные режиму, вдыхали его свободно, другие же, приглашенные с определенной целью, будто жертвенные овцы на заклание – задыхались при каждом вдохе.
Булстроуд предпочитала не бродить в одиночку, негласно обозначив Оливию Харпер себе в компаньоны на этом вечере – вдвоем проще реагировать на сюрпризы и неожиданные повороты, если таковые нарисуются. Миллс ждала момента, когда все полетит под откос и чувствовала, скоро он настает. Слишком уж напряженной была обстановка и предугадать действия некоторых из собравшихся,  явно  симпатизирующих Поттеру, было весьма трудно.
- Не ворчи, Лив, - Миллисент оперлась спиной о дверной косяк, скрестив руки на груди и блаженно прикрыла глаза, вдыхая полной грудью сырой прохладный воздух, - как в парилке, честное слово. Уж лучше тут, чем там на этом празднике фарса и идиотизма. По крайней мере, не приходится дышать одним воздухом с уродками вроде Долишей, - Булстроуд скривилась в отвращении, делая вид, что ее сейчас вырвет. Слизеринка всегда упивалась собственным остроумием и наплевательски относилась к мнению окружающих на сей счет. – Хотя, может ты и права, пропустим самое интересное. Что-то мне подсказывает, Найджел не зря в таком приподнятом настроении, будто получил наследство, - после событий на свадьбе Авроры и Грегори, эта шутка звучала слишком уж циничной, но промолчать Миллс просто не могла. Она не знала, поделился ли Найт подробностями вечера свадьбы или оставил сестру в блаженном неведении.
- Нет, рыжая предательница крови просто решила вспомнить, что она староста и проинспектировать коридоры, - появление Уизли удивило Булстроуд и удивило неприятно. Что греха таить, выросшая, словно из-под земли, грифиндорка не сулила ничего, кроме проблем. – Ученики не в спальнях, - слизеринка развела руки в стороны, показывая этим жестом масштабность нарушения режима и абсурдность собственных слов. Булстроуд откровенно издевалась, пытаясь понять, что забыла рыжая ведьма в непосредственной близости от веселья.
- Твои извинения сейчас последнее, что беспокоит профессора Слагхорна, - Булстроуд хохотнула, скривившись в мерзкой усмешке, и демонстративно достав палочку из кармана мантии, вновь сцепила руки на груди. Слагхорн сейчас метался между собственными убеждениями и полномочиями, делегированными Найджелу Харперу, а значит разрывало старика знатно.
Несмотря на свою избранность в ряды участников клуба, Уизли уже долгое время игнорировала их маленькие сборища и не совала нос в подземелья, в отличие от самой Булстроуд, предпочитавшей не пропускать этот забавный кружок по интересам, где участники с упоением мерялись длиной…списка достижений собственных семейств, к которым сами зачастую не имели никакого отношения, кроме громкой фамилии. А теперь что изменилось? Рыжей вдруг стало интересно? Миллисент чувствовала подвох и не собиралась просто так отступать, предпочитая задержаться на пороге до выяснения обстоятельств.
- Покажи приглашение, Уизли или проваливай отсюда к драккловой матери, - Булстроуд встала перед дверью, не давай рыжей пройти внутрь кабинета. Слизеринка презрительно вздернула подбородок и поджала губы, предпочитая сразу расставить все точки над i. Ей и раньше присутствие рыжеволосой нищебродки было как ножом по горлу, а сейчас, когда в общем-то вся херня творилась из-за сучки-Поттера и его прихлебателя помощника - такого же рыжего, у Булстроуд откровенно сносило крышу от желания наносить радость и причинять счастье при помощи непростительных. И вот представился случай послать сестренку Уизли_который_Рональд на все четыре стороны, и Миллс не собиралась его упускать. – Скажи, Уизли, а почему ты не свалила нафиг  вместе со своим братцем и Поттером? Тебе же не плевать, если они сдохнут без твоей защиты где-нибудь в канаве? – как бы она обрадовалась, случись сказанное на самом деле. Но вестей не было. Ни хороших, ни плохих. Загнивающее болото бездействия, в котором барахталась добрая половина учеников, а в качестве развлечения – оттачивание мастерства владения темными заклинаниями. А теперь вот еще и Уизли в качестве развлечения, чтобы вечер не казался томным.

Отредактировано Millicent Bulstrode (2018-08-31 20:36:24)

+4

7

Винсент и Грегори не были друзьями в общепринятом смысле этого слова. Они, скорее, представляли собой редкий симбиоз: понимали друг друга без слов, радовались одним и тем же событиям. Думали одинаково — но, вопреки расхожему мнению, все-таки думали.
В данный момент, мысли Крэбба и Гойла крутились вокруг званого вечера, оказавшегося до обидного скучным. Когда-то парни считали досадным то, что их не зовут в клуб Слахгорна — и это при том, что фамилия и факультет профессора обязывали его быть для них своим, дружелюбным взрослым!
Но вот, наконец-то, всё изменилось. Пришли Кэрроу, расставили учеников по местам: и чистокровные, сильные парни, получили свою порцию привилегий. Только кто ж знал, что сыр в мышеловке окажется старым, плесневелым и мышами обглоданным?
Парни не провели в зале и получаса, но уже ощутили скуку. Драко ими в очередной раз пренебрег, а Найджел Харпер хоть и ходил рядом с довольным видом, но не спешил пояснить, в чем тут забава и когда начнется что-нибудь интересное...
«Тухло. Пойдем отсюда», — Крэбб толкнул локтем Гойла за секунду до того, как сам Грегори подумал точно о том же. Парни покинули помещение, по пути прихватив пару пирожных. Довольно недурных, но маленьких — новый декан, если честно, не очень-то смыслил в еде. Да и вообще, Снейп парням всегда как-то больше нравился.
Пирожные слизеринцы умяли, пока гуляли по коридорам Хогвартса. В гостиную они не пошли, да и от кабинета Слахгорна особо не удалялись. Парни может и ни были семи пядей во лбу, но подраться любили и мастерски чуяли, где представится возможность заняться тем, что им нравится.
Вот и сейчас коллективная интуиция не подвела Винсета и Грегори.
Свернув в очередном закоулке коридора, они оказались совсем рядом с покинутым ранее кабинетом декана. И, что куда важнее, буквально выросли перед носами Невилла Лонгботтома и... И... Хм, ну она была светловолосой, кудрявой и в гриффиндорском галстуке. Грегори помнил, что девчонку зовут Лаванда, а Винсент — нет. Все потому, что первому девушка казалась симпатичной, а второй ничего особенного в ней не замечал.
— Здорово, Лонгботтом, — гаркнул Гойл, в то время как Крэбб достал волшебную палочку. Парни ничего не имели против кулачных драк, но профессор Амикус им таки привил уважение к магическим боям. Кэрроу вообще оказали большое влияние на Винса и Грега: в то время как Драко явно переставал ценить верность товарищей, близнецы демонстрировали готовность направить чужую силу в нужное русло. А у Гойла и Крэбба силы было предостаточно...
— Тебя не звали к Слахгорну, — тут уж Винсент не сомневался, а потому уверенно ткнул в сторону Невилла палочкой. — Значит, пойдешь с нами к Кэрроу.
Те против не будут. Лонгботтом их уже знатно достал, так что, скорее всего, профессора только одобрят, если предателю крови хорошенько, до кровавого кашля, намнут бока. А вот насчет девчонки парни почти синхронно засомневались. Грегори был даже не против её отпустить. Винс полагал, что если уж задерживать, то всех нарушителей сразу.
— А ты что скажешь? — решая дилемму, Гойл навис над Лавандой, на его фоне казавшейся маленькой и хрупкой. Всё равно, что ландыш, попавший в тень каменной глыбы. — Пойдешь в свою гостиную по-хорошему? Или тоже к Кэрроу хочешь?

[nick]Crabbe and Goyle[/nick][status]гоп-стоп [/status][icon] http://s9.uploads.ru/t/OxWHr.png[/icon][sign].[/sign]

Отредактировано Tracey Davis (2018-09-02 00:54:02)

+5

8

Он вздрагивает и замирает, когда рука Лаванды оказывается в его руке. Сжимает её сильнее своей тёплой и немного влажной (с первого курса ладони потеют, когда волнуется и переживает - рефлекс, ничего не поделаешь). Открывает рот, чтобы спросить у Джинни, каков план, но не успевает, а потому хмурится, но доверяет ей, всегда доверял. Знает, верит, что рыжая не подведёт, улыбается ей уголками губ и согласно кивает в спину.

Они ждут момента, прячась за углом. Наблюдают и оба готовы в любой момент броситься из своего укрытия, чтобы помочь Уизли, но две девчонки, оказавшиеся у них на пути, сомневаются, но пока верят Гриффиндорке.
- У неё получится. У нас получится, - едва различимо, практически одними губами шепчет Лонгботтом, не удержав в себе эмоции. Сжимает в одной руке палочку, в другой - руку Лаванды, не спеша выпускать её ладонь из своей. Он чувствовал волнение подруги, чувствовал, что и сам переживает сильнее обычного - не за себя, за других. И когда Лаванда шепнула ему, что пора, он, согласно качнув головой, сорвался с места слишком быстро, рывком, потащив её за собой, и лишь на середине пути до доспехов сбавил шаг, чтобы не приведи Мерлин не врезаться в них и не наделать шума (а это он мог с лёгкостью, неуклюжесть - врождённый дар). Они успевают спрятаться за доспехами, когда до слуха Лонгботтома отчётливо доносятся слова Булстроуд. И Невилл начинает закипать, машинально сжимает руку Лаванды ещё сильнее, хмурится, тихо-тихо бурчит и ругается себе под нос, поэтому не замечает посторонних звуков. А надо бы быть чуть осмотрительнее и осторожнее, но уже поздно - прямо перед ними будто из ниоткуда вырастают два коренастых Слизеринца, заставляя Лонгботтома чертыхнуться и, наконец, отпустить руку подруги из своей.

Крэбб и Гойл - два тупоголовых увальня, с которыми у Невилла не сложились отношения с самого первого курса. Казалось бы, столько воды утекло, но время не сделало этих двоих умнее: всё те же лениво изучающие гриффиндорца глазки, всё та же не слишком быстрая и не слишком умная речь.

При упоминании Кэрроу Лонгботтом вздрагивает - свеж ещё в памяти недавний инцидент. Свободной рукой показывает Лаванде встать позади него и сам делает шаг в сторону, чтобы закрыть девушку собой: если что - они доберутся до неё не так быстро, если что - она успеет прошмыгнуть, отступить назад и найти другой путь в кабинет Слагхорна - эти дибилы даже и не заметят, что упустили её из виду. С каждой секундой Лонгботтом набирается уверенности и непоколебимости - чувствует, что ситуация выходит из-под контроля и перестаёт идти по плану (если хоть какой-нибудь план у них имелся изначально, то Невилл о нём уже не помнил. По крайней мере встреча с Крэббом и Гойлом в их план явно не входила).
- Дайте пройти, - цедит сквозь зубы и выпрямляет ссутуленную спину, расправляя плечи, становясь выше, чтобы смотреть на слизеринцев не снизу-вверх, а глаза в глаза, на одном уровне. Щурится, кусает губу и делает шаг вперёд, выбирая взглядом Гойла, пытается давить на него психологически, входя в его личное пространство.
- А где же Малфой, разве вы не должны прислуживать своей принцессе? - улыбается и понимает, что дразнит, но терять уже нечего - им бы всё равно не удалось мирно поговорить с этими двумя, - или вы теперь другим служите? С чего вы взяли, что мы пойдём к Кэрроу?
Невилл удобнее перехватывает палочку, проверяя как она лежит в руке: чувствует, что малой кровью здесь не обойдётся.
- Прочь с дороги, - цедит сквозь зубы, переводя взгляд с одного на другого.

[nick]Neville Longbottom[/nick][status]холод за дверь не пройдёт[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2J3BG.png[/icon][sign].[/sign]

+3

9

.    Светские леди при встрече с Джинни не преминули продемонстрировать все свои манеры. Уизли едва не поморщилась в ответ на обращенные к ней издевательские реплики. Беда была в том, что с Миллисентой вообще невозможно было вести хоть какой-нибудь диалог, в отличие от Оливии, если рядом с ней не маячил братец. Конечно, обе они были редкостными сучками, но Харпер хотя бы была умной. У нее хватало сообразительности, чтобы пытаться задеть собеседника изящно. Булстроуд же не гнушалась самыми грубыми и простыми приемами. Гриффиндорке оставалось только сделать глубокий вдох и досчитать про себя до пяти, прежде чем ответить.
     — Даже если и так, — обычно задиристый и веселый голос Джинни сейчас был холоден, — Дела старост тебя не касаются, Булстроуд. И да, не знала, что тебе высылают бумажные приглашения — обычно профессор Слагхорн делал исключение только для Забини, чтобы нарисовать на обратной стороне карту подземелий. Остальным хватало ума запомнить дорогу с первого раза.
     Она качнула плечиком и двинулась вперед, демонстративно игнорируя палочку Миллисенты. Хотя руки Уизли и так были спрятаны в карманы мантии, чтобы в любой момент выхватить свою палочку, если это потребуется. Конечно, слова Булстроуд ее задевают. Вряд ли слизеринка знала, правду, но все равно попала в цель. Да, возможно Джинни очень хотела бы быть сейчас вместе с Гарии и Роном, чтобы помогать им продолжать дело Дамблдора. Но она была здесь и пальцы ее невольно сжались в кармане на рукоятке волшебной палочки. Но стоило старосте открыть рот, чтобы ответить обидчице, как произошло сразу несколько событий.

     Сначала они услышали громовое «Здорово, Лонгботтом!», донесшееся из-за рыцарских доспехов неподалеку. Джинни узнала голос Гойла и чертыхнулась про себя, поняв, что план не сработал. Следом в поле их зрения возник Кребб, отметая все сомнения в том, что случилось.
     Что именно ответил Невилл им слышно не было, но в следующий момент в коридоре раздался грохот — это где-то за поворотом Финниган устроил очередной взрыв и обрушил потолок на своих однокурсников. Громыхнуло знатно, в коридор ворвался столб пыли. Все пришли в движение в один момент. Джинни успела выхватить палочку, прежде чем увидела, как из кармана у Лонгботтома падает яркий шар — Симус успел снабдить друзей кое-чем, на экстренный случай. И, кажется, он настал. Бомбочка взорвалась под ногами Гойла и Лаванды, взметнув в воздух сноп искр и облако густого дыма. Уизли поняла, что пора действовать.
     Она одними губами шепнула «Остолбеней», отправив заклинание в Кребба. Белая вспышка ударила в стену между ним и Невиллом.
     — Кребб, прекрати немедленно! — Взвизгнула Джинни, — Экспеллиармус! — Она направила заклинание на Винсента, надеясь сразу вывести из строя хотя бы одного слизеринца. Впрочем, когда это его останавливало отсутствие палочки? Ох, кажется вечер и правда томным быть перестал. На всякий случай Джинни создала магический щит.

+ немного мастерских комментариев

Оливия и Миллисент рядом с Джинни, но вдалеке от стальной компании. Что именно Джинни выпустила первое заклинание, никто не видел – внимание всех отвлек взрыв. Каждый может заподозрить в этом Кребба, Гойла или Невилла, т.к. они были ближе всех и у них в руках были палочки. Судьба палочки Кребба – на усмотрение Креббу :)

+4

10

Неизвестно, что кому лучше удавалось: Лаванде сжимать вспотевшую и теплую, но такую вселяющую уверенность ладошку Невилла или же наоборот, ладонь гриффиндорки казалась такой ледяной. Блондинка лишь кивает в ответ на еле слышный шепот о том, что у Джинни все получится. И у них тоже. Она и сама так думала.
Они были так близко к цели, что Браун уже почти выдохнула с облегчением. Она старалась не оборачиваться туда, где Джинни поймали Харпер и Булстроуд. Джинни знала, что делала.
Когда где-то за спиной раздалось громогласное приветствие, Браун аж подскочила на месте, чуть не впечатавшись в идущего впереди Лонгботтома. Она медленно оборачивается, уже, в общем-то, зная, кого увидит за спиной. Крэбб и Гойл. Этих двух увальней уж точно хотелось бы увидеть сейчас в последнюю очередь. Хотя, в отличие от более интеллектуальных змеиных студентов, этих можно было хотя бы попытаться бескровно обвести вокруг пальца и выйти победителем.
Невилл стремится защитить ее собой, Лаванда плавно оказывается за его спиной, чувствуя себя совершенно беззащитной, на удивление. Упоминание Кэрроу заставило блондинку вздрогнуть. Слишком свежие были воспоминания о том, что произошло недавно. И она не хотела бы лишний раз их поднимать среди прочих. Не в этот раз. Пока друзья в опасности, а от нее зависит их спасение, она не может вот так легко повестись на подобную провокацию.
Она не заметила, как оказалась между Гойлом и стеной. И первый заполнил собой все пространство, тенью нависал над ней, видимо, посчитав, что она не настолько опасна, как Невилл, который уже несколько раз отметился и до этого. Лаванде в этом плане везло больше, ее новая власть в Школе не так сильно любила. И это был повод сбить с толку.
- Разве мне нужно что-то говорить, пока тут два таких больших и сильных парня решают важные вопросы, - в голосе ее было столько патоки, что слипались бы не только губы. Блондинка пару раз хлопнула ресничками, натянув дежурную, отточенную за годы использования, улыбку. - Я, знаете ли, не фанатка прогулок к Кэрроу, но может кто-то из вас меня проводит? А то мало ли, сейчас даже из гостиной прогуляться не выйдет, - дурочка из нее получалась хороша, как и всегда. План ее был прост: максимально отвлечь Крэбба и Гойла, раз уж ее почему-то не воспринимают как нарушителя. А там, может, и удастся утащить хотя бы одного с собой, чтобы было проще другим гриффиндорцам. Ну или еще что-то случится, от ее поведения они могли только удивиться и впасть в ступор, разве ведет себя так кто-то из Отряда Дамблдора?
Когда где-то рядом и одновременно в отдалении что-то взорвалось, вся показная улыбчивость с Лав-Лав мигом слетела. То, что это был Симус, сомнений не было никаких. Лаванда лишь успела крепче сжать в кармане мантии палочку, прежде чем у ее ног взорвался подарок их юного пироманта. Девушка отшатнулась от Гойла, закашлявшись. Столб дыма и искр не лучшие спутники, особенно, когда это все происходит так быстро и близко.
Рядом с Невиллом ударила белая вспышка заклинания, которую было видно даже сквозь дымовые эффекты бомбочки. И вслед за этим прилетел крик Джинни и ее заклинание. Лаванда выхватила палочку, направив ее в Гойла, который был до сих пор ближе всех.
- Остолбеней! - тихо шепчет Лав, словно боясь, что ее услышат, отсутствие палочки и правда вряд ли могло и не остановить эти два здоровых лба, а вот то, что приличные студенты с бомбами по коридорам не ходят - стало ясно уже всем.  Она надеялась, что находящиеся чуть вдалеке девушки не успеют среагировать вовремя, что заклинание попадет в цель, неизвестно, что делают с Долиш уже там, в этой злосчастной комнате, они итак задерживаются. Да и взрыв в соседнем коридоре разворошит пчелиный улей, только успевай что-то сделать.

+4

11

Оливия фыркнула, невольно подмечая, что слишком много “Найджела” прозвучало в словах Булстроуд. Впрочем, разбираться с этим она предпочтёт позже, когда вся эта “инспекционная” шумиха наконец-то закончится. Харпер не нравилось то, что происходило в кабинете Слагхорна, в конце концов она не испытывал никакого пренебрежения к близняшкам Долиш, да и, вообще, общалась с ними достаточно хорошо. Правда и кидаться ради них в омут с головой тоже не собиралась, прекрасно понимая в какой момент стоит открывать рот, а в какой лучше промолчать. Конечно кто-нибудь мог запросто назвать Харпер трусихой, но девушка отнюдь таковой не являлась, просто умела расставлять приоритеты. Именно поэтому она в своё время спасла декана Дэллакэйппла от верной гибели на глазах у немалого количества учеников и даже самого Тёмного Лорда. Просто потому, что собиралась в будущем получить за это неплохую мзду.
   — Не помню, чтобы ты записывалась в ряды любителей бесед в стиле увлекательных вечеров с профессорами Кэрроу. — Ох и не нравилось ей это всё, ибо не спроста здесь ошивалась эта львица! Чутьё вороны и острый ум подсказывал Оливии, что ничего хорошего ждать не стоит. Как от младшей Уизли, так и от остальной безумной коалиции “Жмоттер и его друзья”. «Лечить вас всех нужно. Причём принудительно!», однако самое интересное было то, что подобные мысли Оливии относились к обеим сторонам баррикад. — Это ещё что за драккл? — Ненавистную до дрожи фамилию “Лонгботтом” она услышала бы и за милю и даже на концерте “Ведуний”, ибо если в этом мире и был человек заслуживающий пару часов непрерывной пытки “Круциатусом” – то это определённо был… «Мерзкий Невилл, мать его, Лонгботтом!». А она ведь знала! Предполагала! Чуяла! Правда насколько она была права Оливия поняла немного погодя, когда в коридоре прогремел взрыв, одна даже это совершенно не меняло того факта, что в этих стенах появилась новая Сивилла Трелони.
   — Это ещё что за срань? —  Задыхаясь кашлем, прохрипела она, моментально растеряв аристократичный лоск, но сохранив жажду крови и бешеный блеск в глазах. Стена приятно холодила спину, быстро приводя в чувство. Тревожные мысли бились в её голове, словно запертые птицы, а предчувствие настойчиво вопило о том, что её нужна волшебная палочка.  «Ты по-ко-йник!», если бы за умение рычать факультетам выдавали очки, Харпер бы сходу урвала сотню, а то и две, ибо с тем звуком, что разнёсся по задымлённому коридору, мог сравниться разве, что рёв разъярённого дракона. — Булстроуд, ты жива? — Оливию бы вполне устроили оба варианта, однако благополучие слизеринки в данной ситуации являлось всё же первостепенным.
    — Там… там… Лонгботтом! — Прозвучало это так, словно вместо Невилла в коридоре находилась по меньшей мере пара дементоров. Впрочем, даже в этой ситуации Оливия знала, что стоит делать. — Круцио! — Ей было всё равно, кому именно принадлежал неясный силуэт. Как и было всё равно, за какими именно дракклами сюда припёрся этот ушибленный лев. Ей было всё равно даже на планы недалёких Крэбба и Гойла и на то, что здесь забыли Джинни и Лаванда. Всё, что интересовало Оливию – это как можно сильнее досадить обидчику брата, заставив Невилла пожалеть о том, что он, в своё время, посмел сотворить. «Ты покойник! Покойник!», жаль, что убить гневом ещё никому не удалось, ибо испытывать свои силы с запретной для неё “Авадой”, Оливия не решилась бы даже ради Лонгботтома.
   — Круцио! Круцио! — Она продолжала даже будучи неуверенной, по кому попадает, а по кому не попадает болезненное заклинание. Сейчас гнева Оливии вполне бы хватило на целую толпу. Только жаль, что практически ничего не видно. «Ненавижу!», дабы пытать брата ей пришлось постараться. Она собирала в один узел весь свой гнев, всю возможную обиду и недосказанность, а уже потом воспроизводило это всё в заклинании, получая пуст и слабенький, но всё же эффект. Здесь же Харпер не пришлось выкручиваться, ибо гнев без всякого труда читался на искажённом яростью красивом лице, в её голубых глазах, в сжатых кулаках и уверенно направленной волшебной палочке.   

Отредактировано Olivia Harper (2018-09-19 19:36:38)

+3

12

Когда ты умер, ты об этом не знаешь, только другим тяжело. То же самое, когда ты тупой…©


- Что бы ты понимала в этикете, идиотка тупоголовая, - Булстроуд презрительно фыркнула, снисходительно покачав головой. "Разумеется, куда уж этой дуре, выросшей в нищете, до такой тонкости как пригласительные. Все на словах да на словах. Нищебродка чертова". Миллс все же закусила губу с досады. Она ожидала, что ее слова произведут на Уизли неприятное впечатление, если не сказать больше – сделают больно. Но ведьма не отреагировала никак, кроме попытки все же пройти внутрь кабинета. "Может ей и в самом деле было плевать на пустоголового братца и его шрамированного на всю голову дружка, но это слабо вязалось со слухами, бродившими по школе. Вероятнее всего, ведьма просто проявляет чудеса самообладания. Тогда, спрашивается, какого драккла шататься по коридорам и нарываться на тех, кто будет проверять на прочность внутренние резервы?" Уизли не была похожа на мазохистку, а зычные голоса Крэба и Гойла, прозвучавшие как гром среди ясного неба, и вовсе расставили все по своим местам.
- Гаденыши, - прошипела Булстроуд, - так вы все же решили выползти из своих поганых нор чтобы погеройствовать, - дальше продвинуться в разговоре не получилось. Взрыв на мгновение дезориентировал всю честнУю компанию, а поднявшиеся в воздух клубы пыли и вовсе сработали не хуже дымовой завесы.
Нельзя сказать, что подобное не было в стиле тупоголовых гриффиндорцев, но Миллс все же рассчитывала, что репутация Кэрроу не позволит львятам выпрыгнуть из своих клеток и кусать за ноги всех, до кого достанут. Ошиблась, ох как ошиблась. Уже седьмой курс, а удивляться непроходимой тупости и склонности к суициду у отдельно взятых личностей Булстроуд не перестанет ,видимо, никогда.
- Жива, жива. Так глупо сдохнуть не входило в мои планы, - глаза щипало, а нос закладывало от пыли. Миллс прикрыла нос и рот рукавом мантии, стараясь не дышать глубоко, - значит и мне не показалось, что слышала фамилию Лонгботтома. И еще какая-то девица с ним, если у Гойла не случилось галлюцианаций, и он не путает ничего. Хорошая компания вышла на прогулку под предводительством Уизли, - в том, что главенствующая роль в этом маскараде досталась старосте Гриффиндора, Булстроуд не сомневалась.
Пыль понемногу оседала, и силуэты всех участников вечеринки в коридоре становились более-менее различимыми. Уизли с вытянутой перед собой палочкой целилась в кого-то, Лив рассыпала круциатусы, словно лепестки роз из корзинки на свадьбе, а Булстроуд…а что Булстроуд, она,  как и подобает истиной змее, не собиралась упускать шанс напасть со спины.
- Круцио! – непростительное полетело в спину рыжей сучки, что притащила выводок своих друзей на эту непонятную и никому не нужную геройскую потасовку.
- Гойл! Если ты не сдох там, тащи сюда свою задницу и наших новых друзей захватите, пообщаемся поближе, - заклинание, адресованное Уизли, должно было остудить ее пыл хоть на какое-то время, и его  вполне должно было хватить, чтобы разобраться с остальными, - в конце концов, что за прятки, - кузен у Булстроуд был не из самых умных, но в грубой физической силе ему не откажешь, равно как и в умении производить устрашающее впечатление. А если сделать скидку на то, что в качестве жертв оказались Лонгботтом и пока плохо различимая в пыли-тумане, девица, то дело выеденного яйца не стоило.
- Если ребятки так хотят на праздник, почему бы не устроить им этот праздник , - все равно попытка пробраться на вечеринку незамеченными с треском провалилась, или лучше сказать, взорвалась. Булстроуд не знала, кого из двух верзил в слизеринских галстуках надо за это благодарить, но в глубине души была благодарна обоим – и Крэббу и Гойлу. Теперь у них появился шанс привести троих заблудившихся в качестве бонуса к основному действу. В конце концов, их с Лив отправили встречать гостей. А где встречают, так и провожают.

+3

13

Подколка Невилла летит в молоко — на этом поле Крэбб и Гойл в принципе не сражаются. Этих двоих оскорбления даже не обижали по-настоящему. Ведь они всегда знали, что могут просто избить шутника и остаться в выигрыше...
«Пошла потеха», — успел подумать Гойл, прежде чем раздался грохот и с потолка посыпалась каменная крошка. От неожиданности Крэбб даже вспомнил нужное заклинание. — Протего!
В ту же секунду что-то взорвалось под ногами у Гойла и гриффиндорской блондиночки, Лаванды. Грегори успел прикрыть лицо руками, а палочку все еще не вытащил. Парень на мгновение испугался — показалось, что локти не просто обдало горящим воздухом, но и обожгло. Однако, обошлось. Даже глаза пылью не залепило.
Яростно взревев, Грегори сделал то, чего и стоило от него ожидать. С размаху ударил Невилла по лицу, рассчитывая как минимум сломать нос гриффиндорскому парнишке. Анализировать, кто, зачем, почему ни Грегори, ни Винсент не захотели. Они, конечно, умели думать. Но в экстренных ситуациях предпочитали действовать.
Гойл, пожалуй, мог бы несколькими ударами вывести Лонгботтома из боя — благо, физическая сила позволяла. Но магия была орудием более надежным и зря парень ею не воспользовался. Грегори замахнулся для второго удара, когда невербальное заклинание Браун лишило его возможности двигаться.
«Винс, ВИНС!» — Он бы позвал друга на помощь, но губы не слушались. Слабый, эмоциональный разум застрял в оковах тела, лишенного не только силы, но и банальной способности шевелиться. Кто-то скажет, мелочь, пустяк. А вот на привыкшего к своей мощи Грега накатила паника....
Крэбб же не успевал обращать внимание на беду своего товарища. Чертовка Уизли лишила его волшебной палочки и возможности сотворить какое-нибудь заклинание, вроде Адского Пламени. Мгновенно разъярившийся слизеринец долго не думал, как поступить. Он просто сгреб в охапку стоящую рядом Лаванду. Выкрутил тоненькое запястье, чтобы отобрать палочку.
Но уже спустя секунду Крэббу пришлось трусливо отскочить к стене, неосознанно оттаскивая в безопасную сторону и Браун. Кто-то из девочек стал не прицельно швыряться непростительными. В Винсента не попало, а вот застывшему статуей Гойлу не повезло. Он не мог увернуться, не мог даже кричать или корчиться от боли — и это удваивало эффект от пытки. Грегу казалось, вся его сущность умирает в алом огне заклинания...
Винсент не сразу, но быстро заметил всё, понял. И завопил вместо друга. От его громогласного, почти боевого клича, кажется, стены Хогвартса дрогнули в третий раз. Отшвырнув Лаванду, Крэбб кинулся на помощь Гойлу. Толкнул неподвижную фигуру в сторону, дабы луч Круциатуса более не попадал в тело Грегори.
Гойл рухнул на пол с тем звуком, который мог бы издать упавший шкаф. В своих мыслях он орал и выл как резанный, но физически оставался неподвижной, почти до безумия напуганной статуей. Винсент же с налитыми кровью глазами оглядывался по сторонам, ища в потемках Лонгботтома.
«Свернуть шею предателю крови», — почему виноват во всем именно Невилл? Да просто так. С яростным воплем Крэбб бросился на мелькнувший в потемках силуэт, наиболее похожий на Лонгботтома.

[nick]Crabbe and Goyle[/nick][status]гоп-стоп [/status][icon]http://s9.uploads.ru/t/xN7sJ.jpg[/icon][sign].[/sign]

Отредактировано Tracey Davis (2018-09-23 01:19:15)

+4

14

.    Грохот взрыва и дым создали настоящий хаос. Джинни повезло, что она предусмотрительно наколдовала щит — красный луч заклинания ударился о магическую преграду. Но толчок был настолько сильный, что Джинни полетела на пол, в кровь разбивая колени и незащищенные ладони и холодный камень. Каким-то чудом ей удалось не выпустить палочку. Лежа на полу, она смотрела на то, что творилось вокруг. Как ее друзья не сдаются и пытаются дать отпор членам инспекционной дружины, оказавшим им такой душевный прием.
     Заклинание Лаванды попало точно в цель. Гойл, успевший ударить Невилла по лицу, застыл восковой куклой, бешено вращая глазами. Он оказался самой легкой мишенью для круциатуса Оливии. Второе заклинание Харпер угодило в стену, а третье – в Лаванду, которой Кребб попытался прикрыться, словно щитом. Но благодаря Винсенту действия заклинания продлилось недолго. Отбросив Браун в сторону, он освободил ее от действия магии. Гойла он спас аналогичным способом. А после яростно рванулся в сторону Лонгботтома, чтобы сорвать свою злость на ближайшем противнике. Увидев это, Джинни отправила в Винсента заклятья-подножку. Увалень вдруг почувствовал, как почва стремительно уходит у него из-под ног. Повторить удар Грегори, напавшего на Невилла первым, ему не удалось.
    У Невилла же шла носом кровь. То ли от волнения, то ли потому, что он действительно оказался сломан. Но гриффиндорец, словно в состоянии аффекта, совсем не чувствовал боли. Он видел как Лаванда пытается отправиться от проклятья. Видел Джинни, лежащую на полу и сжимавшую палочку окровавленной ладонью. Он знал, что так будет. Они обсудили все заранее. Колдовство в коридорах все еще не приветствуется, староста не должна атаковать других студентов. Но Невилл видел взгляд Уизли и понимал, что сейчас значок уже не имеет значения. Еще немного и она совершит то, после чего ей сложно будет остаться не только старостой, но и вообще студенткой Хогвартса.
Изо всех сил пнув Кребба, Лонгботтом направил свою палочку на Миллисент и яростно взревел:
     — Левикорпус! — Луч, вырвавшийся из его палочки, угодил Миллисент в грудь. Резкий толчок поднял ведьму в воздух – через мгновение она видела вниз головой, путаясь в мантии. Палочка ее с деревянным стуком упала на пол, прямо под ноги Оливии. Но Невилл не обратил на это внимания. Тяжело дыша он перевел палочку на Харпер и отправил в нее обезоруживающее заклинание. Он просто не мог, не хотел атаковать девушку чем-то более серьезным. Не хотел причинять ей боль несмотря на то, что сама она готова была подвергнуть их всех непростительному заклятью.
     — Прекрати, — хрипло произнес он, глядя на обезоруженную Оливию и продолжая держать ту на прицеле волшебной палочки. — Проваливай отсюда сейчас же. И ты уходи, Джинни. Забери Лаванду и уходите. Жаль, что у тебя не получилось меня остановить! — Он повысил голос, пытаясь заглушить ее попытки ответить. Лонгботтом уже получил весточку от бабушки и знал, что не сможет долго оставаться в школе на прежних правах, а потому сразу готовился взять вину на себя. — Силенцио! — луч ударил прямо в лежащую на полу Уизли, мешая ей что-то сказать. Невилл помнил, как на первом курсе сам получил проклятье от Гермионы и знал, что поступает правильно.

мастерские комментарии

В общем-то, все последствия описаны в посте :) Весь пост считаем сплошным мастерским комментарием.

+3

15

Все было не так просто, как им бы хотелось. Естественно, иллюзиями можно было себя терзать ровно до того момента, как в коридоре показалась первая партия блюстителей нового режима. А когда у них не получилось пройти дальше коридора, тут уж можно было начать винить кого угодно или что угодно, да только ничего не сделаешь. События стали развиваться настолько стремительно, что поздно было что-то менять.
Вот ее палочка направлена в слизеринца, заклинание попадает точно в цель, Гойл застывает бесполезной куклой, не успевая занести еще один удар по Невиллу. Этим двум наверняка редко приходило в голову использовать палочку по назначению, а не для того, чтобы поковыряться ей в носу. Но, надо отдать им должное, что обезоруженный слизеринец - все еще опасен. Когда кулаки размером с тыкву, ты можешь успеть размазать противника по стене, а не концентрироваться, вспоминать сложные слова, которые обычно оттачиваются лишь с навыком.
Но дальше Лаванда не успела среагировать, когда со стороны Харпер послышались крики, а рядом оказался Крэбб. Резко стало меньше воздуха, запястье пронзила острая боль, цепкие пальцы лишь чудом удержали в руках палочку, но лишь потому, что через секунду ее снова оттаскивали в сторону, пока на фоне летали круциатусы.
Парень, что пытался защитить себя, утащил за собой и Лаванду, вот только это было не очень правильным решением, потому что не очень выбирающее направление непростительное заклинание осветило ее лицо, а потом разум взорвался болью. Все остатки мыслей резко оставили ее разум. Только боль, всепоглощающая и невыносимая. Ей казалось, что кости плавятся, а лицо треснет от давления изнутри. Хотелось избавиться от этого, сделать что угодно, даже умереть. Лишь бы не было этой боли, выкручивающей суставы и ломающей кости.
Лаванда падает на колени, она не чувствует собственных ног, которые давно растворились в этом всепоглощающем чувстве. Она не слышит своего крика, вообще ничего не слышит.
Может быть, и крика никакого не было. Все же, Оливия не целилась в Лав, ее целью был другой. И то, что для блондинки тянулось, словно вечность, на самом деле было всего лишь мгновениями. Когда красная пелена стала отступать и воздух снова смог проникать в легкие, звуки тоже стали достигать слуха. И то, что говорил Невилл, словно бы рядом, уже пыталось уложиться в сознание.
- Невилл, что ты делаешь? - Лаванда трясла головой, словно кудри, бьющие ее по лицу, могли помочь ей вернуться в себя. Кажется, он говорил, чтобы Джинни уходила и забрала ее с собой. Она была в общем-то не очень против, но разве можно было оставить здесь Лонгботтома одного. Ее было почти не слышно по сравнению с громко говорящим гриффиндорцем, который пошел на радикальные меры и решил помешать Джинни ответить весьма радикально заклинанием. Он уже все для себя решил и отговаривать его бессмысленно. Чтобы он не собирался делать, иногда он был упрям, как и любой из них, когда доходит дело до жизни их друзей. Блондинка поджала губы, с трудом оперевшись на руки и сделав движение вперед, чтобы оказаться рядом с рыжей.
- Пойдем, я знаю, что ты против, - она подставила плечо, и сама с трудом удерживалась от того, чтобы упасть рядом. Но вместе они должны уйти, не зря же Невилл так старался. Лаванда мелком посмотрела на парня, у которого все еще не могла остановиться кровь, заляпав весь ворот одежды. Он сделает то, что не получилось у них. Все же было не зря, верно?
Так или иначе, в нем она не сомневалась, ей бы самой хоть каплю такой уверенности.

+2

16

Ни одно из её “Круцио” не попало по желанной цели. «Ах ты вертлявая падла, а с виду такой неповоротливый!», о том, что из-за дыма Оливия просто-напросто ничего не видела, волшебница даже не задумывалась. Где-то раздался душераздирающий крик Браун – это предприимчивый Крэбб, как истинная леди поспешил укрыться за чужой спиной. Тем не менее, ничего иного Харпер от него и не ожидала, а вот Лаванду было немного жаль, впрочем, она сама влезла не в свою игру, а перед местью Невиллу Оливию вряд ли могло хоть что-нибудь остановить. Заклинания срывались с её палочки одно за одним, попадая даже в Гойла, застывшего нелепым каменным изваянием, «поделом тебе, тупоголовый» - отозвалось в её циничном мозгу, даже несмотря на то, что парой минут ранее Грегори таки настучал Лонгботтому по его бубну.   
   — Что?... — В яростном запале, она даже не совсем поняла, что её верное оружие больше не в её руках. «Какого драккла!», ненавистный Невилл был так близко, что она чуяла его зловонное дыхание и вполне могла дотянуться до парня рукой, впиваясь ногтями в его глаза или сжимая пальцы на львиной шее. «Нет, всё же, не обхвачу», всё в нём вызывало у вороны неистовую ярость, а потому сознание приукрашало реальность превращая бывшего ученика в кровожадного монстра. — Я доберусь до тебя, Лонгботтом, не сегодня, так завтра. Не завтра, так в другой день. Я доберусь до тебя и поверь, ты пожалеешь, что не успел жалко издохнуть в ближайшей канаве. — Он угрожал ей, но не бил – в нём всё ещё осталось благородство. Впрочем, об этом Оливия подумает позже, когда адреналин схлынет, а багровая пелена ярости перестанет застилать глаза.
   — Однажды, ты ответишь мне за то, что посмел тронуть моего брата. — Она прекрасно понимала, что досадить кому-нибудь из его друзей будет куда проще и легче, чем добраться до самого Невилла. Это было прекрасной возможностью подстрелить двух зайцев всего одним выстрелом, но… для подобного решения Оливии не хватало подлости. Ворона не жалела никого из пострадавших сегодня, ведь каждый из них самолично выбрал кривую дорожку. Для Харпер было неважно – лобызают они подол Тёмного лорда или же натирают ветвистые рога Поттера, даже само слово “выбор” вызывало у вороны нервную дрожь. Она предпочитала играть за свою личную команду, старательно балансируя между двух зол и поступая лишь так, как велит ей чёрствое сердце. Сегодня оно велело откапать Миллисент из её мантии, помогая змее добраться до её гостиной, а завтра, возможно, кто-нибудь упадёт с балкона, не в удачное время кинув на ворону свой весьма недальновидный взгляд.
   — Живая? — Вернув себе волшебную палочку и подхватив орудие зла слизеринки, Харпер помогла блондинке встать. Прекрасно понимая, что после драки кулаками не машут, а этот бой они, к сожалению, проиграли. Впрочем, ей хватило ума и смекалки, чтобы приравнять одно к одному, а потому спектакль, разыгранный львом на потеху недалёких зрителей в лице Крэбба и Гойла, вызвал на её губах ехидную усмешку. Оливия действительно собиралась уйти, хотя бы потому, что бросаться на него сейчас было нелепо и ниже достоинства аристократки. «А о мести я подумаю позже», проигранный бой – не проигранная война, хоть и воевали они все совершенно за разное. Пожалуй, что намного умнее было просто оставить месть в прошлом, тем более, что сегодня она уже насладилась зрелищем его сломанного носа. Однако смириться – значило простить, а прощать Оливия, к сожалению, не умела. По крайней мере не тех, кто посягнул на целостность её семьи. За семью Харпер была готова заживо закопать любого и неважно кто прав, а кто виноват, как и неважно, когда именно обидчик поплатиться за свою глупость.   

+2

17

Русский бунт - бессмысленный и беспощадный.
Собрались, пошумели и разошлись. ©


- "Какого драккла она вообще вышла в этот коридор", - запоздалая, но такая удачая мысль посетила Булстроуд как раз в момент, когда мантия преградила обзор творящегося в коридоре действа. Вокруг слышались голоса. Кто-то кричал, кто-то вспоминал чью-то мать и поминал ее не добрым словом. Но все так или иначе сводилось к одному простому выводу: лучше бы Кэрроу отравили так, как оно и было задумано. Творящееся вокруг было похоже на сценку из плохо отрепетированного спектакля, в котором одни герои, которым по определению положено быть со всех сторон положительными, пытаются закопать тех, кто сияет жирным минусом на всю карму. И так уж повелось, что о причинах противоборства не задумывается ни одна из сторон. Звучит призывный клич «наших бьют» и этого достаточно.
Булстроуд болталась вниз головой краснея, словно вареный рак не столько от прилива крови к голове, благодаря столь импозантной позиции, сколько от возмущения, злости и негодования, благодаря которым она готова была руками вцепить в любого в радиусе поражения, даже без волшебной палочки в руках. Но радиус был пуст и унизительное трепыхание остановить и оправдать самостоятельно, без посторонней помощи, никак не получалось. Булстроуд злилась и верещала проклятия направо и налево, проклиная всех и вся из-за собственной беспомощности. Однажды ей  уже довелось болтаться, словно яблоко на ветке, благодаря стараниям Нотта, и Миллс искренне полагала, что подобное не повторится. Уж она-то не пропустит такое простенькое заклинание и сумеет вовремя его отразить. Но не тут-то было и ведьма шипела, едва ли не плевалась ядом, но Лонгботтом, которому Булстроуд была обязана такой умопомрачительной позицией, находился вне досягаемости и слизеринка просто не доплюнула бы ядом в его сторону при всем желании.
Миллс сожалела о потраченном времени, испорченном платье и сломанных ногтях на указательном и среднем пальце. Ей было совершенно плевать, что с остальным и живы ли они вообще. Булстроуд хотелось перестать висеть вниз головой, словно праздничная колбаса под потолком и перестать лицезреть львиные морды гриффиндорцев, от которых начинало подташнивать не менбше, чем от положения вниз головой.
Миллс хранила стойкое молчание, оставив всяческие попытки трепыхаться и извиваться. Она просто-напросто сделала вид, что так и было задумано и дурацкое положение, в которое она влипла – лишь часть какого-то грандиозного плана.
Лонгботтом раздухарился не на шутку, чем вызвал у Булстроуд очередной приступ тошноты. Мысленно Миллс уже сбросила на него самую увесистую балку потолочного перекрытия, раздробив гриффиндорскую черепушку в кровавое месиво. Но над материализацией желаний еще предстояло поработать.
Благодаря Лив Миллс смогла наконец-то брякнуться на пол, и увидеть действующих лиц в правильном ракурсе относительно горизонтальной плоскости. Голова кружилась, кашель забивал так, будто Булстроуд последние лет пять таскает табак у отца из табакерки и смалит затягиваясь. Вывод напрашивался один: валить и валить незамедлительно, оставив мстительному характеру очередную галочку напротив тех, кого следует пытать, убивать, изводить…но потом, все потом, после горячего душа и маникюра. Средний палец со сломанным ногтем было как-то особенно жалко.

Отредактировано Millicent Bulstrode (2018-10-10 21:55:15)

+1

18

Винсент запнулся и полетел приветствовать пол лицом. Яростный вопль прервался — жаль, что не перерос в предсмертные хрипы Лонгботтома. Впрочем, падение и удар для мощного тела не были столь критичны. Крэбб уцелел. И, несмотря на растерянность, готов был продолжить битву.
Грегори повезло меньше: он всё еще находился под действием обездвиживающего заклинания. Да и освободившись, врятли бы смог что-то сделать. Пытка, вкупе с ощущением абсолютной беспомощности, не прошли бесследно. Сердце гулко и часто колотилось в груди. В горле булькало, да только мышцы не могли сократиться так, чтобы вырвалось на волю позорное рыдание...
«Убью», — мысль, простая и ясная, озарила мозг Гойла. А продолжение её уже предсказуемо звучало в голове Винсента, — «переломаю кости, сниму шкуру, убью, уничтожу, тварь».
Пинок Невилла помешал Крэббу конкретизировать план потрошения неугодных. Винс зарычал, оглушенный хрустом собственного носа — сломанного симметрично лонгботтомскому. Густая, теплая кровь потекла по лицу, попадая в рот и мешая матом комментировать ситуацию.
Когда Крэбб наконец-то смог встать, кулаками махать было поздно. Булстроуд висела в воздухе, призывно болтая ножками — в иной ситуации Винсент и Грегори сочли бы подобное зрелище волнующим. Харпер злобно шипела, но, по-видимому, была лишена волшебной палочки. Браун пыталась утащить Уизли, ну, а Лонгботтом, увы, все еще был вооружен.
При таком соотношении сил, даже непрактичный Крэбб ощутил, что не хочет опять бросаться на Невилла. Не успеет Крэбб сбить его с ног до того, как получит в лбу заклинанием...
«Кэрроу всё узнают», — мстительно пообещал себе Винсент. После чего осторожно, настороженно косясь на Лонгботтома, двинулся к лежащему Гойлу. Перевернул товарища, неуклюже-бережно потянул окаменевшее тело вверх, забрасывая себе на плечо.
Под весом Грега парень слегка покачнулся — Крэбб был не намного тяжелее. И все-таки, он устоял. Медленно отступая, Винсент со своей ношей удалялся от отрядовцев.
Остаться и помочь Оливии с Миллисент ему даже в голову не пришло. Винсент мог переживать за Грегори, за себя или за своего папеньку. Когда-то и за Малфоя переживал — пока не понял, что тот обижает его и не ценит старания друзей так, как следует. Но вот на всех остальных людей у Крэбба уже точно не доставало сочувствия. Это ж, как ни крути, очень сложное чувство. От него много калорий тратится.
[nick]Crabbe and Goyle[/nick][status]гоп-стоп [/status][icon]http://s9.uploads.ru/t/xN7sJ.jpg[/icon][sign].[/sign]

Отредактировано Tracey Davis (2018-10-13 23:58:53)

0


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных сюжетных эпизодов » [16.04.1998] Мои методы спасения несколько специфичны