Escape The Fate – A. Dolochov [18.10]
Redemption – M. Bulstrode [17.10]
Stand as one – DE [16.10]
Demotion – M. McGonagall [16.10]
Tower defense – O. Harper [18.10]
Just cause – H. Potter [18.10]
Winds of war – N. Harper [19.10]
Darker than dark – I. Stretton [15.10]
Liberator's might – R. Yaxsley [18.10]
1121 959 1008 954
Ему бы сейчас схватить девушку за горло и давить своими пальцами, пока она не посинеет и не издаст последний вскрик. Не успели.читать дальше
в игре апрель - май 1998

HOGWARTS. PHOENIX LAMENT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных личных эпизодов » [16.04.1998] Три девицы и один разговор


[16.04.1998] Три девицы и один разговор

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Три девицы и один разговор
https://content.choiz.me/uploads/2018-01/87cc7771c245c2b88a61bed5dc896fff.gif

› Участники: Aurora Mulciber, Natalie McDonald, Margot Montgomery.
› Место: Больничное Крыло.

› Время: сразу после [16.04.1998] Вечер перестает быть томным
› Погода: тучи сгущаются.

Марго отводит Натали в Больничное Крыло. Аврора приходит следом, для чего?

+1

2

Натали не хотела идти в Больничное крыло. Она вообще ничего больше не хотела, но, тем не менее, продолжала идти по коридору в сопровождении Марго. Мысли ее раз за разом возвращались к событиям, которые только что с ней приключились, прокручивая в голове одну и ту же картину невеселого кино. Рука цепко сжимала столь бесценные обломки: осина, перо пегаса, 10 дюймов…
Весь боевой пыл Макдональд угас в тот самый миг, когда Аврора, обезоружив ее, уничтожила волшебную палочку. Перед глазами Нат до сих пор стояла картина, как ее волшебная палочка, купленная в лавке Олливандера, рассыпается в мелкие щепки, которые небрежно летят к ногам старосты с Рейвенкло.  МакДональд видела это все точно в замедленной сьемке.
Она ринулась к щепкам, точно надеясь что-то изменить, сжимая остатки волшебной палочки в руке и понимая, что теперь уязвима, как никогда раньше. Натали понимает, что не сможет сейчас себя защитить. Даже самое простенькое заклинание теперь ей не по зубам. Пока девушка созерцает то, что осталось от ее волшебной палочки, рядом с ней оказался Блетчи.
Никто из присутствующих в тот миг в коридоре, не слышал того, что он ей сказал, но всякий, кто смотрел в этот момент на нее понял – ничего хорошего и доброго от Майлза Натали не услышала. Девушка побледнела, глаза ее широко распахнулись – в них явственно читался страх.
«Ты еще узнаешь, что такое боль и отчаяние», - звучит в ушах его голос. И девушка понимает, что сейчас определенно не самый лучший момент для того, чтобы лишиться волшебной палочки. МакДональд с отвращением потерла щеку, которая по цвету уже практически сравнялась с галстуком гриффиндорки. Когда Майлз лизнул ее – Натали чуть наизнанку не вывернуло. Неприятное ощущение не проходило, даже несмотря на то, что щека уже начинала гореть, точно обоженная.
Ей нечем себя защитить. А вдруг он нагрянет в Больничное крыло, куда ей велели направиться. Впрочем, Натали понимала, что сейчас Майлз – меньшая из ее возможных проблем. Вполне вероятно, что староста поспешит доложить обо всем Кэрроу и тогда… что будет тогда Натали старалась не думать.
Тело все еще ныло после заклинания боли, которое ей было суждено сегодня испытать впервые. Ноги словно налились свинцовой тяжестью и Нат с трудом их переставляла. Там, в коридоре, ею двигал адреналин, азарт, желание во что бы то ни стало помочь ребенку. Теперь же, когда кульминация миновала и их с Марго приключение приблизилось к развязке, слабость и боль вернулись в полном объеме. Вот только действительно ли все позади? Что ждет ее теперь?
МакДональд скосила взгляд на Монтгомери. Обсуждать с ней сейчас провал их «операции» по спасению Элизы она не решилась. Она боялась, что Марго обвинит ее во всем – в том, что не сдержалась, в том, что ввязалась в эту драку, лишилась волшебной палочки, а вскоре, может быть, лишится и жизни, и Монтгомери за собой утянет. Натали качнула головой. Нет. Нет. Марго ничего не сделают. Она чистокровная и к тому же пальцем не тронула кого-либо из участников потасовки. Не считая, конечно, того, что она огрела Блетчи, но МакДональд была уверена – ей удалось переключить гнев парня на себя и о рейвенкловке он вряд ли вспомнит даже если побежит жаловаться Кэрроу. Если потребуется давать какие-либо объяснения, она сделает все, чтобы Марго не пострадала. Скажет, что рейвенкловка с самого начала пыталась успокоить, утихомирить ее, что во всей этой истории виновата сама Натали.
В больничном крыле она пытается уверить мадам Помфри, что находится в совершенном порядке. Однако голос подводит свою хозяйку. Он дрожит и уже в следующий миг Натали захлебывается в истеричных рыданиях. Ей гадко и стыдно от того, что она не может сдержать слез, но не может остановиться. Вместе со слезами наружу рвется смех – самая обычная истерика. Потому медсестра готовит для нее успокоительное зелье. К снадобью Нат не притрагивается. Она сидит на кровати, утирая слезы и стараясь ни на кого не смотреть. Обломки волшебной палочки лежат рядом на тумбочке.
- Марго, мне нужна твоя помощь, - наконец произносит она, немного успокоившись. – Мне нужно срочно отправить письмо моему дяде. Если… если ты, конечно, захочешь мне помогать.
Она не договорила. Двери больничного крыла распахнулись и в палату вошла Аврора, доставившая на летающих носилках пострадавшего от Блетчи мальчика.

+2

3

Переставляя ноги, делая шаги один за другим, девушка думала о том, что если мать об этом узнает, то ее реакцию невозможно будет предугадать. Морин Монтгомери воспитывала девочек добрыми и честными, потому она могла понять ее желание помочь друзьям, но вряд ли смогла бы оценить, что именно сделала ее дочь, стремясь к этому. В дуэлях Монтгомери была слаба, потому не рискнула атаковать Майлза заклинаниями, рассчитывая, что вообще ситуацию можно будет разрулить без магии. Ей до этого момента удавалось избегать драк, все проблемы решались разговорами, но только не эта встреча с слизеринцем. может быть, все дело в нем, что он просто искал повода, а может быть что-то другое.

После встречи с Майлзом ее тело все еще била крупная дрожь, будто это именно ее пытали круциатусом, а не Натали. Аврора проявила ледяное спокойствие и раздавала указания, будто это не первая ситуация подобного плана, которую ей приходилось решать. Собственно, Марго считала верным, что именно Аврору назначили старостой школы, она хотя бы так откровенно не поддерживала новый режим и от нее можно было ожидать какой никакой справедливости. Марго поддерживала МакДональд за плечи, хотя та вроде бы шла сама. Возможно, поддержка была нужна именно ей, а не гриффиндорке.

- Конечно, - это меньшее, что может сделать Марго. Ей бессмысленно было возвращаться в тот коридор и пытаться добраться до кабинета профессора Слагхорна, все кончено. Их попытка провалилась, если случится непоправимая беда, то виноваты будут только они. Если же на них донесут, то Монтгомери встанет рядом с Натали, если не сможет ее выгородить. Разумеется, в коридоре были свидетели, двое старост школы, которые не оставят события просто так. Еще была Келла, которая ее также волновала . - И не говори глупостей. Почему я не должна хотеть тебе помочь?

Ее возмущение пришлось остановить, потому что двери снова распахнулись. Это была Аврора, которая леветировала на носилках парня-жертву Блетчи. В противоположном конце Больничного Крыла под дверью загорелся свет. Это мадам Помфри проснулась, чтобы выйти и узнать, что случилось, почему посреди ночи кому-то нужна ее помощь. Марго помогла Натали сесть на ближайшую кровать и сама присела рядом.
- Смотри, там в тумбочке есть пергамент и перо, - можно было нарушить еще одно школьное правило, чтобы сразу же отправиться в Совятню и отправить письмо дяде Натали. Малкольм Подмор был ей не чужим человеком. Она могла бы сама написать ему и вкратце описать ситуацию, но не решилась этого предложить. Правильно будет, если именно Натали напишет ему сама. Если Аврора будет чинить препятствия, то ей, конечно. придется придумать. как обойти ее указания, или все-таки дождаться утра, когда можно будет добежать до Совятни до завтрака, чтобы отправить письмо.
Марго опустила голову. Говорить в присутствии старосты школы ей было непросто и не хотелось. Рассказывать придется именно Авроре. Если она будет врать, то Марго придется вступиться и сказать правду. Наверно, Мальсибер есть, что сказать студенткам, но пока она не проронила ни слова.

+2

4

Она не была доброй, не была справедливой. Возможно, если бы другие осмелились сравнивать, то назвали б Аврору худшей старостой школы за всю историю Хогвартса. Но кто смог бы справиться лучше Мальсибер? События прошедшего года могли свести с ума самых здравомыслящих, испортить самых благородных. И только таких равнодушных, осознающих ответственных, но не отягощенных ею, бесчинства не трогали за живое. Внутреннее ядро Авроры было покрыто толстой оболочкой и оставалось в сохранности. Детские слезы и крики не пробили в нем трещину. Мальсибер по-прежнему владела собой и, по возможности, ситуацией.
Растерзанная волшебная палочка у ее ног теперь значила меньше, чем пыль. Кто сможет вернуть ее к жизни? Магия в ней потухла. И сколько б МакДональд не оплакивала свою утрату, палочку уже не вернуть. Мальсибер испытала укол совести, но это чувство тотчас же заслонили собой более сильные эмоции.
Драко не мог управиться с Келлой. И это была слабость. На фоне Майлза он был сущим мальчишкой. А это уже задевало Аврору. Каждый раз, когда Малфой совершал глупость, Мальсибер принимала ее на свой счет. Ведь они встречались, они были парой. Значит Ро однажды сделала неправильный выбор, предпочтя изящного блондина вот таким вот машинам без мозгов, как Майлз?
- Драко, уведи Келлу и если нужно, то прикуй в библиотеке, где ее никто не услышит, мне все равно. Лишь бы ее здесь не было. - Аврора смерила друга непримиримым взглядом. Хорошо бы, если б он уже забыл о том, как чудесно быть “хитрым” слизеринцем, закончил размышлять о преимуществах воска для укладки волос и нашел свои яйца. Возможно, именно они сейчас звенят в карманах у Шафик. - Марго, идите в больничное крыло. Майлз… - Что он еще задумал? Аврора нахмурилась, глядя на то, как его сальные губы нашептывают что-то гриффиндорке. А потом, - о, Боги! - он лизнул МакДональд. Мальсибер ни о чем не могла думать, как о запахе у него изо рта. Он же курит. Ро несколько раз заставала его с сигаретой и Блетчи демонстративно тушил ее о стены, картины, детей. А его язык! Он ведь наверняка теплый и шершавый, как у собаки.
На ее глазах совершалось уродливое извращение, вызывавшее больше эмоций, чем ребенок, рыдающий у ее ног. Благо терзать ее очи долго не стали и Блетчи смылся, оставив после себя взволнованных школьников. Те как пугливые воробушки застыли на месте, поправляя свои взъерошенные хохолки.
- Расходимся, - с этими словами Аврора наклонилась к мальчишке, позволив себе быть доброй и заботливой. По правде сказать, она даже имени его не помнила. Может Марго его знает? Но Монтгомери уже уводила МакДональд, которая на последок из сентиментальных побуждений собрала щепки своей палочки.

Леветируя носилки с ребенком по широким школьным коридорам, Аврора размышляла о том, что произошло. Странные дела творятся в Хогвартсе. Алекто Кэрроу становится жертвой покушения. Ее брат собирает Инспекционную дружину. Спустя несколько дней в клубе Слизней устраивают вечер, на который приглашают сестер Долиш, а студентам велят быть начеку. В одном из коридоров старосты школы сталкиваются с тремя семикурсницами. Что они там забыли? Затем из-за угла в буквальном смысле вываливается тело ребенка и появляется Майлз. Несколько раз его атаковала МакДональд, но ее палочка уничтожена. Палочку Шафик забрал Блетчи и черт знает, что она там успела наколдовать. Как поведет себя Майлз? Донесет ли он Кэрроу? Не начнет ли болтать?
Двери больничного крыла открылись. МакДональд с Монтгомери были уже там. Мальсибер жестом волшебной палочки направила носилки к ближайшей койке, к которой уже спешила мадам Помфри. Она вопросительно посмотрела на Аврору, а та ей ничего не ответила. Ей казалось, что ребенок не пострадал физически, скорее душевно. А в силах ли целители залечить эти раны?
Бросив взгляд в сторону гриффиндорки, Аврора увидела ее милое, заплаканное личико и покрасневшие щечки, которые пришлись по вкусу Майлзу. Ро нахмурилась, кончики губ ее опустились. Сделав усилие над собой, Мальсибер оторвалась от места и подошла к подругам. Если не приглядываться, то выглядят они совершенно обычно.
На тумбочке рядом с МакДональд лежали щепки волшебной палочки, из которых вылезали белые нити пера. Как странно, но мы привязываемся к бездушным предметом порой сильнее, чем к окружающим нас людям. Ро подумала, что следовало бы извиниться, но она никогда этого не делала, так зачем начинать? Тем более, не она повинна в случившемся. Все дело в Марго и ее подруге, да еще в Майлзе.
- Ты не понимаешь, зачем я это сделала. - Аврора не спрашивала, она утверждала.
Ей надоело стоять и Мальсибер седа на соседнюю койку, глядя на миниатюрных брюнеток, которых, возможно, после школы она никогда больше не увидит. Значок старосты, с которым Ро не расставалась, был прикован к ее платью.
- Если Майлз скажет, что ты атаковала его, он не сможет это доказать. Кто знает, что у него на уме, но лучше лишиться палочки и оставаться невиновной, чем быть при ней и в каком-нибудь дерьме, в которое вы гриффиндорцы так и лезете. - Ро вспылила, фыркнула, а матрас под ней сочувственно заскрипел. - Один всемогущий, что вы забыли в этом коридоре? И, видят Боги, лучше вам не вешать лапшу мне на уши. Марго, ведь ты не дура! Так зачем!.. - Дальше Аврора не договорила. Ее негодование вылилось взмах ладони, которая легла на лоб старосты и стекла под острый подбородок Мальсибер. Кулачком Ро подперла его, устало глядя на собеседниц.

Отредактировано Aurora Mulciber (2018-09-13 10:42:56)

+3

5

Натали не хотела признаваться никому, и в первую очередь себе самой, что ужасно боится последствий, которыми может обернуться для нее этот вечер. Для страха был целый ряд серьезных причин.
Во-первых, обо всем могли узнать Кэрроу. И тогда ее ждет бесплатный абонемент на получение пачки отборных круциатусов. Во-вторых, МакДональд пугал сам Блетчи. От взгляда, которым он ее одарил и от слов, что он ей сказал – становилось не по себе. Хотелось верить, что парень забудет про нее, такие как он быстро вспыхивают и быстро остывают. Едва ли парень зациклится на ней, желая причинить ей зло. Наверняка в жизни Майлза слишком много людей, которых он бесит. И которые бесят его. Однако на душе у МакДональд все же скребут кошки. В-третьих, Натали чудовищно боялась реакции Джинни и остальных членов Отряда Дамблдора, когда те узнают, что они не смогли помочь Элизе. Не получилось. Натали боялась увидеть разочарование во взглядах друзей, а также в глазах Марго, которую, казалось удивило и возмутило сомнение гриффиндорки, что ей захотят помогать.
Однако обсудить это и многое другое с рейвенкловкой Натали не могла. Не было возможности. При появлении Авроры руки девушки сами собой сжались в кулаки. Тогда, когда ее волшебная палочка рассыпалась в прах, ей казалось, что она точно застыла, лишилась возможности что-либо чувствовать. Отчаяние захлестнуло ее с невероятной силой, принеся с собой пустоту. Сейчас же эта пустота заполнилась гневом. При встрече взглядом с Авророй ее в буквальном смысле заколотило.
«Сколько же вас змей, среди ворон», - подумала она, глядя как рейвенкловка заставляет носилки перенести пострадавшего от Блетчи ребенка на койку. Ей вспоминается Харпер, которая тоже та еще змея, хоть и притаилась на вороньем факультете. Впрочем, язвить на эту тему МакДональд не стала, прекрасно помня, что Марго тоже на рейвенкло.
Признаться, слова Авроры сильно удивляют Натали. Это было последнее, что она ожидала услышать.
- Нет ничего хуже, чем лишиться волшебной палочки, Аврора, - холодно и жестко возразила Натали, скрестив руки на груди. – Ты лишила меня даже малейшего шанса защитить себя.
Даже если бы ее вызвали к Кэрроу, даже если бы ее пытали, ей было бы гораздо спокойней при мысли, что у нее есть волшебная палочка, оружие, то, с помощью чего она может себя защитить. Сейчас она абсолютно беспомощна, точно ребенок, у которого отняли леденец.
- Безусловно, ты права. Палочка является уликой. Но скажи мне, кто будет разбираться, проверять, какие заклинания были выпущены из волшебной палочки? Он - чистокровный волшебник. Он – член инспекционной дружины. А я полукровка. Его слово против моего – кому поверят? – практически те же самые слова ей говорила Оливия, когда пришла чтобы обвинить в краже кольца. Натали не строила иллюзий. Все именно так и будет. В ситуации, когда спорят чистокровка и полукровка Кэрроу встанут на сторону чистокровки, не разбираясь особо в причинах спора, не выясняя кто прав, а кто виноват. - Кроме того, Майлз, если побежит жаловаться, обязательно сошлется на то, что на него напали при свидетелях. Скажи мне, что ты скажешь, если тебя спросят о том, что произошло? – вкрадчиво поинтересовалась девушка. - А что скажет Драко Малфой?
Натали помрачнела. Ироничная улыбка слетела с ее лица. Она ждала, что обо всем докладывать побежит именно староста с рейвенкло. От Майлза она ждала скорее личной мести.
- Впрочем, я не думаю, что он побежит жаловаться. Он дал мне понять, что отомстит мне сам. Кто знает, может быть он сунется сегодня в больничное крыло. А я… я ничего не смогу сделать.
Она разводит руками. Жест как нельзя лучше отражает ее состояние. Обломки палочки лежат на тумбе – Натали не может заставить себя их выкинуть, хотя понимает, что толку от них сейчас нет. Разве что ткнуть слизеринца в глаз деревянным обломком.
Между тем Аврора расспрашивает их о том, что они забыли в коридоре. Натали хмурится. Уж что-что, а выдавать ей планы ОД девушка точно не собиралась.
- Я искала кольцо Оливии Харпер, - неожиданно выпалила она, чувствуя, что волнуется. В краже кольца слизеринка обвиняла ее буквально на днях. Натали не знала сообщила ли Харпер Авроре, что подозревала ее, но понимала, что староста, скорее всего в курсе пропажи. – Четыре дня назад она обвиняла меня в краже. А сегодня я получила анонимное сообщение, что кольцо на одном из участников вечеринки у Слизнорта. Я хотела проверить, так ли это... Неприятно, когда тебя обвиняют несправедливо. А поскольку кольца Оливии я ни разу не видела, я взяла с собой Марго – поскольку думала, что она его видела хотя бы раз. Вы же с одного факультета. Думала, что мы сможем проследить, кто входит и выходит  и заметить у кого кольцо. 

+2

6

Безобидная вылазка превратилась в нечто не подобающее, в чем Марго участвовать не особенно и хотела. Все, чего хотела девушка, это помочь Отряду Дамблдора, а они, кажется, зря потратили свое время. Еще не ясно, чем закончится сама вечеринка, которая, наверно, еще продолжалась. Девушки не знали, какая участь ждала Эрни, отправившемся в самое пекло за Элизой. Марго не сомневалась в своем поступке, когда соглашалась Джинни помочь в происходящем, она часть Отряда Дамблдора, она должна думать не о себе, а о лучшем для Отряда.
- В этом году мне впервые пришло приглашение на вечеринку к Слагхорну. Не знаю, что заставило его передумать, может это как-то связано с Забини, а может быть, с лояльностью родителей, может быть, ему кто-то продиктовал, что нужно в этот раз меня обязательно позвать, - Марго догадывалась, что Натали врет, она решила, что нужно стоять до конца и придерживаться одной теории. Тем более, у нее не было своей версии, которая могла бы удовлетворить Аврору, так что ей пришлось придерживаться выбранной Натали тактики. - В коридоре встретила Натали, у нее нет приглашения, я предложила пойти вместе, раз уж у нее была потребность туда попасть.

Еще хорошо, что они использовали магические галеоны, которые невозможно было отличить от настоящих. Если бы их заставили вывернуть карманы, то любой другой предмет, доказывающий принадлежность к Отряду Дамблдора, сдал бы их с потрохами. А так Аврора могла сколько угодно предполагать, ничто не подкрепляло ее подозрений. Да, и она как-то даже не обмолвилась, что подозревает их к причастности запрещенной в Хогвартсе организации. Марго не любила врать, никогда особенно не умела этого делать, но где-то слышала, что уверенность в собственных словах способна обмануть даже заклинание-детектор.
- Что с мальчиком? - Марго хотела перевести тему. Ей казалось, что она находится при неприятном разговоре и ощущала себя лишней. Аврора имела все права не только отправить их сюда и донести декану, но еще и наказать их лично снятием баллов или назначением отработки. - Не думаю, что Блетчи будет кому-либо жаловаться. Тот мальчик, хоть явно не блещет чистотой крови, но все-таки человек, ему бы не спустили этот поступок с рук. Конечно, его не ждал бы честный суд, но и сухим из воды он бы точно не вышел. А сломанная палочка откроет ему двери для мести.

Марго считала неправильным, что Авроре сделала это публично. Она могла обезоружить Натали, вернуть палочку позже, но вместо этого, она на глазах обидчика разломала ее в щепки, дав тому карт-бланш для дальнейших действий. Монтгомери надеялась, что никто не будет препятствовать тому, что Натали нужно срочно раздобыть новую волшебную палочку, что становится трудностью, если учесть исчезновение Олливандера.
- Ты собираешься донести? - Марго не знала, как правильно поставить этот вопрос. Ей хотелось немного определенности, чего ждать от Авроры - помощи или беды. Гадать не было смысла, и потому Марго спрашивала в лоб напрямую.

+2

7

Странное дело, но Аврора не хотела быть старостой. Однако в конце лета ей доставили письмо, а в нем значок. И в день своей свадьбы Эли пришлось утешать крошку Ро, на плечи которой легла такая большая ответственность. Тогда еще можно было сказать, что юная Мальсибер была невинной и доброй. А потом умерла Роуз, вслед за ней не стало Джессики, и Аврора, как это не странно, наконец, превратилась в неплохую старосту школы. Она поняла, что, пожалуй, главная ее цель в том, чтобы больше никто не умер. И, возможно, этим то Ро и отличалась от своих предшественников. Те беспокоились о здоровье, об успеваемости студентов, о справедливости. А Аврора Мальсибер, жена Пожирателя смерти, только и старалась, чтоб кто-нибудь не сдох до конца года.
Но в противовес ей действовала другая сила. Были жестокие дети, считавшие своим долгом замучить какого-нибудь ребенка. И были их отважные защитники, которые делали только хуже. Каждый из них не ценил жизнь. Одни почитали смерть, другие свободу. А вместе они тащили эту школу на дно.
Кто совершил попытку отравить Кэрроу? Ведь именно этот неблагоразумный шаг стал поводом назначить сестер Долиш членами Инспекционной дружины. И теперь друзья близняшек негодуют, волнуются. Что они думают, будто на вечеринке у Слизнорта Хелен заставят целоваться с Гарацием или пить кровь козла? Еще вопрос, что хуже!
И зачем Натали атаковала Майлза в присутствие старосты? Что за идиотская мысль, будто Аврора и Драко не смогли бы отвоевать ребенка у слизеринца? Кого она хотела защитить? Человеческая глупость, в целом, всегда бесила Мальсибер. Поэтому, возможно, среди ее друзей не было гриффиндорцев. Слишком уж они независимы и отважны. Как-то размышляя об этом, Ро подумала, что и с Рэндаллом у них не сложилось вследствие противоречий, обусловленных характером.
- Если ты не можешь защитить себя без волшебной палочки, то, возможно, это естественный отбор, м? Слабых облизывают сильные, будто те спелые яблочки. Кусь и нет сладкой щечки. - Мальсибер не сиделось на месте. В ней закипал гнев от абсурдности ситуации. Она сейчас должна патрулировать коридоры, а не объяснять слабоумной, но отважной гриффиндорке, что пыталась ей помочь. Шумно вздохнув, Ро складывает руки на груди, лишь бы те не потянулись придушить МакДональд. - Поверят мне.
Боги, у нее аж живот скрутило от желания кому-то врезать. Мальсибер с годами все лучше справлялась с гневом, а став женой и вовсе пообещала быть примерной девочкой, но иногда было тяжело. Как сейчас, например. Эта тварь даже вздумала ей улыбаться. Так может и лучше, что палочки у нее нет? Может Майлз найдет время, чтобы хорошенько оттрахать ее в темном коридоре и стереть с лица гриффиндорки это мерзкое выражение? Эта мысль как-то повеселила Мальсибер. Теперь уже и она смогла улыбнуться. Ее учили, что каждое действие имеет последствие и за каждой ошибкой стоит наказание. Что ж, МакДональд действительно нужно было наказать.
Дальше ей просто стали врать в лицо. Староста смотрела на гриффиндорку с таким выражением, будто та рассуждает о длине бороды Мерлина. Кто в здравом уме поверит, что МагДональд написали письмо и она пошла искать кольцо методом обыска мимо проносящихся рук?! Нет, конечно, может быть все так и было, но тогда гриффиндорка совершенно определенно не самая светлая голова в Хогвартсе.
В свою очередь Марго утверждала, что ее пригласили. Что ж, можно было уточнить у Слагхорна, так ли это. Тут Аврора не стала б и спорить. В этом году декану Слизерина по наставлению Кэрроу пришлось быть менее избирательным.
В любом случае, все станет ясно. Ро была уверена, что проникнуть на вечеринку пытались ни раз. Интересно, кто были эти студенты и чем обернулись их попытки? А узнает она об этом только тогда, когда оставит подружек и дальше секретничать. Любопытно только, что Кэрроу пытались приманить своих отравителей, а прилетели Монтгомери и МакДональд.
- Двери для мести, - повторила Аврора, смакуя вкус этой звучной фразы, - звучит поэтично. С мальчишкой все будет хорошо. Майлз еще не придумал таких физических травм, которые мадам Помфри не смогла б исцелить.
Ей не сиделось и она встала, сделала два широких шага по кругу и вернулась назад, чему-то про себя улыбаясь.
- Вы так много говорите о Майлзе, хотя сами же навлекли на себя его гнев. И теперь вы ноете, что кто-то вас обидел и придет мстить! - Она повысила голос. В упор глядя на хрупких брюнеток, которых Блетчи при желание без, усилий сломал бы. - Нет, Кэрроу я не поставлю в известность, как и деканов. - Ро ненавидела слово “донос”. Оно было ей противно! Почему за нарушение правил школы студенты не считают обязательным расплачиваться? Нет, напротив, они называют старост доносчиками! - Ничего не было. И Майлз, возможно, не из тех, кто плетется к старшим показывать след от пощечины на щеке. А если б он сделал это, то палочки нет. А свидетели… Что ж, сказать, что между вами личные счеты, любовная драма, сексуальное напряжение… это так просто, мне кажется. Для Драко и всех остальных твое наказание достаточно. Сломанная палочка! Уф, это ужасно, конечно. Ведь ты не сможешь купить себе новую, - открыто иронизировала Ро. - Скажи мне, МакДональд, когда сломаешь каблук, ты так же о нем переживаешь? Устраиваешь туфлям похороны и разводишь руками?
Ро понимала, отчего в школе так много насилия. От напряжения и она сама б не прочь вступить с кем-нибудь в драку. Но ей следовала держать себя в руках. Она уже чувствовала, что заходит дальше границ, которые провела для себя же. Однако больше чем глупость, она ненавидела дерзость. А теперь с ней разговаривали, не глядя на ее положение. К старосте обращались бесстыдно, не осознавая своих ошибок, в которые ей так и хотелось уткнуть носом этих двоих. Ведь они все еще считали себя правыми. И как Авроре объяснить им, что это не так?!

Отредактировано Aurora Mulciber (2018-09-23 12:56:52)

+3

8

С каждой минутой раздражение и гнев Натали только усиливались. Ей была необходима помощь – нужно, чтобы Марго смогла как можно скорее направить письмо дяде Малкольму. Ситуация была срочной и требовала немедленных действий, а Аврора, которая итак очень сильно навредила ей сегодня, называя это «помощью» сейчас отнимала драгоценные минуты времени, которого уже не было.
Безмерно злят и слова, сказанные девушкой. Естественный отбор. Уму не постижимо слышать подобную дикость от умной, казалось бы, девушки. Натали прищуривается и упирается ладонями в бока.
- Себя-то ты мнишь сильной, Аврора? – посмотрела бы МакДональд на нее, если бы она оказалась в аналогичной ситуации: без оружия и окруженная врагами. Сейчас ей просто лицемерно рассуждать о сильных и слабых людях – у нее влиятельные родственники, при ней волшебная палочка. Лишись Аврора всего этого – кем она будет? Никем. Впрочем, подобная мания величия свойственна многим чистокровным – в большинстве своем, они ничего бы из себя не представляли, если бы им не повезло родиться в богатой семье, семье аристократов, чистокровных волшебников. – Говорят, с Джессикой Адамс ты не была так уверена в себе.
Историю с Адамс Натали знала лишь, по слухам. Вроде как хаффлпаффка пыталась убить Аврору, а потом ее исключили, но МакДональд не сомневалась – простым исключением дело не завершилось. Наверняка Джессики больше нет. Подробностей конфликта Натали не знала. Информация была самой противоречивой.
Как ни странно, но тогда она сочувствовала обеим девушкам примерно одинаково. В то, что Джессика напала просто так – Натали не верила. Наверняка была причина. И МакДональд даже знала эту причину – власть Снейпа и Кэрроу в школе. Именно благодаря им замок пропитан болью и кровью. Сейчас же она больше сопереживала Джессике.
- Ты… такая же как этот Блетчи, Кэрроу. Одного с ними поля ягода.
В Натали говорит гнев. Возможно, будь она более спокойной, ей бы удалось быть сдержанней, однако девушка весьма сильно взволнована, напугана и зла. Аврора нашла крайне неудачное время для того, чтобы поговорить. И уж тем более неудачной была затея объявить поломку волшебной палочки «благой целью» во имя спасения, чтобы потом заговорить о сильных, слабых и сладких щечках.
- Думаю, никто не навлек бы на себя его гнев, если бы наши доблестные старосты вовремя вмешались, а не играли роль наблюдателей, - огрызнулась Натали. – Малфой в свое время сам был не против поиздеваться над теми, кто слабее его. Да и ты, судя по твоим разговорам об естественном отборе, не так далеко ушла.
Ее затрясло. Кажется, гнев переходил в истерику. МакДональд залпом выпила стоящее на тумбочке у ее кровати успокоительное. Что бы дальше не происходило, но спокойствие ей определенно понадобится.
Практически сразу девушку с головой накрыла сильная усталость. Гриффиндорка опустилась на свою кровать. Успокоительное подействовало. Злости не было. Зато пришла апатия. Натали с равнодушием смотрела на Марго и старосту.
- Потеря каблука не угрожает моей жизни, - бесцветным голосом произнесла МакДональд. – Кроме того, палочка была подарком моего отца, которого я не видела уже больше двух лет. Если у тебя есть люди, которых ты любишь, ты можешь меня понять. Хотя, можешь и не понимать. Мне все равно. Оливандер был лучшим мастером. И я не знаю получится ли заказать палочку где-то еще.
Натали провела рукой по волосам и устало вздохнула. Она хотела, чтобы поскорее все это закончилось.
- Если ты действительно хотела помочь – помоги, - Натали смотрит на Аврору неуверенно. Теперь, когда она выпила успокоительное, гнев сошел на нет. Однако она понимала, что в пылу эмоций сказала те слова, за которые староста может отказать ей в помощи, вызвать Кэрроу или лично доставить неприятности. – Мне нужна волшебная палочка. Блетчи видел, что моя сломана и попытается мне отомстить. Я не сомневаюсь в этом. Помоги Марго отправить письмо моему родственнику, он входит в попечительский совет школы, и он сумеет добыть для меня волшебную палочку.
Она смотрит прямо на Аврору, понимая, что может получить отказ - внутренне она готова услышать отказ.
Староста ей не друг. Но враг ли?

+2

9

Марго показалось, что она третья лишняя при этом разговоре. Опустив голову, она изучала носки туфель Авроры, задаваясь самыми глупыми вопросам: какая фирма, какой размер, из натуральной ли кожи. Не потому, что она была легкомысленной и поверхностной, а потому, что пыталась отвлечься. Пылко говорили обе студентки, доказывая свою правоту, а Монтгомери лишь тяжело вздыхала и думала о том, что если не уйти сейчас из Больничного Крыла, топотом возникнут вопросы. До Совятни она все равно собиралась добраться с помощью Авроры или без.

Повернувшись к Натали лицом, Марго продемонстрировала чудеса познания в трансфигурации, получив из искусственных растений пергамент и перо с чернилами. Хватит, чтобы МакДональд смогла написать письмо своему дяде. Марго собиралась добавить от себя пару слов. Она решила, что так будет вернее, чем самой все описывать.

- Вы спорите о пустом. Вряд ли кто-то будет отрицать, что нынче в Хогвартсе другие порядки. Кому-то позволено все, кому-то вовсе ничего. Ни чистота крови, ни заявок на груди не спасает от человеческой подлости. Какое-то время назад, ты сама испытала на себе, что такое быть мишенью, - Марго не спрашивала, какой мотив был у Адамс, когда она преследовала свою цель. Не спрашивала, как этот вопрос разрешился. Это было не ее дело. Она просто была сторонним наблюдателем. - Мы все понимаем, что Блетчи не остановится. Я больше верю в то, что Драко простит Келлу и вернет ей волшебную палочку, чем в то, что Майлз оставит Натали в покое. Стоило ли принимать такие кардинальные решения? Да, что уж теперь об этом думать. Дело сделано, уже не исправишь. Вопрос в том, что делать сейчас.

Марго нашла в себе силы, чтобы посмотреть на Аврору.
- Утром, а может быть, спустя какое-то врем, деканы спросят нас, что произошло, и мы должны утвердить одну версию, чтобы это не вызывало подозрений. Наш декан умный человек, хоть и выглядит наивным, чего уж говорить про Минерву МакГонагалл, которая видит людей насквозь. Вряд ли события этого вечера окажутся для них тайной, но мы должны себя обезопасить, - ей совсем не хотелось врать Дэллакэйпплу или МакГонагалл, но сказать правду тоже было нельзя. Не такую правду. Даже при условии, что они смогут прижать Майлза, Марго хорош помнила, как досталось декану, когда рассматривалось дело Роуз Кэмбелл. Она не хотела лишний раз подставлять его и доставлять трудностей. Улыбчивый писатель ей нравился.

Монтгомери понимала, что версию происшедшего должна диктовать Аврора, как имеющая какой-то статус в Хогвартсе. Староста школы. До сих пор Марго не видела ничего плохого от нее, да и сейчас она пыталась поддержать девушек, пусть и делала это в своеобразной манере. Сразу становилось понятно, что среди них троих Аврора Мальсибер более умна, более разумна. Статус замужней женщины значительно возвысил ее.
- И, наверно, мне стоит пойти в Совятню, пока в Больничном Крыле не появился кто-то, кто будет задавать вопросы, - она надеялась, что другими займутся профессора, а на нее никто не обратит внимание.

+2

10

Такое впечатление, что Мальсибер головой билось о каменную стену, сложенную из упрямства. В МакДональд чувствовался этот апломб, этот восторг от роли, которая ей выпала. В одночасье гриффиндорка стала жертвой и могла негодовать, осуждать, сыпать угрозами. Она получала от этого удовольствие, она стояла на своем. А Аврора, не зная, что  сделать, как убедить, только и думала о том, как об эту стену упрямства растереть личико МакДональд, чтобы меж пальцами осталась одна лишь густая шевелюра гриффиндорки.
Мальсибер считала себя сильной? Да, пожалуй. Но и от слабостей своих не открещивалась, принимая их. Урок, который ей милостиво преподала Джессика, пошел Авроре на пользу.
- И где сейчас Адамс? - сквозь зубы прошипела староста, скосив взгляд на Марго, надеясь на то, что та ее не услышала. Когда Мальсибер напоминали о случившемся она по обыкновению становилась раздражительна и сыпала неосторожными репликами, чтобы потом кусать свой острый язычок. Благо таких смельчаков находилось не много и они обитали вне орбиты Авроры. Сравнение с близнецами Кэрроу и Блетчи Мальсибер, напротив, не тронули. Она лишь фыркнула, по привычке запустив когтистую лапку, украшенную перстнями, в свою светлую шевелюру. В каком-то смысле ей даже нравилось сравнение с чем-то столь чудовищным и беспощадным. Ведь, согласитесь, что в своем ремесле угнетателей эти трое добились определенных высот. А Аврора уважала любые достижение, пусть даже рекорд в Плюй-камни.
- Это законы природы, Сладкие щечки. - Гнев Мальсибер изменил ей. Аврора уже не чувствовала неистового желания придушить гриффиндорку. Видимо, Ро как-то свыклась с ее неиссякаемо глупостью и нежным голоском. Или же чувства удовлетворение, когда истеричка стала пить успокоительное, насытило Мальсибер. В любом случае Аврора перестала наворачивать круги вокруг цветочка, выложенного на полу из плитки, и уставилась на дуэт миниатюрных брюнеток. Они ей показались очень маленькими и бледными, как черные мотыльки.
- Боги, ты все еще ноешь! - сказано это было без злобы, но с большим сожалением. Аврора не удивилась, если б спустя несколько лет нашла бы Н. МагДональд, среди актеров, упомянутых на афише какого-нибудь плаксивого спектакля. У нее ведь настоящий дар! Ро этого было не понять. Она не привязывалась к материальным доказательствам своего существования. Ей, возможно, дороги были кольца, подаренные Грегори, да часы - знак принадлежности роду Мальсибер, но Аврора б не стала над ними лить слезы. Тем более, с таким пафосом, будто это ее последний монолог и сейчас Марго подушкой задушит подругу, после чего занавес опустят.
В свою очередь Монтгомери оставалась голосом рассудка. Ее Мальсибер слушала внимательно, не корча недовольную мордочку. Она ценила рациональность, способность сохранять спокойствие, не всегда присущее ей самой.
- Скажем так: ребенка мы нашли в обществе Майлза. Об этом нам более ничего не известно. Как только Сладкие щечки встретила Блетчи между ними возник конфликт. И когда дама попыталась превратить своего кавалера в Бубонного слизняка, староста школы отняла у нее палочку и, - увы! - наступила на нее. Келла и Драко подтвердят эту версию. Я об этом позабочусь. Тут дело о любви! А вовсе не о политике. - Аврора пожала плечами, закусив губу. Нужно еще будет забрать палочку Келлы у Майлза и напомнить ему, что такое настоящий джентльмен. - Пиши письмо. Я провожу Марго до совятни. - Ро чуть не добавила, что в их отсутствие МакДональд лучше не спать, а то вдруг Блетчи ее навестит, но она так утомилась от этой болтовни, что сладчайше зевнула и отошла к окну, чтобы приложить горячий лоб к холодному стеклу о освежиться. Взгляд ее стремился сфокусироваться на небе, чтобы увидеть тяжелые тучи, нависшие над Хогвартсом. Аврора подумала, что погода не летная и это письмо очень некстати, могли бы и до завтра подождать. Но Монтгомери окликнула ее. Мальсибер в последний раз взглянула на вялую пациентку, которая так красноречиво отстаивала свою правоту и, не говоря ни слова, пошла вслед за Марго, на ходу поправляя галстук. Хотелось поскорее разделаться с этими обязанностями, навязанными шумной гриффиндоркой. А потом снова идти, патрулировать безлюдные коридоры.

+2


Вы здесь » HOGWARTS. PHOENIX LAMENT » Архив завершенных личных эпизодов » [16.04.1998] Три девицы и один разговор